Рабочий визит президента РФ В. Путина во Францию

Великая европейская армия "для защиты от США и России": Путину нравится

81
(обновлено 14:11 18.11.2018)
Владимир Путин поддержал идею создания европейской армии, чем вызвал сложные чувства у европейских и уж тем более британских и американских коллег.

Стоит вспомнить, что недавнее предложение президента Франции Эммануэля Макрона о создании общеевропейской армии основывалось на том, что армия нужна "для защиты от Китая, России и даже США". В свою очередь, канцлер ФРГ Ангела Меркель, напротив, пояснила вчера, что "единая европейская армия доказала бы миру, что война в Европе невозможна", напоминает Ирина Аскснис в колонке для РИА Новости.

Ранее, напомним, французский министр финансов Брюно Ле Мэр призвал к превращению Европы в "империю, похожую на США и Китай".

Правда, он оговорил, что эта "империя" должна быть миролюбивой державой, стоящей на принципах правового государства. Однако, по его мнению, "Европа больше не должна страшиться того, чтобы пускать в ход свою власть".

Как легко заметить, в последнее время подобные резкие высказывания европейских государственных деятелей перестали быть редкостью и обычно их рассматривают в контексте эскалации напряженности в европейско-американских отношениях.

При этом, хотя "великодержавную" риторику усилили многие ведущие европейские фигуры (та же Меркель), невозможно не заметить, что именно французы особо усердствуют в этом отношении, что временами приводит к прямо-таки анекдотичным ситуациям.

Достаточно вспомнить прошлонедельный инцидент, когда была внезапно отменена согласованная встреча российского и американского президентов в Париже. Причина оказалась оригинальнее и смешнее любых фантазий: Эммануэль Макрон не хотел, чтобы российско-американские переговоры затмили организованные Елисейским дворцом мероприятия по случаю столетия окончания Первой мировой войны.

Есть нечто крайне символичное во всей этой суете Елисейского дворца: как известно, Первая мировая стала последним на сегодняшний день настоящим военно-геополитическим успехом Франции. Ее присутствие в списке стран-победительниц Второй мировой является предметом шуток, а других вариантов и вовсе не осталось.

Ровно сто лет с последнего успеха, а вернее, с последнего реально весомого участия в мировых военно-политических событиях — это много. Слишком много для страны, сохраняющей серьезные геополитические амбиции и претензии на участие в грядущем мировом переделе.

Ситуация усугубляется тем, что прямо сейчас Париж теряет те немногие "остатки былой роскоши", то есть признаки великой державы, которые ему удавалось удерживать последние десятилетия. За примерами далеко ходить не приходится.

Рабочий визит президента РФ В. Путина во Францию
ТАСС/POOL
Рабочий визит президента РФ В. Путина во Францию

Во-первых, Ливия. Хотя вину за уничтожение ливийского государства и кровавую бойню, в которую была ввергнута эта страна, обычно возлагают на Запад в целом и особенно — по традиции — на США, в реальности главным застрельщиком тех событий была как раз Франция. Стоит напомнить, что именно она первой начала операцию по созданию бесполетной зоны над Ливией.

Итоги тех событий всем хорошо известны. И прямо в данный момент мир наблюдает, как Россия перехватила упущенную — вернее, брошенную Западом, включая Францию, в силу полной утраты контроля над ситуацией — инициативу и активно работает с ливийскими политическими силами над восстановлением ливийской государственности.

Во-вторых, Центральная Африка. Европейские государства во многих случаях сохраняют политический, экономический и даже военный контроль над своими бывшими колониями. Франция не была исключением из этого правила, активно участвуя — в том числе и прямым военным вмешательством — в делах африканских стран, для которых ранее была метрополией. Речь идет в первую очередь именно о государствах Центрально-Африканского региона.

Но и тут земля уходит у Парижа из-под ног — и за это, кстати, он также должен "благодарить" в первую очередь Москву. Словосочетание "Россия и Центрально-Африканская Республика" за последний год стало устойчивым и привычным для людей, следящих за новостями.

Москва действительно все более активно сотрудничает с государствами региона — в том числе в военной и военно-технической сфере, вытесняя оттуда бывшую метрополию.
Поэтому бурное желание Парижа снова стать столицей империи в общем-то понятно.

Но понятно и спокойствие, с которым смотрит на это желание столица действующей сверхдержавы Москва. Слишком очевидна разница в подходах, исповедуемых двумя предполагаемыми локомотивами европейской державности. Если Франция, возможно, хочет играть мускулами на глобальной арене — то Германия в первую очередь желает спокойно держать в узде, безопасности и дисциплине сам ЕС.

