Сергей Маркедонов

Российское военное вмешательство в конфликт в Сирии и его последствия

342
(обновлено 21:06 12.10.2015)
Сергей Маркедонов о рисках и последствиях вмешательства РФ в сирийский конфликт.

Сергей Маркедонов, кандидат исторических наук, доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ 

Российское военное вмешательство в конфликт в Сирии продолжается всего неделю. Однако уже сейчас не наблюдается недостатка в прогнозах по поводу возможных последствий такого шага. 

Сирийский конфликт как прецедент

Означат ли сирийская военная операция Москвы выход РФ на глобальный уровень конфронтации с США? Вовлекается ли Россия в суннитско-шиитское противостояние,  то есть фактически играет не в свою игру? Может ли на Ближнем Востоке повториться "афганский сценарий"? Ожидать ли россиянам всплеска новых террористических атак в связи с жестким противостоянием так называемому "Исламскому государству" и другим джихадистским структурам?

Все перечисленные выше вопросы, как правило, основываются на прецеденте, который создало российское военное вмешательство в сирийский конфликт. 

Дело в том, что после распада СССР и вплоть до сентября 2015 года Москва вмешивалась в кризисные ситуации и этнополитические противостояния лишь в пределах постсоветского пространства. Так было во время гражданской войны в Таджикистане в 1992-1997 годах, внутригрузинском противостоянии 1993 года, "пятидневной войне" в Закавказье в 2008 году и во время прошлогодней крымской кампании. Многим памятен знаменитый "бросок десантников" (сводного батальона российских ВДВ) из Боснии и Герцеговины в Приштину. Но российское участие на Балканах в 1990-х годов было ограничено миротворческим форматом. Оно не предполагало поддержку одной из сторон конфликтов, как это делали США и их союзники во время косовской операции НАТО. Таким образом, факт российского участия в сирийских событиях действительно является  прецедентом использования вооруженных сил РФ в "дальнем" зарубежье. 

Что же касается гипотетических параллелей с Афганистаном, то здесь следует учесть один важный нюанс. Так называемое "Исламское государство",  контролирующее сегодня сирийские и иракские территории и претендующее на расширение своего влияния по всему миру, еще год назад обозначило Россию в качестве одной из своих целей. Ничего подобного не происходило в канун ввода советских войск в Афганистан. 

Москва в Сирии и на Кавказе

Стоит попутно заметить, что позиция Москвы по Сирии, обозначенная в сентябре 2015 года не открыла чего-то принципиально нового. Еще в 2011 году, когда в этой ближневосточной стране только начиналась политическая дестабилизация, Россия скептически относилась к "смене режима" и перспективам ее демократизации. И не потому, что испытывала какую-то особую теплоту к авторитарному правлению Асада или не видела его недостатков, а из-за опасений, что в условиях военного противостояния победит не тот, у кого сильнее политическая программа, а тот, кто лучше вооружен и организован. В ближневосточных условиях это были различные исламистские силы. К слову сказать, наличие сторонников "Аль-Каиды" в рядах "умеренной сирийской оппозиции"  еще в 2011 году публично признавали представители американской и европейской разведки. 

И на территории Северного Кавказа, и в соседних с Россией странах Закавказья есть те, кто уже либо принял присягу на верность новоявленному "халифу" Абу Бакру Аль Багдади, либо влился в ряды "ИГ", как, например, выходец из Панкисского ущелья Тархан Батирашвили (известный, как Умар аш-Шишани). В этой ситуации перед Москвой был выбор: наблюдать за развитием событий издалека, дожидаясь коллапса сирийской государственности и последующего экспорта джихадизма по направлению к постсоветскому пространству, либо превентивное вмешательство. 

Повышает ли это решение риски в сфере безопасности? Конечно, повышает, как и любое политическое действие, связанное с конфликтом интересов. Но представим себе, что на сегодняшний день российская авиация не наносила бы ударов по позициям джихадистских группировок. Избавило бы это Россию от неприятия со стороны "ИГ" и ее сторонников, как на Ближнем Востоке, так и внутри страны? Риторический вопрос – конечно, нет.

