Военнослужащие армии Венесуэлы на границе в Колумбией

За нефть придется платить гробами: что мешает вторжению США в Венесуэлу

450
Кризис в Венесуэле обостряется, а значит, обсуждение и осуждение вероятной американской военной интервенции переходит из дипломатических кулуаров в публичное инфополе, пишет автор РИА Новости.

В ходе заседания Совбеза ООН постоянный представитель России при организации Василий Небензя заявил: "Сейчас абсолютно очевидно, что единственной целью Вашингтона было и остается не решение проблем Венесуэлы, не забота о народе, а смена режима, включая угрозу сделать это путем военной интервенции", пишет Иван Данилов для РИА Новости.

С учетом общеизвестного опыта силовых методов, которые все вашингтонские администрации не стеснялись применять против стран, не желавших входить в сферу американского влияния, на данный момент главный вопрос не в том, хочет ли администрация Дональда Трампа использовать силу против Венесуэлы (спойлер: хочет), а в том, почему это до сих пор не сделано. Стоит особо подчеркнуть, что в случае Трампа естественная склонность американского руководства к "гуманитарным бомбардировкам" отягчается еще и тем, что сам Трамп, пожалуй, самый медиазависимый президент США. В том смысле, что многие его поступки, в том числе с серьезными геополитическими последствиями, делаются для того, чтобы получить выгодную телевизионную картинку, которую можно предъявить собственным избирателям. Как показывает опыт ракетных ударов по Сирии и переговоров по денуклеаризации КНДР, мирные переговоры и дипломатия не вызывают у американских СМИ (точнее, у их владельцев) хоть сколь-нибудь позитивной реакции. А вот очень даже ограниченные и "символические" ракетные удары по Сирии заставили самые ярые антитрамповские медиа целый день хвалить и восхищаться им. Это важный фактор, который вполне может подтолкнуть Белый дом именно к силовому сценарию.

Однако есть еще несколько факторов, которые тормозят силовое развитие событий и, вполне возможно, смогут привести к тому, что США будут вынуждены согласиться на какой-то мирный процесс урегулирования кризиса в Венесуэле.

Главный фактор, мешающий силовому вторжению, — это поразительная (особенно с учетом южноамериканской специфики) стабильность венесуэльских вооруженных сил и спецслужб. Силовой блок администрации Мадуро с честью прошел два серьезных теста на прочность: во-первых, никто из его верхушки не перешел на сторону проамериканской оппозиции после того, как Гуайдо был признан США и многими странами ЕС "действующим президентом" Венесуэлы, а вторую проверку прошел так называемый гуманитарный конвой, который проамериканские оппозиционеры и их американские кураторы пытались ввести на территорию Венесуэлы. Причем расчет был на то, что, увидев такую внушительную "взятку", военные и национальная гвардия не только пропустят грузовики на территорию страны, но и присоединятся к силам оппозиции. Этот план тоже не сработал. Из-за столь поразительной стойкости венесуэльских силовиков администрация Трампа вряд ли может рассчитывать, что интервенция в республику будет легкой и успешной. А это, в свою очередь, серьезно ограничивает полезность силового сценария для медийной поддержки Трампа, ибо телевизионная картинка с многочисленными гробами американских солдат, которые выгружают из транспортных самолетов, — это явно не то, что нужно для повышения президентского рейтинга.

Следует учитывать еще один фактор, который сильно ограничивает возможные силовые сценарии. Он заключается в том, что американская дипломатия, по сути, с треском провалила работу на южноамериканском направлении в контексте венесуэльского кризиса. Это выражается в следующем парадоксе: многие страны Евросоюза и Южной Америки признали американского ставленника Гуайдо "действующим президентом". Но при этом желающих поддержать именно военную интервенцию США для того, чтобы Гуайдо на американских штыках "въехал во власть", не нашлось.

Если суммировать информацию Wall Street Journal и GZERO Media (медийного проекта политконсалтинговой компании Eurasia Group), то получается, что резко против возможной интервенции выступают правительства Бразилии, Перу, Чили, Колумбии и даже Канады, то есть из региональных американских сателлитов не удастся соорудить еще одну "коалицию" по иракскому образцу. Конечно, в случае большого желания Штаты и сами справятся, но в таком случае Вашингтон сильно подорвет позиции проамериканских режимов в Южной Америке и создаст себе серьезные проблемы на будущее в регионе, который и так имеет крайне высокую историческую чувствительность к проявлениям интервенционизма.

