Ситуация в Сирии.

Военный эксперт: цель России в Сирии обеспечить переговоры

93
(обновлено 19:24 12.10.2015)
Российская авиация продолжает наносить удар по позициям террористической группировки "Исламское государство". Однако дальнейший ход военной кампании остается загадкой. Будет ли наземная операция? Или командование ограничится поддержкой Башара Асада с воздуха?

"Sputnik" побеседовал с Владимиром Евсеевым, военным экспертом, заведующим отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ.

– Открытое включение России в войну в Сирии качественно меняет ситуацию в регионе. Какие геополитические риски вы видите?

– Есть риск втягивания в сухопутную наземную операцию. Насколько я понимаю, оборона аэродрома, например, может привести к вооруженным столкновениям на земле. Если Россия будет заинтересована в более-менее долговременном обеспечении безопасности района, она будет заинтересована и в том, чтобы линия фронта отодвинулась. Поэтому я полагаю, что, возможно, Россия будет участвовать в каких-то рейдах. 

Рейды позволят убедить исламистов в том, что надо отойти с территорий, прилегающих к воздушной базе. Ведь если в провинции Идлиб будут господствовать исламисты, то ни о какой безопасности российской базы речи идти не может. Но, я думаю, Москва не пойдет на крупномасштабные боевые действия. 

– Иначе это будет полномасштабное вторжение?

– Вооруженные силы будут выполнять тактические задачи, которые будут осуществляться при обязательном взаимодействии с сирийской армией. Может быть, российская армия обеспечит огневую поддержку наступления сирийцев.

Кроме того, чтобы обеспечивать безопасность базы в Латакии, нужно некоторое количество личного состава. Так, уже имела место попытка нанесения ударов минометами по военно-транспортному самолету, который заходил на посадку в аэропорту. Этот удар был подавлен артиллерией. В настоящее время там развернуто не менее двух артиллерийских батарей, которые держат под контролем подходы. 

Хочу заметить, что в провинции Идлиб, по некоторым данным, находится спецназ США и Великобритании. 

Россия не собирается проводить операции в городах Сирии. Но возможно участие в операциях по освобождению военных аэродромов, чтобы более эффективно работала сирийская авиация. Думаю, что возможна и помощь в деблокировании коммуникаций. Но эти задачи – ограниченного масштаба и не предполагают создание блок-постов, где бы стояли российские военнослужащие. Скорее всего, такие функции будут возложены на сирийскую национальную армию. 

– Полеты российской авиации вблизи сирийско-турецкой границы неожиданно (или напротив – ожидаемо) осложнили отношения России с Турцией. И насколько реально итоговое вмешательство НАТО, членом которого является Турция, в сирийскую ситуацию?

– Турция действительно в этой ситуации представляет проблему. Потому что в провинции Идлиб находится сирийский филиал Аль-Каиды – «Фронт Нусра». Турки заинтересованы в том, чтобы их не победили. Более того, по тем данным, которые у меня имеются, сама турецкая авиация периодически нарушает воздушное пространство Сирии. 

А когда Россия предпринимает действия по возврату этих самолетов – Россию обвиняют в нарушении воздушного пространства. Я могу предположить, что Турция будет препятствовать освобождению провинции Идлиб, но делать это будет скрытно, не напрямую, без ввода войск. Это затруднит освобождение провинции, затруднит работу российской авиации вблизи границы. Тем не менее, Россию это не останавливает.

– Что, на Ваш взгляд, может сделать Турция в качестве ответа?

– Турция могла бы разместить системы противовоздушной обороны вдоль границы и фактически закрыть вот эту зону. Но пока это делать нечем, потому что системы «Patriot», которые там стояли, были выведены. Но если НАТО разместит там системы противовоздушной обороны, то тем самым ограничит действия российской авиации. Но я не думаю, что НАТО на это пойдет, потому что это будет слишком явной поддержкой радикалов-исламистов. 

– Почему американцы не смогли победить "Исламское государство"? Или такая задача не ставилась? 