Задачи общие, тактика – разная

Решение Москвы вмешаться в конфликт в Сирии вызвало неодобрение и со стороны США и их союзников (не только стран-членов ЕС, но и Турции), и со стороны монархий Персидского залива. При этом западные государства в стратегическом плане готовы бороться против "ИГ". И даже Саудовская Аравия видит в игиловцах потенциальную опасность для внутренней стабильности своего государства. Ничего подобного не было в истории с советским вмешательством в Афганистане. В логике холодной войны такая диверсификация подходов была непозволительной роскошью. 

Сегодня Россия с одной стороны, а США и их союзники на Западе и Востоке с другой расходятся в тактике. Можно ли противостоять игиловцам и при этом менять сирийский режим? По этому пункту и те, и другие дают разные ответы. Как справедливо замечает израильский эксперт Алек Эпштейн, "чрезвычайно важно, поставив себе какие бы то ни было политические цели, регулярно сверять их с изменяющейся реальностью — и это именно то, чего американцы не делали и не делают". Отсюда и упорное отстаивание тезисов об "умеренной оппозиции" без предъявления критериев этой самой умеренности и опасения по поводу усиления России (которое затмевает выгоды от ослабления "ИГ").

Особая статья – это позиция Израиля. С одной стороны, Еврейское государство имеет конфронтационные отношения с Ираном и главным его союзником на Ближнем Востоке – движением "Хезболла". Но израильские политики прекрасно понимают и возможные издержки, связанные с успехом игиловцев или родственных им группировок. Отсюда и сдержанная реакция со стороны Тель-Авива, и готовность премьер-министра этой страны к согласованию действий с российскими коллегами.  

Как бы то ни было, здесь нет противостояния разных социально-экономических систем. Здесь присутствует конфликт тактических интересов при общей стратегической заинтересованности в сокрушении "Исламского государства".  Поэтому не стоит спешить с выводами о новом витке глобального противостояния. 

Только ли суннитско-шиитский конфликт?

Не стоит также торопиться и с заключениями о тотальном суннитско-шиитском конфликте, в котором Россия играет на стороне шиитов. Во-первых, сунниты есть и среди асадовских министров, не говоря уже о курдских формированиях, которые наряду с Асадом активно борются против ИГ. Во-вторых, действия Москвы в Сирии поддерживаются Египтом, крупнейшей арабской страной с подавляющим суннитским большинством. Понятное дело, что среди египтян есть разные взгляды, включая и симпатии к "ИГ". Но в любом случае представителей официального Каира никак не отнесешь к шиитам. 

В-третьих, внутри суннитского мира мусульмане далеко не так едины, как кому-то кажется. И между ними есть существенные противоречия по поводу государственно-конфессиональных отношений и внешнеполитических приоритетов их стран. В России, постсоветских странах Центральной Азии  (где доминируют сунниты) многие духовные авторитеты выступают против распространения влияния салафитских взглядов, апеллирующих к "первозданному исламу". И на этом направлении они, скорее, союзники, а не противники Москвы. 

Да, Россия в Сирии оказалась по одну сторону с шиитским Ираном и вступила в противоречие с интересами Саудовской Аравии, Катара и Турции. Но с тем же Ираном стремятся нормализовать отношения США (союзник Анкары и монархий Персидского залива), свидетельством чему недавний компромисс по ядерной проблеме. Той самой, которая долгие годы казалась дипломатически бесперспективной. Если же говорить о Турции, то и до Сирии у Москвы было немало противоречий с этой страной (от Карабаха и Кипра до Крыма). Но в течение двух последних десятилетий стороны не раз преодолевали сложности в двусторонних отношениях, не в последнюю очередь благодаря экономическим взаимосвязям. 

И последнее (по порядку, но не по важности). Борьба против "ИГ" актуализирует террористическую угрозу для России, как, впрочем, и для Запада, который рассматривается джихадистами, как стратегический противник. Но данная проблема имеет множество измерений. Они касаются не только большой геополитики, но и качественного управления внутри страны, особенно в полиэтничных и поликонфессиональных регионах. Активизация ближневосточного направления требует от России больше ответственности на Северном Кавказе и в Поволжье. Только с помощью качественной интеграции национальных республик в составе РФ в общероссийское пространство можно купировать риски пополнения рядов экстремистов за российский счет. А значит, без комплексной стратегии, которая бы увязывала в единое целое внешнеполитические и внутренние проблемы, не обойтись.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