Если смотреть на ситуацию в среднесрочной и долгосрочной перспективе, то еще один аргумент против вторжения — это человеческий фактор, а именно особенности как венесуэльского общества, так и венесуэльской оппозиции.

Wall Street Journal со ссылкой на собственные информированные источники в администрации Трампа сообщил, что главной причиной, по которой Вашингтон пошел на признание Гуайдо, стало обещание легкой победы, данное венесуэльскими оппозиционными активистами. Последние убедили покровителей в том, что в случае признания Гуайдо президентом власть в Венесуэле перейдет к проамериканскому ставленнику буквально за 24 часа. У Wall Street Journal обычно очень хорошие политические источники, и эта история наглядно показывает уровень стратегического планирования в команде Трампа, а с другой стороны — уровень подготовки и планирования в стане венесуэльской проамериканской оппозиции.

Судя по откровенной импровизации, которую мы наблюдаем сейчас в исполнении, например, вице-президента США Майкла Пенса, вынужденного летать в Колумбию, чтобы координировать антивенесуэльскую операцию едва ли не в ручном режиме, какого-то заранее продуманного и расписанного плана Б у Вашингтона не было.

Из-за вышеописанных интеллектуальных и организационных особенностей проамериканской оппозиции в Венесуэле в случае активных действий Вашингтону придется учитывать риск того, что его ставленники в Каракасе быстро потеряют власть, а значит, интервенцию, скорее всего, придется превращать в оккупацию. А это дорого, долго и, опять же, плохо влияет на президентский рейтинг, который будет падать после каждой успешной вылазки "партизан-чавистов". А в том, что такие партизаны найдутся, сомнений нет абсолютно никаких. Более того: главный приз в Венесуэле — это нефть, но нефтяные месторождения расположены не в правительственных зданиях в Каракасе, а в джунглях, что сильно осложняет задачу защиты нефтяной инфраструктуры и получения прибыли из всей венесуэльской военной авантюры.

Военная интервенция США в Венесуэлу возможна в том случае, если Вашингтон закроет глаза на все вышеизложенные проблемы. К сожалению, и такого сценария развития событий полностью исключить нельзя. Однако если именно он будет реализован, то для США это создаст скорее проблемы, чем возможности. Некоторые американские СМИ, такие как агентство деловой информации Bloomberg, даже пишут о том, что вторжение в Венесуэлу будет катастрофой.

Получается, что на данный момент наиболее серьезный риск для легитимных властей Венесуэлы, а также для китайских и российских инвестиций в эту страну — все-таки не американские бомбардировщики, а "чемоданы с деньгами" для венесуэльских чиновников и военных, ибо именно подкупом американские дипломаты и шпионы многократно добивались того, о чем не могли мечтать военные.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

450
Темы:
Попытка госпереворота в Венесуэле (92)

Выгодна ли России американская смута?

225
(обновлено 08:51 07.07.2020)
Новая стадия американского кризиса, продолжающегося в открытой фазе уже скоро четыре года и в последние недели перешедшего в открытую смуту, ставит перед нами простой вопрос: какая Америка нам нужна?

"Если мы увидим, что войну выигрывает Германия, нам следует помогать России, если будет Россия, нам следует помогать Германии, и пусть они как можно больше убивают друг друга".

Эти слова, сказанные Гарри Трумэном 23 июня 1941 года, хорошо известны, пишет колумнист РИА Новости  Петр Акопов. То, что сенатор (и будущий президент) тогда продолжил фразу — "хотя мне ни при каких условиях не хочется увидеть Гитлера в победителях" — мало что меняет. Америка — а позиция Трумэна была близка не только немалой части элит, но и большинству рядовых американцев — не испытывала никакого желания участвовать в разгоравшейся в Европе войне.

И если симпатизирующих Германии было немало, и не только в элите (все-таки вклад немцев в "американскую кровь" превышает даже английский), то уж за коммунистическую Россию болели совсем немногие. "Пускай они убивают друг друга как можно дольше" — было еще и стратегическим расчетом той части англосаксонской американской элиты, которая видела в мировой войне верный шанс выйти на первые роли на планете, окончательно оттеснив материнскую цивилизацию, Великобританию.

Пускай убивают — англичане, немцы, русские в ходе войны в любом случае ослабнут, и тогда Америка станет править миром. Так, в принципе, и произошло — за исключением того, что не всем миром, а его большей частью: Советский Союз вышел из войны сверхдержавой, распространившей свое влияние на Европу и Азию.

