Иконка социальной сети Instagram на экране ноутбука.

"Дело блогерш-убийц": счет жертв пошел на сотни тысяч

226
О возможной ответственности блогеров рассуждает автор РИА Новости Виктор Мараховский.

В начале новости. На этой неделе передовую Данию потрясло сообщение одной из самых известных персон страны — о том, что она намерена свести счеты с жизнью. Писательница, певица и блогер Фи Лорсен, на которую подписаны примерно семь процентов датских подданных, заявила: она больше так не может. Правительство Дании немедленно отреагировало, и королевство ждут большие перемены, пишет автор РИА Новости Виктор Мараховский.

Важный нюанс. Фи Лорсен — влиятельная знаменитость нового типа. Ей 23, у нее за спиной семилетний стаж славы, несколько синглов и пара книг, но прославилась она не пением и не писательством. Просто в далеком 2012-м пятнадцатилетняя Фи появилась в вечернем телешоу и рассказала, как над ней издевались в школе (как позже выяснилось — врала). Буллинг тогда был свежей горячей темой, и девочка стала знаковым персонажем общественной дискуссии. Лорсен тут же начала вести блог о моде, который немедленно принялись читать девочки от восьми до двенадцати лет, и пошла по рукам телепродюсеров, которые украсили ею реалити-шоу. Еще потом она сделала каминг-аут как бисексуалка (как утверждают знакомые — соврала). Еще потом неизбежно появились синглы, а также автобиографическая книжка о том, как Фи тяжко борется за удержание популярности. Никаких следов образования у девушки нам найти не удалось.

В общем, не герой и не гений. А что-то вроде гриба, вылупившегося на стыке соцсетей и СМИ. Раз в день фотки в инсте, пару раз в неделю видосики на ютьюбе, раз в неделю телеэфир. Раз в месяц какие-нибудь подвиги для таблоидов (в 2016 году Фи, например, спасла с румынских улиц и приютила у себя двух песиков). Раз в полгода — расставания и новые романы. Раз в год альбом, каждые два года — скандал. Под это подверстывается реклама каких-нибудь девочковых причиндалов, криптовалют и горячих туров. Все как у всех. Очевидно, и запись о "прощай, жестокий мир" была очередным плановым скандалом (естественно и к счастью, блогерша и не подумала в самом деле самоубиваться).

Так вот: у Фи снова все получилось. Девочки-подписчицы накидали ей десятки тысяч лайков, а СМИ отозвались ураганным паблисити.

И тут до руководства страны дошло, что происходит что-то неправильное. Правительство Дании вдруг обнаружило: любое ходячее недоразумение, влезшее на пальму известности, может оттуда тупо в коммерческих целях пиарить суицид среди сотен тысяч малолетних школьниц и за это недоразумению ничего не будет.

В общем, министр образования выступила с инициативой накладывать ответственность на блогеров с определенным числом подписчиков. Большая часть общественности министра поддержала, часть — заявила, что ответственность должны разделить и социальные платформы (инстаграм, ютьюб, фейсбук и прочие). Сейчас дискуссия в разгаре, Фи убрала провисевший двое суток пост и делает вид, что лечится от депрессии. В конце концов, вероятно, закон о блогерах действительно появится — в той или иной форме.

Что тут интересно для нас. По понятным причинам датская ситуация вообще ничем не отличается ни от российской, ни от австралийской, ни от бразильской. По всему земному шару взрыв социальных медиа породил проблему "ролевых моделей ниоткуда", не стесненных ни моральной, ни уголовной ответственностью.

Не то чтобы до возникновения соцсетей не появлялось тупых овец обоего пола, подававших массам дурной пример. Дети богачей светились в скандальной хронике, интригуя общественность гулянками и развратом. Звезды шоубизнеса несли чушь со сцены и умирали от передозировок. Но только новая реальность открыла дорогу, во-первых, людям, не имеющим в активе вообще никаких заслуг ни перед кем — ни своих, ни фамильных. А во-вторых — она дала им возможность говорить непрерывно, от первого лица, гордо и богохульно, на сотни тысяч и миллионы современников. Нанося неиллюзорный ущерб их финансам и здоровью.

У нас последним громким примером такого рода была, кажется, непонятно откуда вылезшая инстаблогерша Лена с поддельными дипломами и модельными фото, нарубившая себе две сотни тысяч подписчиц как "диетолог и биохимик". До того как ее заметила комиссия РАН по лженауке, она в течение года впаривала своей аудитории БАДы в чудовищных дозировках (по 20-25 таблеток в сутки. Чем больше промокодов используют подписчицы, тем больший процент получит инстаблогер. Простая математика). Инстаблогершу в конце концов разоблачили, об этом написали СМИ, но, как выяснилось, толку от этого не было никакого. Я только что проверял: у "биохимика Лены" все в порядке. Подписчиц уже 300 тысяч, и она как ни в чем не бывало продолжает впаривать им "пилюльки по схеме".

