За кулисами приговора: как работает институт судебных экспертиз в Абхазии

1387
(обновлено 11:06 06.06.2021)
Проверка подлинности подписи, отличие фейковой печати от настоящей, исследование крови, найденной на месте преступления, расследование причин аварии – все это задачи сотрудников Республиканского научно-исследовательского института судебных экспертиз при Минюсте Абхазии.

Эксперты института – серые кардиналы, о существовании самого института, не говоря уже о них самих, мало что известно.

Нам стало интересно, кто и как с помощью определения одного неверного движения руки или найденного на вещи волоса может предрешить судьбу человека.

Асмат Цвижба, Sputnik.

Мы узнаем тебя по почерку

Институт судебных экспертиз находится в одном здании с Сухумским горсудом. Сюда я приходила не раз, но не знала, что люди, на основании выводов которых вершится закон, сидят этажом выше.

Помещение, в котором работают суд-мед эксперты больше похоже на здание советского архива, но никак не на новороченные лаборатории из сериала "Обмани меня". Паркет местами сгнил от весенних потопов, в кабинетах центрифуги и микроскопы времен раннего Сталина.

Первыми мне попадаются Саида и Тамилла. Девушки могут определить принадлежность почерка человеку, которого и в лицо не видели. На всю Абхазию их всего двое.

По словам Тамиллы, в основном на исследование следователи присылают документы, связанные с бухгалтерией, паспортно-визовые дела, анонимные письма и расписки. Для того, чтобы определить принадлежность почерка подозреваемому лицу или наоборот – нужно иметь сравнительные материалы, лучше всего те, которые были сделаны до возбуждения дела. Это могут быть письма, записные книжки, объясняет эксперт.

А еще почерковеды могут понять, в каком состоянии была сделана подпись или написан текст, был ли человек пьян или просто намерено искажал почерк, оказывалось ли на него давление. Все это определяется по методическим материалам, иногда с помощью лупы.

"Единственное, что сегодня методически не разработано – это цифры 1 и 4. По ним нет никаких инструкций. Если они попадаются в тексте, то эксперт дает заключение, что он не может их исследовать", - объясняет Саида.

На исследование одного материала по закону всем экспертам дается до 20 дней, но в реальности они тратят на заключение намного меньше, иначе дела расследовались бы годами.

"Исследовать целый текст намного легче, проще найти необходимое количество опознавательных признаков. А вот с подписями намного сложнее. То есть, чем больше графической информации, тем легче", - рассказала Саида.

В совокупности Саида и Тамилла работают в институте 30 лет. Саида пришла на работу после окончания юрфака, сразу заинтересовалась тайнами, которые скрывают в себе буквы и ее направили на дополнительное обучение, чтобы получить лицензию.

"Это творческая работа. Остальные эксперты используют, например, формулы, таблицы. А мы с опытом работы уже на интуитивном уровне начинаем что-то понимать", - сказала Саида.

- А какое самое запоминающееся дело к вам попадало?
- Самое запоминающееся… не припомню, я помню только огромные тома, над которыми нужно сидеть часами, - признается Тамилла.
- А я помню. Из Гагрской школы тебе прислали материал – ученик на доске написал нецензурную лексику и какие-то угрозы учителю. Они сфотографировали и отправили нам вместе с другими образцами. В итоге ты смогла узнать, кто это был – рассказала Саида.

Марина Кобахия – еще один эксперт, который работает с бумагами. Спустя 12 лет работы ей достаточно раз взглянуть на печать или штамп, чтобы понять, поддельный он или оригинальный. Работа ювелирная, ведь иногда отличие от оригинала в крохотной детали.

"Иногда даже бывает, что на гербовой печати лук другой формы или смотрит в другую сторону, лошадь другая. Все это нужно увидеть, описать и сравнить", - объяснила она.

Осторожнее на до…. работе

Еще один единственный в своем роде Беслан Ахуба. Он эксперт-автотехник. Мимо Беслана "не проходит" ни одна авария в Абхазии. Работает он в институте с 2002 года, а до этого все материалы по ДТП отправляли на исследование в Россию.

Задача Беслана найти виновного и узнать причины аварии. К нему попадают документы практически из каждой аварии в республике.

- Но у нас же происходят аварии каждый день. И вы один этим всем занимаетесь? – удивляюсь я.
- Приходится. В среднем, одно заключение состоит из пяти листов. Видите, эту стопку на столе (показывает на "гору" бумаг рядом со мной), это только за первый квартал 2021 года. Но я уже привык – объясняет эксперт.

Коллеги Беслана "по секрету" рассказали мне, что автоэксперту зачастую приходится напрямую встречаться с героями своих исследований и эти встречи далеко не всегда приятные. Сам Беслан этого не отрицает.

"Сюда приходят воевать. Не всех устраивают мои заключения. Приходят домой, и сюда вламывались, хотя не имеют права даже заходить внутрь. В России в таких учреждениях охрана", - рассказывает он.

Наиболее частные нарушения, по словам эксперта – превышение скорости, выезд на встречную полосу, наезд на пешеход.

- А вы сами попадали в ДТП?
- Было пару раз.
- Сами себе "диагноз" ставили?
- Конечно, я самокритичный. Кстати, я не был виноват ни разу.
- Сами свое дело исследовали?
- Нет, я не имею права. Более того, один из участников ДТП был мой сосед, и я даже в этом случае не имею права исследовать дело. Его отправляют на экспертизу в Россию.

У Беслана "подрастает" помощник. Выпускник юрфака АГУ Александр Векуа в долгих поисках работы в Абхазии наткнулся на институт, куда его взяли. Лицензии у него пока нет, ему предстоит обучиться профессии. Парень признается, что наука интересная и не боится столкновений. По его мнению, проблемы можно найти всюду.