Потом было сорок лет противостояния — пока СССР внезапно не занялся непродуманным и крайне неудачным реформированием своего внутреннего устройства (а заодно и своей внешней политики) и не развалился. США тут же объявили себя победителем в холодной войне — и попытались стать мировым гегемоном. Точнее, мировым гегемоном хотели быть транснациональные элиты (большая часть которых имеет англосаксонское происхождение), использующие США в качестве инструмента.

Но "мир по-американски" плюс глобализация всей Земли очень быстро зашли в тупик — как потому, что несостоявшийся гегемон надорвался (а выстроенная транснационалами финансовая система все больше походила на мошенническую пирамиду), так и вследствие роста сопротивления держав-цивилизаций, имеющих собственное представление о будущем мироустройстве.

Формальную точку в мире по-американски в 2013-2014 годах поставили Сноуден и Крым — Россия уже не просто бросила открытый вызов гегемону, она проверила его на прочность, и иллюзия всемогущества рассеялась уже и у всего остального мира. Невыдача Сноудена и возвращение Крыма в ответ на попытку увести Украину — после этого мир стал другим.

Но и в Америке вскоре начался тяжелейший внутренний кризис — формальным поводом для него стала победа Дональда Трампа на президентских выборах в 2016-м, но, по сути, все давно уже шло к тяжелому внутреннему разлому и конфликту. К 2020 году ситуация в Штатах стала уже совсем малоуправляемой — приближающиеся выборы взвинчивают ставки и провоцируют взрыв.

Сконструированные богатыми белыми элитариями-транснационалами "Жизни черных важны" используются не просто для сноса Трампа, сколько, как кажется многим, для демонтажа старой Америки. Но зачем? Что собираются строить на ее месте? Или речь не о демонтаже, а о том, чтобы, поменяв форму, сохранить содержание, причем не внутреннее содержание, а внешнюю функцию, глобальную цель?

И что делать России в этой ситуации? Поддержать одну из сторон? Спокойно наблюдать за американским бардаком — надеясь на то, что он растянется по времени и еще больше ослабит Штаты?

Понятно, что в массовом сознании у нас распространена позиция Гарри Трумэна — пускай они воюют между собой как можно дольше. "Чума на оба ваши дома", "чем хуже, тем лучше", война демократов и республиканцев на взаимное уничтожение — неудивительно, что в России очень плохо относятся к США как таковым. Не к народу — а к той элите, с которой наша страна имела дело в послевоенный период. Если Штаты станут слабее, это только нам на руку. Но мало кто задумывается: а какие Штаты?

Есть еще, правда, некоторая часть отечественных западников, которая постоянно предупреждает: пускай Америка — плохой полицейский, но другого глобального жандарма все равно нет, а вообще без старшего в мире нельзя, все пойдет вразнос, мы слабы, нас подомнет Китай (или кто еще — хотя когда и кто нас подминал после того, как Русь вышла из-под ордынского ига?), так что России невыгодно быстрое падение США. Эта постоянная мантра разделялась частью нашей публики, но чем больше сходила с ума Америка, чем безответственнее и абсурднее становилось поведение ее элиты, тем меньше оставалось доводов в пользу подобной позиции.

Дело ведь не просто в том, что все годы борьбы с Трампом американский истеблишмент использует Россию как пугало, а в том, что подобное шельмование перешло уже все возможные границы. Почему русских сейчас обвинили в выплате талибам вознаграждений за убитых американцев? Потому, что нужно было сыграть на противопоставлении: пока мы, хорошие люди, боремся с расизмом, насилием полиции и "привилегиями белых" у себя дома, в Америке, наш президент-предатель не заботится даже защитой наших прекрасных солдат, воюющих далеко от дома!

Когда мы говорим о том, что "жизни черных важны", мы на самом деле хотим защитить всех американцев, а Трампу не важны вообще никакие американские жизни! Потому что он — предатель и русская марионетка! Да заодно давайте еще и новые санкции против России введем!

Беда не в том, что в американской внутренней политике Россия стала разменной монетой, а в том, что вся американская внешняя политика оказывается заложницей внутреннего конфликта.

Да, внутренние расклады всегда влияли на внешнюю политику США — но до определенного уровня. Сейчас же внутриполитические противоречия приводят к размыванию самого понятия "американская внешняя политика", потому что отношения с Китаем, Россией, Европой понимаются противоборствующими сторонами совершенно по-разному.