342
Теги:
политики, конфронтация, авиаудары, конфликты, Исламское государство, Сергей Маркедонов, Европа, Азия, Весь мир, Сирия, Россия
Темы:
Военная операция в Сирии (121)
По теме
ВКС России нанесли удары по объектам ИГ в сирийской провинции Идлиб
Глава МИД Египта: операция ВКС РФ поможет искоренить терроризм в Сирии
Путин: данные о гражданских жертвах появились до ударов ВКС РФ в Сирии

США наказывают Тегеран за "ядерный шантаж": чем это грозит России

56
Обвинив Тегеран в "ядерном вымогательстве", Соединенные Штаты в очередной раз ужесточили санкции.

Новые ограничения затронут и иностранные компании, работающие на иранских атомных объектах, — в том числе российские и китайские. Чего добиваются американцы и как Исламская Республика противостоит давлению — в материале Галии Ибрагимой для РИА Новости.

© Видео Ruptly / TeleSUR / VTV / wsj.com / conelmazodando.com.ve / state.gov

Сложно жить взаперти

Иран постепенно выходит из карантина. В крупных городах оживились торговля и сфера услуг. Открылись мечети, хотя пускают туда только в масках и перчатках. Во время намаза иранцам рекомендовали соблюдать социальную дистанцию в полтора метра, но сделать это непросто.

Ситуация с коронавирусом по-прежнему сложная. Всего в республике заболели 142 тысячи человек. Ежедневный прирост — две тысячи, что для 80-миллионной страны много. Погибших от COVID-19 — более 7,5 тысячи.

Однако держать людей взаперти и без заработка уже нельзя. Иранцы выходят на митинги против безработицы, инфляции и удорожания тарифов на коммунальные услуги еще с осени. Во всех бедах они винят власти, так и не сумевшие провести обещанные реформы и добиться отмены санкций.

Помощью союзникам и соседям

Протесты населения стоили правительству умеренных реформаторов во главе с президентом Хасаном Роухани большинства мест в меджлисе. На парламентских выборах в феврале победу одержали консерваторы, выступающие против реформ и занимающие более жесткую позицию по отношению к Западу.

На днях новый созыв меджлиса провел первое заседание. Депутаты прибыли в защитных масках и перчатках, на входе им измеряли температуру. Без средств защиты был только президент Роухани. Он поздравил народных избранников с началом работы, и политическая жизнь в стране закипела.

Первым делом власти доложили депутатам об успехах. Так, в мировом рейтинге военной мощи Иран поднялся с 22-й на 14-ю позицию.

"В последние годы в различных сферах военного потенциала Исламской Республики происходили колоссальные преобразования", — подчеркнул Роухани.

Пока весь мир боролся с пандемией, Иран вывел на орбиту военный спутник. В октябре западные страны должны снять с Тегерана оружейное эмбарго — это даст новый импульс военно-промышленному комплексу страны.

В Венесуэлу прибыли два танкера с иранским бензином. Хотели отправить еще три, но США пообещали их заблокировать.

"Если американцы создадут нашим танкерам проблемы в Карибском бассейне или где-либо еще, мы ответим зеркально", — пригрозил министр обороны Ирана Амир Хатами.

Кроме Венесуэлы, гуманитарную помощь Исламская Республика направила в Таджикистан и Сирию. Тегеран предложил содействие в борьбе с коронавирусом и российским властям.

Запрет на исключения

Эпидемия не утихает и в США, но это не мешает администрации Дональда Трампа давить на Иран.

"Иранский режим продолжает ядерную конфронтацию. Тегеран занимается ядерным вымогательством, тем самым провоцируя международное давление. Компании, которые продолжают работу на иранских ядерных объектах, могут понести за это ответственность", — заявил Майк Помпео.

Госсекретарь сообщил, что американские санкции начинают действовать в полном объеме. Исключения, позволявшие сотрудничать с Ираном в ядерной сфере, отменяются. Иностранные специалисты обязаны покинуть страну в течение 60 дней.

"Единственное послабление сохраняется для атомной энергетики", — уточнил Помпео.

Белый дом также объявил о рестрикциях в отношении двух чиновников иранской Организации по атомной энергии. Известно, что они участвуют в разработке и изготовлении центрифуг для обогащения урана.