А это говорит о том, что "единая европейская армия", если она возникнет, едва ли будет более дееспособна, чем нынешняя НАТО.

Правда, она будет меньше зависеть от Вашингтона — и уже поэтому перспективу ее создания нельзя не приветствовать.

Рабочий визит президента РФ В. Путина во Францию
ТАСС/POOL
Рабочий визит президента РФ В. Путина во Францию
81
Теги:
безопасность, Евросоюз, НАТО, Эмманюэль Макрон, Владимир Путин, Дональд Трамп, Ангела Меркель, Франция

Россия не допустит большой армяно-азербайджанской войны

143
Россия не может и не будет спокойно наблюдать за разгорающейся в Нагорном Карабахе войной, потому что она напрямую затрагивает ее национальные интересы.

Есть три главных причины, по которым Россия не допустит перерастания боевых действий между армянами и азербайджанцами в полноценную затяжную войну, пишет колумнист РИА Новости Петр Акопов.

Причина первая — самая простая: оба государства относятся не просто к сфере влияния России, но являются частью постсоветского пространства. То есть исторической России — будь то Российская империя или СССР.

Три десятилетия независимого существования не делают обе республики состоявшимися суверенными государствами — просто потому, что реальная устойчивая государственность возникает не благодаря случайному историческому вывиху (каковым был распад СССР), а становится результатом долгой и осознанной деятельности того или иного народа, в том числе и накапливаемых им традиций государственного строительства.

Армяне и азербайджанцы получили свои государства во многом случайно — в качестве республик в составе СССР они были автономиями в рамках единой страны, и местные элиты не занимались ни внешней политикой, ни военными делами, да и государственное управление, как и экономика, были лишь частью общесоюзного механизма.

Межнациональные проблемы омрачали отношения Армении и Азербайджана и в советские годы — но пока Москва крепко держала рычаги управления в своих руках, они не приобретали угрожающего характера.

Начавшееся в 1988 году движение за передачу Нагорного Карабаха (с большинством армянского населения) из состава Азербайджанской СССР в Армянскую привело к первому крупному межнациональному конфликту времен перестройки — во многом благодаря бездарной политике Горбачева.

К моменту распада СССР армяне и азербайджанцы уже пролили кровь друг друга, а став независимыми, сразу же погрузились в полноценную войну за Карабах. Война закончилась в 1994-м победой армян: за ними остался не только Карабах, но и еще семь районов Азербайджана — тех, что отделяли Карабах от Армении. Сотни тысяч беженцев с обеих сторон, обрушившиеся экономики и невнятные государственные устройства — вот что получили по итогам войны оба государства.

Но самое главное — оба они живут в ожидании новой войны. Которая кажется им неизбежной — азербайджанцам потому, что они не могут смириться с потерей территории, а армянам потому, что они это понимают. Выстроенные модели государственности в Армении и Азербайджане сильно отличаются — в Баку правит династия Алиевых, а в Ереване периоды относительной стабилизации внутриэлитной борьбы сменяются ожесточенными схватками за власть.

Но в одном оба государства едины: они очень сильно привязаны к России. Эта ориентация одновременно и осознанная, и вынужденная.

Осознанная потому, что в России давно уже живет больше армян, чем в Армении, да и азербайджанская община насчитывает несколько миллионов. Экономики обеих стран сильно завязаны на Россию — это не только торговля, но и тот бизнес (включая очень крупный), которым выходцы из республик занимаются в нашей стране.

Не имеющая общей границы с Россией Армения формально ближе к нам — она входит в ОДКБ и Евразийский союз, там располагается российская военная база. Но и граничащий с Россией Азербайджан может быть назван как минимум дружественным государством — с которым Россия также выстраивает самые тесные отношения. Обе республики нуждаются в России, но и для России важно нахождение их в нашей ближней орбите. Почему?

Хотя бы потому, что Кавказ един — неспокойное или находящееся под влиянием наших геополитических противников Закавказье самым серьезным образом скажется на нашем Северном Кавказе. Дружественные и спокойные Армения и Азербайджан выгодны России — но как быть с постоянной угрозой войны между ними?

Не давать им воевать — и пытаться принудить их к поиску мирного урегулирования территориального спора. Россия категорически против любых попыток военного решения карабахской проблемы — не только потому, что ей жалко оба народа, или потому, что войной ничего не решить.