– Американцы стремились сохранить баланс между радикалами и другими силами. Например, курдами. США поддерживали то одну, то другую сторону. И при этом стремились направить так называемое "Исламское государство" в сторону Дамаска. Однако эта деятельность привела к тому, что стала очевидна поддержка радикалов-исламистов со стороны США. И теперь американцы будут сторониться – потому что поддержку ИГИЛ будет весьма трудно объяснить.

Если американцы будут проводить операцию в районе Ракки с помощью, в первую очередь, сирийских курдов и так называемой "мирной оппозиции", им будет вообще не с руки противодействовать России. И я очень надеюсь, что противодействие Турции тоже будет ограничено. В этом случае освобождение провинции Идлиб, в принципе, возможно. И, что важно, снимется угроза падения Алеппо. 

А если удастся вернуть провинцию Идлиб, то возникнет улучшение ситуации в провинции Халеб. И это не позволит радикалам создать аналог Бенгази. 

– То есть провозгласить столицу во втором по значению городе страны?

– Думаю, они могут предпринять такую попытку в Эр-Ракке силами "умеренной оппозиции". Но проблема в том, что Америка не может наступать без поддержки сирийских курдов – это порядка 15-20 тысяч человек. А у сирийских курдов – проблемы с Турцией. И, исходя из этого, они не доверяют американцам. И это создает условия для того, чтобы второй Бенгази в Эр-Ракке не возник. 

– Возможны ли компромиссы России и Турции?

– В Турции будут выборы. И я очень надеюсь, что правящая "Партия справедливости и развития" не получит половины. По последним данным социологических опросов она набирает всего 38. Если результаты опросов подтвердятся на выборах, то позиции Эрдогана ослабнут. В таком случае возможна корректировка турецкой политики по Сирии. 

– А есть ли риск поссориться с Саудовской Аравией?

– Саудовская Аравия – самый серьезный игрок в регионе. Что хочет Россия от Саудовской Аравии? Чтобы Саудовская Аравия не увеличивала помощь. Этого будет достаточно. От Катара Россия хочет того же самого. У Саудовской Аравии – свои проблемы. Потому что цена на нефть сейчас низкая, а влезать в Сирию всерьез – требует больших затрат. 

И плюс ко всему это вмешательство может иметь некий обратный эффект. Может быть усилено противодействие саудитам в Йемене, может возникнуть конфликт с Ираном. Поэтому я полагаю, что усиления помощи ИГИЛ со стороны саудитов не будет. 

Кроме того, есть проблемы со стороны Иордании. Иордания фактически воюет. Она оказывает помощь в борьбе против сирийской армии и Башара Асада. Израиль, скорее всего, будет нейтральным. Нужно, чтобы Иордания тоже заняла нейтральную позицию. Потому что там сейчас готовят радикалов-исламистов. 

Все это потребует значительных усилий. 

– Предложение Владимира Путина создать мировую антитеррористическую коалицию, по аналогии с антигитлеровской коалицией, было воспринято в мире как некоторое преувеличение. Может быть, время для такой коалиции еще не пришло?

– Я пока не вижу возможности широкой коалиции. Я вижу потенциальных участников, но я не вижу возможности вовлечения в антитеррористический союз американцев. Но с американцами даже проще договориться, чем с турками. Турки, к сожалению, проводят слишком провокационную политику. До тех пор, пока они будут поддерживать радикальных исламистов, включая "Исламское государство", никакой коалиции быть не может, потому что Турция – член НАТО. 

Россия борется с исламистами в Сирии не для того, чтобы "всех победить". Ставится задача создать условия для мирных переговоров. Мирные переговоры там могут вестись только с позиции силы, когда уже есть какая-то победа. Если побед не будет, никаких переговоров. Даже локальные перемирия невозможны на фоне отступления. 

Плюс ко всему в Сирии есть большие зоны, которые контролируются так называемым "ополчением". Это ополчение переходит на сторону того, кто побеждает. Если сирийская армия будет побеждать, скорее всего, это ополчение перейдет на ее сторону. Поэтому я полагаю, что еще до нового года должен быть перелом на земле, в результате которого должна быть освобождена примерно половина территории Сирии. 

Далее могут следовать политические решения. 

93
Теги:
военные операции, конфликты, Исламское государство, Европа, Азия, Америка, Весь мир, Северная Америка, Турция, США, Россия, Сирия
Темы:
Военная операция в Сирии (121)

Сирийские туркоманы в Карабахе: поездка на войну или большое переселение?