"Королева" вещдоков

У рабочего стола Фаины Хварцкия огромные мусорные пакеты с пометками. Выглядит жутковато. Но женщина объясняет, что людей в них нет, всего лишь вещдоки с места преступления.

Фаина врач-педиатр, а еще эксперт-биолог. Она занимается исследованием вещественных доказательств, изъятых из места происшествия – волосы, кровь, слюна. Но, прежде чем материалы попадают к эксперту, следственные органы должны их тщательно просушить, так как выезжать на место действия Фаина права не имеет.

Рабочие инструменты биолога – микроскоп, колбочки, огромные термостат и центрифуга. Все они были созданы намного раньше, чем идея создания института появилась в головах абхазских чиновников. Но Фаина не жалуется, говорит, что советская аппаратура очень качественная и менять ее на китайские аналоги не хочет.

Начальство хочет отправить биолога на повышение квалификации. Как оказалось, в Абхазии нет генетика, а темой ДНК стали интересоваться все чаще. Фаина быть генетиком не хочет.

"Быть в Абхазии единственным генетиком – это большая ответственность. К тому же, это очень опасно. Чтобы здесь организовать центр, где будут работать генетики, нужно его полностью изолировать. Я бы в таком случае даже вам не смогла интервью дать", - говорит она.

Честность и низкая зарплата

Республиканский научно-исследовательский институт при Минюсте был создан в 2000 году. До этого все экспертизы отправляли в Россию и ждали результаты месяцами. Сейчас в центре работают десять экспертов по девяти направлениям.

По словам директора института Георгия Амичба, количество поступающих дел увеличивается с каждым годом. Только за 2020 год на исследование поступило 400 уголовных и гражданских дел, а за первый квартал 2021 более 90 материалов.

Стартовая зарплата судебного эксперта 5500 рублей. Единственные в Абхазии эксперты – биологи, автотехники, почерковеды, криминалисты получают в среднем 12 000 рублей.

"Я неоднократно поднимал вопрос о повышении зарплат. К примеру, в судах получают хорошую зарплату, а они ведь принимают решения, после того, как получают наши выводы уже готовые. Нам очень обидно, что зарплаты такие маленькие, а работа очень ответственная", - говорит Амичба.

По словам директора института, в прошлом году сотрудникам научных учреждений добавили зарплату, но о научно-исследовательском институте забыли – просто не внесли в список.

Несмотря на низкие зарплаты, Амичба утверждает, что его сотрудники никогда не были уличены в подкупе, ведь эксперт должен быть не только высококвалифицированным специалистом, но и честным и порядочным, считает директор.

1387

Более 100 новых случаев COVID-19 и две смерти зафиксировали в Абхазии за сутки

25
(обновлено 23:08 15.06.2021)
Общее число выявленных заражений коронавирусом в Абхазии на сегодняшний день выросло до 15952, из них выздоровели 15134 человека. Зарегистрирован 241 летальный случай.

СУХУМ, 15 июн - Sputnik. Диагноз COVID-19 подтвержден у 103 человек из протестированных 341 жителей Абхазии, сообщает Оперативный штаб по защите населения от коронавируса.

Оперштаб сообщает также о том, что 14 июня в Гудаутском ковидном госпитале умерла 81-летняя пациентка, и в Сухумской инфекционной больнице скончалась пациентка 57 лет.

Сейчас в Гудаутской ЦРБ на стационарном лечении находятся 42 человека, у 41 из них диагноз COVID-19 подтвержден. В тяжелом состоянии 14 человек, состояние здоровья 28 пациентов – средней степени тяжести.

В Сухумской инфекционной больнице 35 пациентов, 10 человек в тяжелом состоянии здоровья, в Очамчырской ЦРБ - 21, в Гагрской ЦРБ – 17, в Ткуарчалской ЦРБ – девять пациентов.

25
Темы:
Ситуация с коронавирусом в Абхазии

Корсая о российском свете для майнинга в Абхазии: уникальная идея, если смогут воплотить

93
(обновлено 20:01 15.06.2021)
О том, как можно реализовать проект майнинга криптовалют в Абхазии с использованием электроэнергии из России, насколько это экономически может быть интересно и выгодно, своим мнением в эфире радио Sputnik поделился технический директор компании Aquafon Даур Корсая.

Корсая о российском свете для майнинга в Абхазии: уникальная идея, если смогут воплотить
Президент Абхазии Аслан Бжания допустил деятельность по майнингу криптовалют в республике с использованием электроэнергии из России. Об этом он сказал на совещании с главами администраций городов и районов, обсуждая вопрос незаконной добычи криптовалют в республике.

Даур Корсая рассказал об эффективности осуществления проекта с использованием электроэнергии из России для майнинга в Абхазии, и как это возможно сделать технически.  

"Идея довольна уникальная, если ее смогут воплотить. Потому что речь, скорее всего, идет о методах легализации майнинга. Сейчас проблема у тех абонентов, которые были отключены по временной схеме из-за постановления Кабмина Абхазии. С ними вопрос надо решить каким-то образом. Значит, с ними будет заключен новый договор по специальным тарифам, которые будут привязаны к стоимости перетока энергии. Будет определен объем, и он будет снабжать Гагрский район или Цандрыпш. Это не только возможно, но и целесообразно и эффективно, потому что при подаче электроэнергии от Ингур ГЭС до Гагры по нашим перегруженным линиям идут огромные потери, с помощью перетока из России таких проблем не будет", - отметил Корсая.       

Подробности слушайте в аудиофайле.


93
Темы:
Майнинг в Абхазии