Азербайджан тратит куда больше денег на перевооружение армии, у него больше население — но Армения в Карабахе находится в более выгодной с военной точки зрения позиции. Победы в войне быть не может: Азербайджан не может силой вернуть себе Карабах, а Армения не может разгромить Азербайджан. Но начав затяжную войну, они могут серьезно ослабить друг друга.

И самое главное для России — эта война не отвечает нашим национальным интересам. Уничтожающие друг друга Армения и Азербайджан ослабнут — вырастет нестабильность и в этих государствах, и в Закавказье в целом. Поэтому Россия не допустит никакой большой войны за Карабах, принудив Баку и Ереван к прекращению боевых действий.

Причем не будет разбираться, кто прав, а кто виноват: сейчас, похоже, наступление начали азербайджанцы, но до этого провоцировали и армяне. Это уже не принципиально — боевые действия должны быть прекращены как можно быстрее. Россия в данном случае выступает не просто в качестве миротворца — она играет роль старшего, запрещающего младшим выяснять отношения в его присутствии. А так как присутствие России никогда не исчезнет, то о силовом выяснении отношений не стоит и думать.

Однако боевые действия ведь начались? То есть Россию не слушаются? И это вторая причина, по которой Россия не может смотреть на конфликт со стороны: общее геополитическое влияние России, в том числе и в регионе Большого Ближнего Востока, к которому относится и Закавказье, требует активной политики.

Армения является российским военным союзником, но Россия не будет помогать ей в войне за Карабах. Точно так же не будет Москва помогать и Баку — поэтому аппеляции к России в данном случае бессмысленны. Но для России очень важно, чтобы никто из внешних игроков не пытался нагреть руки на армяно-азербайджанском конфликте — причем не только на его разжигании, но, как ни странно, и на попытках его урегулирования (в реальности просто невозможных без России).

В первом случае речь идет о Турции, однозначно вставшей на сторону братского Азербайджана. Два тюркских народа могут быть насколько угодно близки, а Азербайджан может быть сколько угодно прав в карабахском вопросе, но в Анкаре ни в коем случае не должны даже пытаться переходить от слов к делу. Любые громкие заявления Эрдогана (например, "терпению Азербайджана пришел конец, и Баку своими силами ставит точку на армянской оккупации.

Настало время завершить кризис, начавшийся с армянской оккупации Карабаха") можно объяснить с точки зрения пиара — как внутри-, так и внешнеполитического, но прямая военная помощь (в том числе и "добровольцами", слухи о присутствии которых сейчас являются просто частью пропаганды воюющих сторон) со стороны Анкары имела бы катастрофические последствия для русско-турецких отношений. Впрочем, нет повода думать, что Эрдоган этого не понимает.

Он прекрасно осознает, что Карабах (да и Закавказье в целом) — это не Сирия или Ливия, где русские готовы самым серьезным образом считаться с турецкими интересами. Поэтому Анкара ограничит свое вмешательство в азербайджано-армянский конфликт словами (и поставками оружия), хотя Москва настойчиво просит ее воздержаться и от этого.

Третья причина озабоченности России угрозой войны Армении и Азербайджана — внутриполитическая. В России живут многие миллионы армян и азербайджанцев — как граждан страны, так и обладателей паспортов независимых государств.

Никому в России не нужны разборки между неуравновешенными представителями обеих диаспор — а в июле, когда были стычки на армяно-азербайджанской границе, мы уже видели конфликты на столичных продуктовых рынках. Теоретически Москва может более чем эффективно надавить на Баку и Ереван через живущих в России граждан этих стран — исключительно для принуждения к миру и в том случае, если бы остальные аргументы оказались недейственными. Но до этого дело не дойдет — и потому, что Алиев и Пашинян услышат Путина, и потому, что на самом деле ни Азербайджану, ни Армении большая война абсолютно не нужна. А чего же они хотят?

Переговоров. По крайней мере, Баку своим наступлением явно стремится добиться от Еревана согласия на серьезные переговоры. Относительная победа Азербайджана в короткой войне — а успехом станет сам факт занятия, даже временного, отдельных районов Нагорного Карабаха — должна напомнить Армении необходимость признать очевидное. Время работает против нее: Азербайджан гораздо богаче и будет постоянно наращивать свою армию. Да, Россия не допустит полноценной армяно-азербайджанской войны, но это не значит, что нужно бесконечно откладывать даже попытки решения карабахской проблемы. Ее нельзя снять полностью — но можно частично снять напряжение, решив отдельные важные вопросы.