Модификация центрифуг — в интересах Америки

Весной 2018 года США первыми вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — документа, который ограничивал иранскую ядерную программу, напоминает консультант ПИР-Центра Андрей Баклицкий.

"Вашингтон возобновил режим санкций против Теграна. Но были исключения, в основном связанные с модификацией иранской ядерной программы. Например, Россия преобразовывала центрифуги на заводе по обогащению урана в Фордо. Китай занимался реакторами на тяжелой воде в городе Араке. Это было в общих интересах, включая США", — объясняет РИА Новости Баклицкий.

Теперь воможностей для сотрудничества станет меньше. "Поставки атомного топлива на действующую Бушерскую АЭС продолжатся. "Росатом" строит "Бушер-2", и в компании уже заявили, что не намерены прекращать работы. Санкций пока не последовало", — рассказывает Баклицкий.

По мнению эксперта, ужесточение американской политики связано с предвыборной кампанией. Режим аятолл это прекрасно осознает, но молчать не будет.

"Иранским властям важно показать миру, что Вашингтон не сломит Исламскую Республику и санкционная стратегия Трампа — максимально провальная. Так что Тегеран тоже пойдет на обострение", — полагает Баклицкий.

Договариваться, а не угрожать

Аналитик Института международных исследований МГИМО Адлан Маргоев придерживается той же точки зрения. В подтверждение он приводит гуманитарную помощь Венесуэле.

"Тегеран действует демонстративно. Вот, мол, наши танкеры с бензином для союзника, и попробуйте нам помешать. Иранцы дают понять, что не приемлют давления, и с ними придется договариваться", — говорит эксперт.

При этом он обращает внимание на несоответствие — с одной стороны, Иран испытывает экономические трудности, с другой — оказывает щедрую помощь союзникам и соседям.

"Откуда деньги на это? Дело в том, что в Иране два условных бюджета. Первый формирует из налогов и сборов правительство. Второй — "идеологическая" казна, пополняемая за счет пожертвований в исламские фонды, а также прибыли компаний, которые этим фондам принадлежат. И этот кошелек потолще правительственного", — объясняет Маргоев.

По его словам, исламские фонды контролируют значительную часть иранской экономики, причем они освобождены от налогов и даже декларирования доходов. А пользуются этим неформальным бюджетом иранское духовенство и силовики из Корпуса стражей исламской революции. Помощь Венесуэле, вероятнее всего, обеспечили именно эти средства.

Маргоев не исключает, что если президентом США станет Байден, то в американо-иранских отношениях произойдет позитивный сдвиг. Но сомневается, что даже гипотетическое возвращение американцев в СВПД вернет им доверие иранцев. Любая новая договоренность под угрозой, когда за президентом-демократом следует президент-республиканец и многолетние дипломатические усилия вновь оказываются на свалке истории.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

56

Зачем американцам биолаборатории в Центральной Азии и на Кавказе

5411
(обновлено 12:19 29.05.2020)
На встрече министров иностранных дел ОДКБ Сергей Лавров заявил, что Соединенные Штаты осуществляют военно-биологическую деятельность по всему миру, в том числе вокруг границ России.

СУХУМ, 29 мая - Sputnik. Москва давно обеспокоена биологической безопасностью соседних стран. В Казахстане, Армении и Таджикистане американцы создали сеть биологических лабораторий. Особенно много вопросов у российских властей к центру имени Лугара в Грузии, пишет Галия Ибрагимова для РИА Новости.

Преднамеренная утечка

Первое заражение коронавирусом в Казахстане зафиксировали в начале марта. Власти закрыли границы и ввели чрезвычайное положение. В интернете поползли слухи, что вирус может быть связан с биолабораторией, которую в 2016 году на юго-востоке республики построили американцы.

Алма-атинская Центральная реферанс-лаборатория (ЦРЛ) специализируется на изучении характерных для Казахстана штаммов вирусов. Действует на базе Казахстанского научного центра карантинных и зоонозных инфекций, подчиняется Минздраву республики. Считается собственностью Казахстана, хотя строилась за счет Пентагона. На этот объект США выделили 108 миллионов долларов.

Вашингтон объяснял: в регионе находятся американские военные и исследования помогут защититься от неизвестных вирусных инфекций.

