Поэт Таиф Аджба на сухумском причале.

Для того чтобы наступил мир, должна закончиться война

3236
(обновлено 16:31 13.09.2016)
Инал Лазба
О трагической судьбе поэта Таифа Аджба и о его умении воспевать гармонию человека с природой родного края, рассуждает Инал Лазба.

Инал Лазба, Sputnik

"Война закончена лишь тогда, когда похоронен последний солдат", — когда-то сказал полководец Суворов.

Лично для меня война не закончилась. Таиф Аджба не был солдатом, он был поэтом, но эту суворовскую фразу я полностью отношу и к его трагической судьбе. С начала Отечественной войны в Абхазии прошло уже более 20 лет, а мы продолжаем хоронить наших воинов. Сотни пропавших без вести людей так и не смогли обрести покой, как это подобает абхазским традициям. Это была война на уничтожение абхазской нации, ее культуры, языка и истории. С первых дней по Сухуму разъезжали грузинские гвардейцы, обходили квартиры и вывозили на расстрел абхазов, которые долгие годы жили с ними бок о бок. Соседи, за здоровье которых когда-то произносили красноречивые тосты, превратились в палачей и грабителей. Так бесследно пропали сотни абхазов. Эта ужасная доля не миновала и Таифа Аджба, абхазского поэта и глубокого мыслителя. Направляясь в Сухум к семье  во время трехдневного перемирия, возможно, он верил в превосходство кавказской чести и совести над зверством и хаосом, происходившими в Сухуме, но к сожалению, здравому смыслу не было места в оккупированной столице. 9 октября 1992 года поэта видели живым в последний раз. 

Сегодня ровно 23 года со дня гибели человека, трагическая участь которого наполняла мое, тогда еще детское сердце, чувством несправедливости, невосполнимой потери и боли. Об абхазском поэте Таифе Аджба я узнал школьником из рассказов отца, который всегда с чувством искренней гордости и большим уважением говорил о  поэте из нашего родового села Ачандара. Наверное, именно это обстоятельство сформировало мое особое отношение к Таифу Аджба. Мне, тогда еще ребенку, трудно было оценить его великолепное умение очень тонко и ярко отражать в своих произведениях всю непостижимую глубину абхазской души, воспевать гармонию человека с природой родного края. Но слог Таифа Аджба настолько мягок и близок сердцу, что я очень легко воспринимал автора, порой даже не понимая значения некоторых абхазских слов. Его стихи проникали в каждую мою клетку. 

Его произведения погружают в атмосферу забытого мира единения человека с природой и вызывают огромное  желание жить, и тем сильнее, с каждым прочтенным произведением, в моем сердце обнажается рана, и тягостнее становится чувство утраты.

Два с лишним года назад мне, как участнику группы по гуманитарным вопросам переговоров в Женеве, поручили вновь поднять вопрос поиска останков поэта. 

Мне стали известны жуткие обстоятельства гибели Таифа Аджба. Как бы мне сейчас не было тяжело снова пережить это, но я постараюсь восстановить цепь событий рокового дня  9 октября 1992 года. Примерно в два часа дня к дому поэта подъехал автобус с шестью вооруженными лицами. Со слов очевидцев, в этой группе были жители Сухума: трое родных братьев Джгамая и другие головорезы. Они, помимо Таифа Аджба, захватили Шоту Амичба, Хирбея Есава, Ирину Магомедову-Салакая и жителей соседних домов Григория Самсония и Артема Джопуа. Всех задержанных отвезли в здание военного комиссариата и передали грузинскому подполковнику. С этого момента об их дальнейшей судьбе нет никаких сведений.

Поэт Таиф Аджба (справа) с поэтессой Беллой Ахмадулиной и писателем Виталием Амаршан.
© Фото: из личного архива

После войны поиски пропавших без вести продолжались. Работа комиссии по беженцам и пропавшим без вести  результатов по этому вопросу так и не принесла. Гибель писателя обрастала различными версиями. Грузинская сторона давала разную и противоречивую информацию.  

За столько лет могли бы опуститься руки, но этот вопрос по-прежнему остается предметом переговоров. Люди, которые совершили это злодеяние, возможно, еще живы. Что их заставляет молчать? Трусость и малодушие. Трусость признаться самим себе в том, что они никакие не герои, а безжалостные убийцы безоружных людей. Я не знаю, в ладах ли они со своей совестью, или страх изъедает их души, но надеюсь, что господь, сохранив им жизнь, дал последний шанс совершить хоть раз  достойный поступок, если и не искупить вину, то снять с души тяжелейшее бремя. Молчанием они только унижают себя и усиливают то заслуженное проклятье, которое они оставят в наследство своим потомкам. Они уже не знают, что такое честь и достоинство, ведь на Кавказе мужчина, убивший противника, всегда сообщал его семье о том, где покоится его тело, уважительно прикрытое буркой. Они понимают, что убивали, не защищая свою жизнь в честном бою, а подло и низко расправились с беззащитными людьми. Для того чтобы наступил мир, должна закончиться война.  

УАҦСУАРА УЗАХЫМҦЕИТ ҲӘА САЗҲӘАЗ РАХЬ

Исыздыруам уара ушыҧаз,

Исыздыруам уара узхыҧаз,

Сара саҧсуара сзахымҧеит,

Уи сахыҧартә илаҟәымхеит.

 

Таиф Аџьба

3236
Теги:
война, поэты, Отечественная война народа Абхазии (1992-1993), Инал Лазба, Таиф Аджба, Абхазия
Темы:
Жизнь и творчество Таифа Аджба (10)
Загрузка...