Видеоблогер из Крыма: хочу стать местным в Абхазии>>

А ведь есть еще десятки, если не сотни таких же. И те из них, кто не выписывают пилюльки, продвигают, например, финансовые пирамиды (сколько наших блогеров заработали на рекламе кешбери?) и спекулянтские инвест-программы, помогая толпам граждан ухнуть в долговые ямы.

...Внимание, вопрос. Что делать государству — любому государству — при столкновении с этой армией алчных овец (и переодетых овцами циничных хищников)? Ведь рано или поздно до каждого государства дойдет, что подрывная деятельность — это не только открытая пропаганда терроризма, наркомании, суицида и розни. Это и просто нефильтрованная жизнедеятельность знаменитостей с нулевой социальной ответственностью, имеющая целью пиар и профит.

Масштаб вреда, который наносят эти люди, пока неочевиден, но это до первого публичного скандала, который обычно разражается вслед за трагедией. И, увы, при нынешних трендах это, скорее всего, вопрос времени.

Так вот: что делать государству, желающему выполнить свои обязательства по защите граждан от угроз — в том числе и тех, что рождаются в их среде? Что делать государству, если никакие "разоблачения" не вредят медийным паразитам?

Ответ в общем очевиден: так или иначе распространять на них железный зонтик уголовного кодекса. Сейчас или через десять лет, но государству придется вводить своеобразное "лицензирование блогерской деятельности". Со всеми запретами и ограничениями, что действуют сейчас для других профессий и бизнесов.

В Дании, например, уже прозвучало рассуждение о том, что коммерческое блогерство несовершеннолетних является, по сути, использованием детского труда и потому должно быть жестко ограничено.

...Естественно, сами "инфлюенсеры" будут решительно сопротивляться попыткам надеть законодательный намордник на их самовыражение. Нас — да и не только нас — ждут коллективные истерики об удушении свободы слова, а также вопли "ну конечно, блогеры у вас главные враги, нет бы боролись с коррупцией и истреблением дельфинов".

Но выбор перед государством стоит простой. Либо выступить в роли "душителя", либо отдать общество на съедение хищным овцам.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

226

Только преодолев травму Хиросимы, Япония договорится с Россией по Курилам

22
(обновлено 14:38 06.08.2020)
Взрыв в Бейруте уже сравнили с атомной бомбардировкой Хиросимы и Нагасаки — по крайней мере, по мощности нынешний взрыв уже оказался на третьем месте за всю историю человечества.

Но если бейрутский взрыв стал непреднамеренным следствием человеческой беспечности и разгильдяйства (версия теракта представляется откровенно надуманной, хотя и будет находить все больше "подтверждений"), то удар по Японии был осознанным шагом руководства США, пишет Петр Акопов для РИА Новости.

Семьдесят пять лет назад, 6 и 9 августа 1945 года, американцы совершили настоящее преступление против человечества — открыв ящик Пандоры и убив сотни тысяч ни в чем не повинных людей. Никакие зверства японцев в Китае, никакая военная необходимость избежать больших жертв при захвате Японии не оправдывают сознательного убийства мирного населения — в момент взрыва погибло более ста тысяч, столько же умерло от облучения до конца 1945 года. Эти бомбежки стоят в одном ряду со столь же варварскими ударами по германским городам зимой 1945-го (особенно с уничтожением Дрездена 13-15 февраля) и весенними ударами по Японии, когда только в Токио погибло до ста тысяч человек.

Ударами по Хиросиме и Нагасаки Штаты хотели сломить японский дух сопротивления — заодно запугав СССР своим новым адским оружием. Испугать Москву не удалось, но, оккупировав Японию, Штаты сумели вскоре перевести стрелки с себя на русских — спустя 75 лет японцы озабочены проблемой "северных территорий", а не выводом американских войск и извинениями за атомную бомбардировку. А ведь Хиросима и Нагасаки напрямую связаны с Южными Курилами. Для того чтобы снять проблему "северных территорий", Японии нужно просто честно разобраться со своим прошлым. Перестать называть оккупантов союзниками, а соседей — врагами.

Обычно оправдание ядерного удара по Хиросиме и Нагасаки выглядит так: а вы знаете, сколько народу погибло бы при высадке американских войск в Японии? Сотни тысяч, миллионы — с обеих сторон. Так что президент Трумэн еще и спас миллионы жизней. Но, во-первых, погибли бы не мирные жители, как в Хиросиме и Нагасаки, а воины. А во-вторых, и это самое главное — а нужен ли вообще был захват Японии? Или ее поражения и капитуляции можно было достичь и без атомных бомбардировок?