На саммитах ОДКБ, СНГ и ШОС представители Москвы не раз заявляли, что американцы могут использовать эти лаборатории против российских интересов. Но власти Казахстана убеждали, что в работу местных биологов никто не вмешивается.

"Участие иностранных ученых допустимо, только если проводятся совместные исследования и реализуются проекты по грантам", — объясняли в ЦРЛ.

В 2018-м в Казахстане заметно выросло число заболеваний менингитом, и в Алма-Ате заговорили об утечке штамма менингококковой инфекции из ЦРЛ. Журналисты и блогеры всерьез писали, что американцы преднамеренно допустили распространение вируса. Таким образом они якобы хотели проверить эффективность разрабатываемого в лаборатории бактериологического оружия.

Минздрав Казахстана уверял, что никакой эпидемии нет. "В Казахстане 58 случаев менингита, из них в Алма-Ате — 32. Если посчитать относительные показатели, то, по меркам ВОЗ, они низкие", — указывали в ведомстве.

С коронавирусом похожая история. Власти опровергли конспирологию и призвали не сеять панику.

Закрытый режим работы

В советское время Институт микробиологии Армянской ССР считался крупнейшим центром микробиологии. В девяностые научными разработками института заинтересовались США и Великобритания. Армянских специалистов приглашали на стажировки в западные страны.

В нулевые американцы помогли открыть в стране несколько биолабораторий. Деньги, как и в Казахстане, выделял Пентагон. Только на модернизацию армянского Национального центра по контролю и профилактике заболеваний потратили десять миллионов долларов.

Построенные в Ереване, Гюрми, Ванадзоре, Мартуни и Иджеване научные центры изучают характерные для Кавказского региона вирусы и штаммы.

Лаборатории входят в систему здравоохранения Армении, но Агентство по снижению угрозы при Минобороны США имеет туда доступ. Помимо местных специалистов, там работают американцы.

Закрытость биолабораторий в Армении вызывает критику Москвы. Чтобы развеять сомнения, прошлой осенью премьер-министр Никол Пашинян согласился подписать Меморандум о сотрудничестве с российскими специалистами. Согласовали детали, но в последний момент армянская сторона отказалась от этого документа.

Опасная эпидемиология

В 2010-х американские биологи обратили внимание на еще одного члена ОДКБ — Таджикистан. Их беспокоила неблагоприятная эпидемиологическая обстановка, способная привести к вспышке инфекционных заболеваний. Несколько западных фондов выделили деньги на создание исследовательских центров.

Так, в 2013-м на базе Гастроэнтерологического института в Душанбе открылась лаборатория биологической безопасности. Проект финансировал французский благотворительный Фонд Мерьё, строивший подобные объекты в Китае, Мьянме, Бангладеш и странах Африки.

Французам, как правило, помогали ООН и Агентство США по международному развитию USAID. Инвестиции превысили три миллиона долларов.

В 2019-м создали лабораторию при Республиканском центре борьбы с туберкулезом. Спонсорами выступили USAID и Пентагон. Местные биологи при участии зарубежных коллег изучают такие характерные для Центральной Азии заболевания, как туберкулез, малярия, гепатит и холера.

В прошлом году на севере Таджикистана в городе Исфара открыли еще один объект. Информации о нем мало, финансировали снова американцы.

"В Центральной Азии и до коронавируса эпидемиологическая ситуация была непростой. Для региона характерны вспышки гепатита, холеры, туберкулеза, поэтому новые биолаборатории необходимы. На них нужны средства. Без зарубежной помощи не обойтись", — объясняет РИА Новости директор Центра политологических исследований в Душанбе Абдугани Мамадазимов.

Таджикский эксперт не видит ничего подозрительного в активности американцев. "Просто они всегда откликаются первыми. Если после коронавируса Россия, Китай или ЕС станут активнее помогать региону в борьбе с вирусами, власти республик это поддержат", — уверен эксперт.

Грузинский патоген

Грузия не входит в ОДКБ, но граничит с Россией и играет ключевую роль на Кавказе. Озабоченность Москвы вызывает Исследовательский центр общественного здравоохранения имени Ричарда Лугара. Российские власти полагают, что биолаборатория близ Тбилиси действует в интересах американцев.