Да, слова (например, "санкции") они могут употреблять одни и те же, но вкладывать в них совершенно разные понятия. Потому что они преследуют разные цели: Трампу нужна сильная Америка, а его противникам нужен сильный лидер глобализирующегося мира.

Во втором случае не имеет значения ни состав населения, ни история, ни название страны: переименуют США в "Новое всеобщее государство" — и вперед, снова "пасти народы". Другое дело, что сил на это у новой Америки будет еще меньше, чем у старой, но это как раз тот случай, когда раненый зверь смертельно опасен.А если победит Трамп? Тогда у Америки появится шанс снова стать нормальным государством — имеющим и отстаивающим свои национальные интересы. С таким государством можно договариваться, враждовать, дружить, потому что у него есть национальные интересы и национальная элита, понимающая границы своих возможностей и учитывающая в первую очередь интересы своего населения, частью которого она себя, безусловно, осознает.

Победа такой Америки отвечает интересам России — с другой, глобалистской Америкой у нас не может быть ничего, кроме смертельного противостояния. Надеяться на то, что американская перестройка погрузит США в смуту, превратив тем самым в безопасное для окружающих государство, не приходится. Наоборот, антитрамповское восстание направлено на сохранение той самой Америки, которую весь мир очень хочет потерять.

"Ни один из них не держит данного слова", — говорил в 1941 году Трумэн о Сталине и Гитлере. Ни Байден, ни Трамп не держат своего слова (хотя Дональд ничего не смог сделать в отношениях с Путиным совсем не по своей вине) — России нет смысла иметь с ними дело? Однако дело не в личностях политиков, а в тех исторических тенденциях, которые они выражают.

Трамп — это уходящая Америка, белая Америка прошлого? Нет — это шанс и на освобождение Америки от пут глобализации, и на появление национального государства США. Это, по сути, единственный путь для сохранения США как государства — в противном случае, предприняв еще одну попытку удержать мировую гегемонию, Штаты окончательно надорвутся и развалятся, свалившись в смуту. Но так это же выгодно России?

Нет — потому что на пути к этому обрыву под руководством либеральных интервенционистов-глобалистов США могут попытаться раздуть реальный мировой пожар. Такой сосед нам не нужен, пускай лучше у Трампа получится "сделать Америку снова великой".

225
Президент США Дональд Трамп. Архивное фото

Трамп и Горбачев: кто быстрее разрушил систему

132
(обновлено 08:59 05.07.2020)
Сильные настроения в нынешнем американском быту порождают различные попытки объяснить, что происходит. При этом можно сразу вынести за скобки суждения отечественных патриотов в духе "кирдык вашей Америке".

И не потому, что Америке заведомо не кирдык, ибо этого не может быть никогда, — может быть все, в том числе и это, всемирная история вообще полна кирдыков. А потому, что эти суждения сразу отбрасываются: может ли что быть доброго в россиянине, сулящем Америке такую участь, тут и говорить не о чем, пишет колумнист РИА Новости Максим Соколов.

Интереснее посмотреть, что думают об этом на другом берегу. Ведь по ту сторону Атлантики в крахе США вроде бы никто не заинтересован.

Там есть теория вечного пубертата. Америка не просто молодая нация, по меркам Старого Света начавшая свое историческое существование только вчера, но и нация, постоянно обновляющая свою молодость. А мятежная юность неизбежно сопряжена со всякими глупостями, подростковыми прыщами, BLM и всем таким прочим. Но кто в молодости не перебесится, тот в старости с ума сойдет, тогда как периодическое молодежное беснование только укрепляет силу и разум великой нации.

Возможно, и так, но тогда не надо и обращать особого внимания на то, как американские парубки гуляют, — это неизбежная молодежная инициация. "Побили окна да пограбили — ну вот, великая беда. Старая сука, потребительский капитализм (вариант — здоровый и могучий американский образ жизни) еще и не такое переживал".

Проблема, правда, в том, что не у всех за океаном гуляющие парубки вызывают такое умиротворенное отношение. Иные описывают происходящее в таких выражениях, что тутошние речи о кирдыке смотрятся милым щебетанием.

"Раскол — целиком заслуга Трампа. Это его тактика и стратегия. Налоговая политика Трампа — это абсолютная провокация по отношению к стране и большинству народа. Если в Америке сейчас и есть гражданская война, то разжег ее абсолютно умышленно Трамп. Америка за три с половиной года президентства Трампа превратилась из величайшей мировой державы, которую все уважали и на которую все ориентировались, в банановую республику. Трамп наглядно показал, как один проникший в Белый дом гаденыш может угробить процветающую страну.