Не только можно было достичь, во многом и достигли — но не благодаря варварским ударам. Да, использование атомного оружия напугало японскую элиту: власти поняли, что США не остановятся перед полным уничтожением их страны. Другое дело, что у американцев не было запаса готовых бомб, они находились в процессе изготовления. 

Однако решающим фактором стало вступление в войну СССР: после того как 9 августа наша страна начала наступление в Маньчжурии, положение Японии стало безвыходным. Уже 10 августа император Хирохито поддержал решение о капитуляции, а еще пять дней спустя, видя, как Красная армия наступает в Маньчжурии, решил обнародовать это решение и записал свое обращение к нации, переданное по радио на следующий день. То есть и без Хиросимы и Нагасаки Япония бы капитулировала — и была бы оккупирована союзниками. Но тогда СССР мог бы ввести свои войска на Хоккайдо, а это американцам было категорически не нужно. Япония рассматривалась ими как собственная добыча — и атомные бомбардировки усилили их позиции, позволив оккупировать всю страну.

СССР же занял Южный Сахалин и Курилы, отказ Японии от которых был зафиксирован позже и в Сан-Францисском договоре 1951 года. Но СССР не подписал этот договор, потому что в нем не были закреплены его права на приобретенные территории, а Япония не считала Южные Курилы (четыре острова) входящими в Курильские острова. Возник территориальный спор, который обе стороны вполне могли урегулировать. Если бы не американцы — специально сорвавшие советско-японские соглашения.

В 1956 году Москва и Токио приняли декларацию о подписании мирного договора, после которого СССР пообещал передать Японии острова Хабомаи и Шикотан (примерно семь процентов от общей территории Южных Курил). Но США пригрозили Японии, что если Токио откажется от претензий на все четыре острова, то Вашингтон никогда не вернет им оккупированную Окинаву, на которой располагались главные американские военные базы. Сделка была сорвана, а в 1960 году, когда США и Япония подписали военный пакт, СССР счел себя свободным от достигнутых в 1956-м договоренностей.

Тем не менее Московская декларация 1956 года не была полностью похоронена — о ней вспомнили в 90-е, а осенью 2018-го Владимир Путин и Синдзо Абэ решили двигаться к подписанию мирного договора на основе ее принципов. Казалось, что Япония готова снова стать суверенной державой, именно к этому привело бы полное урегулирование спора с Россией. Ослабление зависимости от США и крепкие добрососедские отношения с Россией стали бы важнейшим шагом в сторону восстановления геополитической самостоятельности Японии.

Но, увы, как показало прошедшее время, даже серьезно настроенный на урегулирование Абэ не смог пройти свою часть пути. Для начала Токио нужно было отказаться от претензий на все четыре острова — и сосредоточится на гарантиях, которые получит Россия в случае передачи Японии Хабомаи и Шикотана. Речь шла, в частности, об обязательствах неразмещения там иностранных (да и собственных) войск, что предусматривало определенные оговорки в американо-японском оборонном союзе. Подобных гарантий Москва не получила, не говоря уже о том, что Абэ не спешил сообщить своим соотечественникам об абсолютной нереальности надежд на Итуруп и Кунашир.

При этом сам факт переговоров с Японией вызвал волну возмущения в России — абсолютное большинство категорически против даже разговоров о каких-либо территориальных уступках. Однако о них не было и речи. Как видно из заявлений Владимира Путина, речь могла идти о поиске какой-либо формы передачи двух островов: возможно, в использование (при сохранении российского суверенитета), возможно, в совместное владение. Но Токио не решился продемонстрировать ослабление своей зависимости от Вашингтона, а без этого какие-либо серьезные обсуждения просто невозможны.

Американцам выгодно держать Токио на коротком поводке. Территориальные споры Японии с Китаем и Россией служат поводом напоминать японской элите о том, что именно Соединенные Штаты являются главным гарантом и защитником японского суверенитета. То, что этот суверенитет на самом деле ограничен военными базами США и искусственным, навязанным американцами территориальным спором с Россией, в Токио почему-то не задумываются. Точнее, публично не позволяют себе говорить об этом — хотя в реальности все, конечно, хорошо понимают и мечтают о самостоятельности.

Россия же понимает только одно: травма, нанесенная японскому самосознанию варварскими ядерными ударами и последующей американской оккупацией, когда-нибудь будет преодолена японским народом. Тогда и наступит время для мирного договора между двумя великими соседними державами.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

22

Почему Лукашенко скоро исправит свою ошибку

119
Прошла уже почти неделя с момента задержания под Минском 33 граждан России, которых белорусские власти подозревают в намерении организовать массовые беспорядки в ходе президентских выборов, которые пройдут в республике 9 августа.

Происходящее не вписывается ни в какие рамки — братские отношения России и Белоруссии чрезвычайно ценят и народы двух стран, и их руководители, пишет колумнист РИА Новости Петр Акопов.