Подозрения возникли не на пустом месте. В сентябре 2018-го бывший министр госбезопасности Грузии Игорь Гиоргадзе заявил, что в лаборатории могли проводить опыты над людьми, и представил документы, из которых следовало, что десятки человек, проходивших лечение в центре Лугара, умерли. Причем там работали биологи трех частных американских фирм — CH2M Hill, Battelle и Metabiota, выполняющих заказы Пентагона.

Гиоргадзе обратил внимание на высокий уровень бактериологической защиты лаборатории. Более того, центр располагает "оборудованием для распыления вредных веществ и боеприпасами с биологически активным материалом". "Зачем учреждению, цель которого — защита населения, такие вещи?" — задался вопросом экс-министр.

В Москве это услышали. Глава департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД Владимир Ермаков заявил, что Россия не потерпит американских биологических экспериментов у своих рубежей.

В Пентагоне обвинения Гиоргадзе назвали абсурдными. В Тбилиси уверяли, что лаборатория занимается мирными разработками и ни о каких опытах над людьми речи не идет. Грузинские власти были не против посещения центра Лугара российскими специалистами. Но эти планы сорвались из-за прошлогоднего кризиса в отношениях двух стран.

"Грузия никогда не интересовалась исследованиями в физико-химической биологии. И информация о том, что эта лаборатория — высокого класса биологической защиты персонала, вызывают вопросы. Зачем заниматься такими тяжелыми патогенами?" — рассуждает в беседе с РИА Новости доктор биологических наук, профессор Сибирского федерального университета Николай Сетков.
Заместитель генерального директора по научной работе центра вирусологии "Вектор" Александр Агафонов отмечает, что "прямые данные о разработке биологического оружия и средств его доставки в Центре имени Лугара недоступны".

"Однако сведения об участии частных компаний CH2M Hill, Battelle и Metabiota, об их контрактных обязательствах — например, исследование опасных бактерий сибирской язвы, туляремии и вируса Крым-Конго геморрагической лихорадки — не должны остаться без внимания", — подчеркивает специалист.

Эксперты, опрошенные агентством, сошлись во мнении, что постсоветские государства, надеясь на помощь извне, могут упустить контроль над эпидемиологической ситуацией. А это чревато серьезными последствиями. К тому же в период пандемии к лабораториям начали относиться с еще большей опаской, что наконец дает весомый повод сделать этих структуры более открытыми.

5411
страхи

Подкаст "Страхи/Ошибки": как изоляция разрушает семьи

0
Можно ли пережить самоизоляцию и остаться в хороших отношениях друг с другом? Как понять, что решение развестись после снятия карантина взвешенное, а не принято сгоряча? В каких ситуациях изоляция действительно поможет принять трудное, но правильное решение?
Подкаст “Страхи/Ошибки”: как изоляция разрушает семьи

В Китае после снятия карантинных мер резко увеличилось количество семейных разводов. В остальных странах тоже предсказывают подобный "эффект". В стрессовой ситуации супруги могут открыться не с лучшей стороны. И тогда возникает вопрос: "С тем ли человеком я жил все эти годы и какой он на самом деле?". Порой доходит до оскорблений и физического насилия.
Вместе с психологом, гештальт-терапевтом, известным инстаграм-блогером Марией Бразговской и психотерапевтом Станиславом Савинковым разбираемся, как сохранить отношения в изоляции, если партнёры начали бесить друг друга.
1:30 Почему некоторые пары не пройдут проверку карантином
3:00 "Люди в браке больше десяти лет, и вдруг начинают звереть и ссориться": почему так происходит?
6:00 Как переживают стресс мужчины и что они чувствуют в этот момент
7:50 Как лучше: разделить ответственность на двоих или кому-то одному взять на себя все трудности?
10:30 Какие есть эффективные инструменты для решения семейного конфликта
15:45 Как договариваться друг с другом
16:50 "Прописать правила нашей семьи": метод, который точно поможет избежать недопонимания
18:45 Что делать, если один супруг ставит перед фактом другого и говорит: "Мы разводимся"
23:20 Разделённые семьи: что угрожает парам, где один работает, а другой — остался дома
27:40 Как действовать, если пара сейчас почувствовала себя на грани развода
Эпизоды этого подкаста обычно выходят по понедельникам.
Слушайте подкасты РИА Новости.

0