Америка при Трампе уже не великая держава. Потому как, не выходя формально из НАТО, Трамп эту организацию уже уничтожил. Сегодня никто в Европе не верит, что Америка встанет на защиту Европы. Не встанет. Наоборот, еще поможет Путину". Натурально, "Окаянные дни".

Сравним это с тем, что говорила домогавшаяся президентского поста Хиллари Клинтон 26 августа 2016 года — менее четырех лет назад. "Соединенные Штаты — исключительная нация. Я считаю, что мы, как говорил Линкольн, по-прежнему последняя, лучшая надежда Земли".

Она также привела высказывания бывшего президента Рональда Рейгана, сравнившего Соединенные Штаты с "сияющим городом на холме", и Роберта Кеннеди, назвавшего США "великой, бескорыстной, милосердной страной". Клинтон заявила, что ни одна страна в мире, в том числе Россия и Китай, не имеют таких надежных союзников, как США: "Друзья мои, нам так повезло быть американцами! Вот почему столько людей со всего мира тоже хотят стать американцами".

Вообще-то, как уже было сказано выше, все бывает. Так, в августе 1914-го писали:

"А на Севере туманном
Слышно гром пророкотал:
То с крестом, в доспехе бранном
Старший брат славянства встал",

а в ноябре 1917-го уже было совсем другое:
"С Россией кончено... На последях
Ее мы прогалдели, проболтали,
Пролузгали, пропили, проплевали,

Замызгали на грязных площадях,
Распродали на улицах: не надо ль
Кому земли, республик, да свобод,
Гражданских прав? И родину народ

Сам выволок на гноище, как падаль".

Тоже три года с небольшим.

Но во всей этой истории примечательны проклятия Трампу, сравнимые разве что с проклятиями Горбачеву. Причем с самыми ожесточенными проклятиями, когда СССР до 1985 года рисуется счастливой Аркадией, в которой ничто не предвещает бури, ибо и предпосылок к тому никаких нет. Но явился меченый генсек и произвел геополитический катаклизм — великая держава рухнула.

Сама стремительность обрушения — причем без большой войны и без неслыханных природных бедствий — скорее должна была склонять к мысли, что не в одном Горбачеве дело. Бесспорно, его руководство сильно катализировало процессы разложения, но запустить эти процессы с нуля вряд ли мог бы даже гений зла. А уж Михаил Сергеевич — совсем не гений, а всего лишь суетливый секретарь крайкома.

Но то же самое и в США. Допустим, что великая заокеанская держава уверенно идет по пути СССР — хотя многие с таким категорическим суждением будут не согласны. И допустим, что руководство Трампа — это в лучшем случае "что ни делает дурак, все он делает не так", в худшем он и вовсе черный злодей и агент Путина.

Но что один неправильный человек в Белом доме способен в три года дотла разгрохать ту идиллию, которую описывала Хиллари в 2016 году, — тут надо обладать несокрушимой верой во всевластие президента США. Причем все институты, сдержки и противовесы, об огромном значении которых нам так много и хорошо рассказывали, оказываются не более чем прахом и тленом перед злой волей президента.

Может быть, и так, все бывает, но если результат испытания на прочность столь плачевен, может ли тогда Америка с великим апломбом поучать весь мир? Превеликой мудрости "чужую беду на бобах разведу, а свою беду к рукам не приложу" обучать не надо — все и так ей успешно следуют.

А наблюдение из Старого Света над тем, что вытворяют в Свете Новом, — не злорадство, но лишь констатация правоты Шиллера:

"Все великое земное
Разлетается, как дым.
Нынче жребий выпал Трое,
Завтра выпадет другим".

Торжество победителей — оно такое.

132

Самый мощный в мире: Россия начала строительство нового ледокола

0
(обновлено 17:32 07.07.2020)
На верфи "Звезда" в Приморском крае стартовало строительство самого большого в мире ледокола.

Судну присвоено имя "Россия", его длина составит 210 метров, и он будет в два раза мощнее ныне существующих ледоколов.

На атомоход установят два ядерных реактора РИТМ-400, а также четыре турбины и четыре гребных электродвигателя. Суммарная мощность позволит ледоколу преодолевать льды толщиной более четырех метров.

В "Атомфлоте" уверены, что новое судно сможет круглогодично прокладывать трассы любой сложности по Северному морскому пути. Строительство нового ледокола планируется завершить в 2027 году.

Смотрите также:

 

0