Решать карабахский вопрос все равно придется, и не нужно надеяться на то, что Россия не даст Азербайджану расправиться с Арменией.

Не даст — но это не снимает с армянского руководства ответственности за свой народ. Даже за ту его меньшую часть, что проживает в Армении, даже такой ограниченной ответственности, как и сам армянский суверенитет. Или нужно отказаться от него — и предоставить России решить проблему в интересах всех народов: не только армянского и азербайджанского, но и русского, не заинтересованного ни в какой войне на своих южных границах, в зоне своих национальных интересов.

143
Площадь Независимости в Киеве.

Идеалы Майдана: Украина тратит треть своих денег на репрессивный аппарат

69
Для нищей, перманентно находящейся в экономическом кризисе страны — это очень много. Из уст поклонников нынешней версии украинского государства в качестве оправдания звучит: "Так ведь в стране война", пишет автор.

В проекте государственного бюджета Украины на 2021 год заложены рекордные расходы на репрессивно-силовой блок: 308 миллиардов гривен, что эквивалентно 29 процентам всех доходов государственного бюджета, пишет Сергей Левченко для РИА Новости. При этом на Украине почти 80 процентов доходов консолидированного бюджета получает именно бюджет государственный, в отличие, например, от России, где доходы федерального бюджета и бюджетов субъектов Российской Федерации примерно равны. То есть упомянутые 308 миллиардов гривен — это более 23 процентов доходов, получаемых суммарно государственным и всеми местными бюджетами Украины.

Для нищей, перманентно находящейся в экономическом кризисе страны — это очень много. Из уст поклонников нынешней версии украинского государства в качестве оправдания звучит: "Так ведь в стране война". На самом деле, и само это утверждение весьма спорно, да еще и расходы непосредственно на Министерство обороны составляют меньше 45 процентов от суммы, предусмотренной на весь репрессивно-силовой блок. Кроме Министерства обороны, на Украине сегодня существует немаленький перечень репрессивных органов, подавляющее большинство из которых не имеет вообще никакого отношения к так называемой войне, а некоторые практически неподконтрольны государству.

Необходимости не только предлагаемого объема финансирования, но даже существования ряда таких органов явно не наблюдается, но об этом точно не будут спрашивать у украинского налогоплательщика, а в ряде случаев — и у высших украинских чиновников.

Что же собой представляет украинский репрессивно-силовой блок. К нему, помимо Министерства обороны, относятся многочисленные правоохранительные структуры (включая антикоррупционные), прокуратура, судебные органы, органы исполнения наказаний и спецслужбы. Вот их перечень из проекта закона о госбюджете на 2021 год и предусмотренные на них расходы в миллиардах гривен:

— Министерство обороны Украины — 137,5;
— Министерство внутренних дел — 98,3;
— Государственная судебная администрация — 15,7;
— Служба безопасности Украины — 15;
— Офис генерального прокурора — 9,5;
— Государственная уголовно-исполнительная служба — 7,2;
— Служба внешней разведки — 4;
— Главное управление разведки Министерства обороны — 4;
— Администрация специальной службы защиты связи и информации — 3,9;
— Государственное бюро расследований — 2,5;
— Бюро экономической безопасности (вместе с налоговой милицией) — 2,5;
— Верховный суд Украины — 2,4;
— Управление государственной охраны — 1,7;
— Национальное агентство по вопросам предупреждения коррупции — 1,1;
— Национальное антикоррупционное бюро Украины — 1,1;
— Еще 6 органов — 1,6.

Нетрудно сосчитать, что всего таковых 21. И это еще не выделена отдельной строкой Специализированная антикоррупционная прокуратура — расходы на нее учтены в составе расходов Офиса генерального прокурора, хотя де-факто ему она не подчиняется, равно как не подчиняется она и государству Украина.

До наступления на Украине эры "тотальной демократии" таких органов было гораздо меньше. Не было антикоррупционного бюро, агентства по предупреждению коррупции, Специализированной антикоррупционной прокуратуры, Государственного бюро расследований и так далее. Другими были и аппетиты репрессивно-силового блока: в 2013 году расходы на него были равны 14,5 процента доходов госбюджета, в относительном измерении — аккурат в два раза меньше нынешних.