117
(обновлено 21:07 26.11.2020)
Вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе привлек несколько тысяч сирийских наемников, которые прибыли в зону боевых действий при посредничестве Турции, и действовали на стороне Азербайджана.

Александр Хроленко, военный обозреватель

Сирийские боевики-переселенцы могут стать реальностью послевоенного Нагорного Карабаха. Аналоги в истории есть: переселение албанцев в сербское Косово при Османской империи. Для Турции эта организованная миграция – дополнительная возможность закрепиться на Южном Кавказе всерьез и надолго.

Вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе привлек несколько тысяч сирийских наемников, которые прибыли в зону боевых действий при посредничестве Турции, и действовали на стороне Азербайджана. После заключения трехстороннего соглашения и прекращения войны до сего дня ничего не известно о возвращении туристов-террористов на родину. Высока вероятность, что сирийцы поселятся со своими семьями в районах, возвращенных Азербайджану.

По данным телеканала Sky News Arabia, турецкое правительство содействует миграции туркоманских семей с северо-востока Сирии в районы Нагорного Карабаха (переселенцам обещают азербайджанское гражданство), чтобы изменить демографию региона. Турция уже имеет опыт подобной трансформации в городе Африн (на северо-востоке Сирии), где сегодня проживает менее семи процентов коренных жителей.

Представитель Автономной администрации северо-востока Сирии Шафан аль-Хабури в интервью Sky News Arabia подтвердил информацию об инициативе турецкого правительства по переселению сирийских семей в Нагорно-Карабахский регион. И подчеркнул, что руководство Турции не забывает о существовании в 1923 – 1929 годах на территории Карабаха "Республики Красный Курдистан" со столицей в городе Лачин.

Ничего чересчур фантастического в этом проекте нет. Переселенцы-туркоманы (потомки волн тюркского заселения Ближнего Востока до образования Османской империи) с террористическим опытом представляют собой вполне подготовленный "воинский контингент", за небольшие деньги способны участвовать в боевых действиях все равно где и против кого. А гипотетическое превращение Карабаха в подобие "кавказского Косово" позволит Анкаре в любое время выступить на защиту братского народа. Турецкий парламент уже одобрил отправку войск в Азербайджан, и это лишь начало большой геополитической игры на Южном Кавказе – с участием запрещенных в РФ террористических организаций "Джебхат ан-Нусра", "Фиркат Хамза", "Султан Мурад", и экстремистских курдских группировок.

Новые "янычары" Кавказа

Турецкая сторона официально отрицает отправку наемников в Азербайджан, и заявляет о поддержке Армении боевиками Рабочей партии Курдистана (РПК), которая десятилетиями борется против турецких властей. В Баку утверждают, что на стороне Армении - наемники из Сирии и Ливана, что технологически возможно, но уже неактуально. Хрупкий мир проходит испытание временем. Необходимо искать дипломатический выход из карабахского тупика, а не переселять туда ближневосточных "колонистов" с сомнительным прошлым.

Напомню, в провинциях Латакия и Алеппо проживают около 100 тысяч сирийских туркоманов, которые связаны с рядом террористических организаций, и много лет воюют с правительственными войсками САР. Власти Турции поддерживают вооруженные формирования туркоманов. Медиа-ресурс Аfrinpost 23 ноября сообщил, что турецкие власти открыли два офиса в центре курдского региона Африн на севере Сирии для семей, желающих зарегистрироваться для переезда в Нагорный Карабах, «на территорию, занятую азербайджанской армией". И к ним уже выстроились очереди туркоманских семей (преимущественно из провинции Хомс). Вероятно, всех этих людей сумели мотивировать. Перед отправкой мигрантов в Нагорный Карабах турецкая разведка заносит их данные в свою базу.

По оценке руководителя азербайджанского Центра курдской культуры "Ронаи" Фахраддина Пашаева, сегодня в Азербайджане проживают около 240 тысяч курдов, но Турция намерена переселять в Нагорный Карабах не ближневосточных курдов, а исключительно туркоманов (с семьями). Пойдет ли это на пользу Азербайджану, не говоря уже об армянском населении?

Согласно переписи 1923 года, в Нагорно-Карабахской автономной области армяне составляли 94%, 6% были представлены в основном азербайджанцами. Курды и русские оставались в явном меньшинстве. За годы советской власти доля армянского населения в Карабахе снизилась до 77%, азербайджанцев стало более 21%. Война начала 1990-х годов внесла свои коррективы. Демографический состав на перспективу труднопредсказуем.

Армейские будни

Российская группировка миротворцев в армянской части Нагорного Карабаха делает все возможное для налаживания послевоенной жизни. Инженерно-саперные подразделения проводят инженерную разведку, разминирование дорог, эвакуацию сгоревшей техники с дорог общего пользования. В Степанакерте восстановлены дорожное движение, электро-водоснабжение социальных объектов гражданской инфраструктуры и жилых домов, действует гуманитарный центр, разворачивается аэромобильный госпиталь. Российские миротворцы сопровождают автобусы с беженцами, и домой вернулись уже несколько тысяч местных жителей.

Согласно трехстороннему заявлению, подписанному 9 ноября президентами Азербайджанской Республики, Российской Федерации и премьер-министром Республики Армения, 25 ноября подразделения азербайджанской армии вошли в Кельбаджарский район, 20 ноября под контроль Баку перешел Агдамский район, и вскоре (1 декабря) – перейдет Лачинский район. Передача территории азербайджанской стороне – при посредничестве российских миротворцев – не предусматривает моментального возвращения беженцев 1992 года.

Дальнейшая судьба Карабаха во многом зависит от армии и военно-политического руководства АР. Трансформация семи районов из армянской "зоны безопасности" в столь же малолюдную и опасную азербайджанскую зону – крайне нежелательна. Вероятность заселения семи районов сирийскими туркоманами есть. Через 28 лет "в никуда" вернуть сотни тысяч азербайджанских беженцев, которые уже обосновались на новом месте, – очень сложная задача. Так может состояться "рукотворная" замена одного народа другим.

Ранее президент Азербайджана Ильхам Алиев на встрече с министром обороны Турции Хулуси Акаром, главой МИД Мевлютом Чавушоглу, главой разведки Хаканом Фиданом и командующим сухопутными войсками Умитом Дюндаром заявил о "равноправных ролях" России и Турции в решении конфликта. Турецкие военные советники широко представлены в стране. Значительное их количество в удаленной от Карабаха, но граничащей с Арменией Нахичеванской автономии свидетельствует об изначальной готовности Баку и Анкары к большой войне на всем "армянском фронте". Россия равноправно остановила боевые действия, и этим не все удовлетворены.

Турецкий министр обороны Хулуси Акар 24 ноября заявил, что переговоры с РФ продолжаются и после достижения трехстороннего соглашения, турецкое патрулирование между наблюдательными пунктами в Карабахе планируется и, пожалуй, самое важное: "Мы осуществим его в соответствии с нашими переговорами с Азербайджаном".

Совершенно очевидно, речь идет не о совместном мониторинговом центре. Анкара готова действовать, вопреки интересам региона и логике умиротворения сторон конфликта. Возможно, "новый мир" в Карабахе кому-то очень мешает.

 

117

Образование в пандемию: вызовы и перспективы

184
(обновлено 19:28 26.11.2020)
26 ноября в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня" состоялся форум Россотрудничества по итогам реализации программ в рамках федерального проекта "Кадры для цифровой экономики".

Кто легче всего адаптируется к онлайн-обучению, можно ли заменить традиционное образование виртуальными курсами и как "подружить" преподавателей в возрасте с соцсетями? Ответы на эти вопросы искали на форуме Россотрудничества.

Данара Курманова, Sputnik

Коронавирус – безусловно, явление негативное. Но даже здесь можно найти новые возможности для сферы образования. К такому выводу пришли спикеры форума по итогам реализации программ Россотрудничества за 2019-2020 годы в рамках федерального проекта "Кадры для цифровой экономики". Мероприятие состоялось 26 ноября в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня".