Увеличение количества правоохранительных органов точно не привело к улучшению ситуации с преступностью и соблюдением правопорядка на Украине. Наоборот, зачистка профессионалов из МВД и слабый интерес руководства государства к проблемам простых украинцев, сталкивающихся с преступностью (о чем не стесняются говорить прямо), превращение МВД в аппарат, обслуживающий интересы министра Авакова, и функционирование под крышей МВД и спецслужб парамилитарных формирований националистического толка (как правило, прикрывающих националистическими лозунгами еще и обычную преступную деятельность), избирательное преследование людей и правосудие — все это резко ухудшило криминальную ситуацию в стране. Случаи безнаказанных избиений и убийств людей, отжатия бизнеса, не говоря уж о кражах, грабежах и разбое, стали повседневным явлением на Украине.

Правда, согласно официальной статистике, в сравнении с последним спокойным 2012 годом выросло только количество убийств (в три раза) и похищений людей (почти в три раза), тогда как количество грабежей и разбоя даже сократилось. Но это особенности учета и квалификации нынешних преступлений, когда расстрел автобуса, брошенная граната и тому подобное зачастую квалифицируется как "хулиганство", а комментарий в социальных сетях как "измена", "сепаратизм" и "терроризм".

Отдельно стоит остановиться на антикоррупционной деятельности правоохранителей, которая формально была поставлена государством едва ли не во главу угла.

Блок антикоррупционных органов представлен Национальным антикоррупционным бюро, Национальным агентством по вопросам предупреждения коррупции, Специализированной антикоррупционной прокуратурой и Высшим антикоррупционным судом. Все эти органы были созданы по указке "западных партнеров" Украины. Соответствующие обязательства Украина брала на себя в ходе переговоров о предоставлении кредитов.

Кастинг будущие руководители этих органов проходили в посольстве США. Собственно, американскому послу или временному поверенному в делах США на Украине де-факто они и подчиняются. Любая попытка сместить руководителей этих органов с занимаемых должностей сопровождается гневной отповедью из американского посольства и в унисон из посольств стран — членов G7 и заканчивается ничем. Наиболее показательна тут история руководителя Национального антикоррупционного бюро Артема Сытника.

Сытник активно участвовал во вмешательстве в прошлую избирательную компанию в США на стороне демократов. Именно он с помощью бывшего тогда депутатом Сергея Лещенко слил в СМИ компромат об "амбарной книге" Партии регионов и нанес удар по главе избирательного штаба Трампа Полу Манафорту. После победы Трампа на выборах он тем не менее усидел в своем кресле — во многом потому, что демократы де-факто сохранили контроль над посольством США на Украине. После этого Сытник вляпывался в один скандал за другим. В том числе был пойман на факте коррупции и даже официально признан украинским судом коррупционером. Но и это не привело к его отставке с должности главы антикоррупционного бюро. Да что там — не так давно его назначение на эту должность противоречащим Конституции признал Конституционный суд. И ничего: после очередной отповеди, сделанной послами G7, он продолжает занимать свой пост. В надежде на победу Байдена на ноябрьских выборах в США, которая могла бы решить все его проблемы.

Кстати, весь антикоррупционный блок с 2015 года смог посадить за решетку аж двух (!) безвестных чиновников даже не средней руки. Антикоррупционные ведомства при этом приписывают себе возврат в бюджет около 600 миллионов гривен, но расходы на их содержание за период деятельности были в десятки раз большими, даже если верить этим цифрам.

Разумеется, коррупции в стране при этом меньше не стало — наоборот. Еще и добавилась коррупция в рамках движения против коррупции.

Однако западных кураторов деятельность этих органов полностью устраивает, поскольку реальная их цель — поиск и слив компромата на местных политиков и бизнесменов "западным партнерам". Для, так сказать, лучшей управляемости.

Никаких шансов на изменение сложившейся ситуации не наблюдается. Скорее наоборот: в рамках новых кредитов Украина берет на себя все новые обязательства по передаче "западным партнерам" контроля над очередными силовыми (и не только силовыми) ведомствами. Но финансироваться они при этом продолжат из скудеющего украинского бюджета.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

69

Нагорный Карабах: как мир реагирует на обострение конфликта

0
Пока в Нагорном Карабахе продолжают стрелять, мировое сообщество настаивает на мирных переговорах Азербайджана и Армении.

За обострением ситуации в непризнанной республике следят и в ООН, и в ЕС, и, конечно, в России. Пресс-секретарь российского президента заявил, что Москва оценивает происходящее "для определения дальнейших шагов".

Тем временем, Турция открыто заявляет о поддержке Азербайджана, что, по мнению Дмитрия Пескова, лишь "подливает масла в огонь".

Международная реакцию на события вокруг спорной территории - в одном видео.

Смотрите также: 

0