За время реализации проекта Россотрудничество запустило 40 образовательных проектов, которыми воспользовались более 100 тысяч человек из 92 стран, рассказал заместитель руководителя агентства Павел Шевцов. Все эти программы объединяла общая цель – помочь школьникам, студентам и педагогам разобраться в новых технологиях, ведь современная жизнь уходит "в цифру": все больше вопросов можно решить онлайн, от покупок до оплаты коммунальных платежей.

Но если в 2019 году часть мероприятий Россотрудничества проходила очно, в 2020-м из-за пандемии почти все проекты действовали онлайн. С одной стороны, программе это даже пошло на пользу – все-таки в их рамках готовят кадры для цифровой экономики, а тут процесс цифровизации ускорился сам собой. С другой, пандемия выявила проблемы, с которыми сталкиваются в интернете как учащиеся, так и преподаватели.

Цифровое неравенство значит социальный разрыв

По словам председателя российского общества "Знание" Любови Духаниной, пандемия усиливает разрыв между технически подкованными людьми и гражданами, у которых нет соответствующего оборудования для перехода в онлайн, либо знаний в области медиаграмотности.

"Поэтому важны не только проекты, ориентированные на IT-специалистов, но и проекты массовые", - заявила она.

Только в 2019 году Россотрудничество организовало 250 массовых мероприятий: дни виртуальной реальности, VR-музеи, обучающие курсы и бизнес-хакатоны – командные соревнования для разработчиков инновационных проектов. И что самое важное, онлайн-платформы были доступны для всех – например, можно было смотреть экспозиции в музее без очков виртуальной реальности или подключиться к большинству программ с телефона.

Проблема поколений

Сложнее всего адаптироваться к онлайн-формату занятий оказалось педагогам так называемой "старой школы" - в повседневной жизни они нечасто пользуются интернетом. Восполнить пробелы в медиаграмотности преподавателям русских школ помогает проект "Цифровой куратор", говорит Любовь Духанина.

"Этот проект распространился на Беларусь, - рассказывает она. – Фактически учителя Беларуси получили еще одну профессию, потому что, пройдя профподготовку в сфере цифровой грамотности, они теперь могут делиться знаниями с другими".

Курсы цифровой грамотности прошли 1800 человек, среди них – не только учителя Минска, но и других городов: Бобруйска, Бреста, Гродно, Орши, Марьиной Горки и Слонима.

"Мы рассказывали преподавателям не только о том, как создавать свои собственные образовательные медиапродукты, но и о вещах, которые пригодятся им вне работы – как защитить себя при работе с платежными системами или в социальных сетях", - поясняет Любовь Духанина.

Курсы повышения квалификации помогают педагогам еще и понять молодежь. К примеру, сами активно используя онлайн-инструменты, учителя понимают, что дети способны воспринимать большие тексты в интернете, нужно лишь правильно их оформить. Сейчас проектами для педагогов интересуются в Казахстане и Узбекистане.

Детям нужен особый подход

"Лучше всего онлайн-программы усваивают дети", - считает Павел Шевцов. Его мнение подтверждает авторы проекта "Инжинириум", созданный МГТУ имени Баумана при поддержке Россотрудничества.

"Инжинириум – это сеть образовательных центров, в которой уже приняли участие семь тысяч детей из 40 стран, - рассказывает заместитель директора центра "Композиты России" на базе университета Маргарита Стоянова. – У нас есть точка в Казахстане, в Алматы, где ведутся занятия по программированию, 3D-моделированию и робототехнике. А наши онлайн-курсы востребованы не только в СНГ. Например, к нам подключаются из Австралии, потому что наши программы доступны на русском с английскими субтитрами. И это эффективная популяризация не только инженерии, но и русского языка. Учить язык всегда легче через вещи, которые тебя интересуют".

Разумеется, развитие онлайн-среды не заменит традиционного образования, считает Стоянова. В этом году "Инжинириум" провел выставку "Новые цифровые технологии в школе" в очном формате в Беларуси.

"Пусть с учетом ограничений, пусть без привычной толпы, но мы смогли провести это мероприятие и отвлечь детей от гнетущих новостей о пандемии. И нам, организаторам, и детям не хватает этой атмосферы. Для сотрудничества важно общение. Надеюсь, в 2021 году мы сможем встретиться в привычном формате", – подытожила Маргарита Стоянова.

184