Нет ни малейших сомнений в том, что Лукашенко в шестой раз переизберется президентом уже в первом туре, так кому и зачем нужна эта странная история, испытывающая на прочность отношения двух стран и подрывающая доверие к Лукашенко в России?

Нужно сразу внести ясность: никто не верит в то, что Путин собирался свергнуть Лукашенко. Все двадцать лет отношений двух лидеров (а знакомы они еще дольше), не говоря уже об отношениях двух государств, говорят о том, что даже предположение об этом совершенно абсурдно. Точно так же нет никаких оснований подозревать российские власти как таковые в желании каким-либо образом, включая силовой, поспособствовать смене власти в Белоруссии.

То есть, несмотря на то, что в Минске не верят в объяснения о транзитном характере пребывания группы сотрудников российского ЧВК в Белоруссии, придумать какую-то убедительную версию насчет планируемых ими деструктивных действий не получается.
В Минске предполагают, что они могут быть связаны с штабом Светланы Тихановской — одного из оппозиционных кандидатов в президенты, но никаких подробностей не приводят.

И неудивительно: подобная связь представляется совершенно невероятной. Тихановская не может пользоваться в России никакой поддержкой со стороны силовых или близких к ним структур, а любые ЧВК или подобные им организации плотным образом курируются силовиками. Да и зачем нужны в Минске 33 или даже 200 (а именно столько, по словам белорусских властей, планировалось забросить на территорию республики из России) человек? Что они должны были делать? Устроить переворот? Массовые беспорядки?

На последнее намекают некоторые белорусские политологи. По их версии, Москва очень хочет ослабить Лукашенко, сделать его переизбрание менее легитимным и для этого решила спровоцировать в Белоруссии беспорядки.

Накануне выборов и сразу после них, чем и должны были заняться российские гости. Потому что среди радикальной оппозиции Лукашенко настоящих буйных мало — некому спровоцировать силовиков на кровавое подавление протестов:

"Кремль хочет лишь ослабить Лукашенко, сделать его более послушным и сговорчивым, хочет ограничить ему пространство для маневра. Этого, по мнению Москвы, можно достичь снижением легитимности главы государства в глазах народа и ухудшением отношений с Западом. Для этого нужно, чтобы омоновцы жестко, максимально кроваво, в идеале с жертвами, разогнали митингующих до и после выборов. <…> Именно на роль этих провокаторов и привезли вагнеровцев. Предполагается, что провокаторы задирают правоохранителей, в драку быстро включаются местные змагары-протестуны, так называемые онижедети, потом провокаторы незаметно уходят. Задача белорусских силовиков и спецслужб — предотвратить эти сценарии и нейтрализовать агентов иностранного влияния".

Это пока что единственная более-менее последовательная белорусская версия. Сразу же возникает маленький вопрос: Россия последовательно выступает против "цветных революций", а тут вдруг своей странной операцией по дискредитации Лукашенко сама увеличивает пусть и небольшие, но шансы на ее осуществление в Белоруссии?

И самое главное — зачем вообще Москве ослаблять Лукашенко (тем более такими методами)? Ну как зачем, он же уходит на Запад, как постоянно говорят нам некоторые наши охранители. Из тех, которые не про охрану интересов русского мира и России, а про постоянные крики "караул, вызовите охрану!", паникующие при любых изменениях на постсоветском пространстве (на котором да, идет постоянная борьба между Россией и Западом, но которую мы, вопреки охам и ахам, вовсе не проигрываем).

Да, Лукашенко в прошлом году помирился с США — в Минске открылось американское посольство. Да, Лукашенко жестко вел переговоры по углублению интеграции в рамках Союзного государства. Да, Лукашенко чаще стал говорить о том, как Россия пытается диктовать Белоруссии свои условия. Но во всем этом нет ничего антироссийского — наоборот, интеграция-то идет с Россией, а не с Западом. Что здесь от украинского сценария, есть ли опасность его повторения, как пугают наши паникеры?

Конечно, нет — по такому количеству причин, как объективных, так и субъективных, что даже странно их напоминать. Нет заигрывания с радикальными антирусскими националистами (да и самих их куда меньше, чем было на Украине), нет коррумпированных и продажных элит, ориентированных на Запад, как нет и целенаправленной масштабной работы Запада с белорусским обществом, которое находится в совершенно другом состоянии и настроении.

И самая основная причина — Лукашенко, пришедший к власти в 1994 году, был и остается последовательным сторонником братского союза двух государств и народов. Он был инициатором создания Союзного государства и всегда подчеркивал наше единство. Да, полного слияния так и не произошло, но это задача на следующий исторический период — тот, который наступит уже после Лукашенко. Но не в результате его насильственной смены — а никакой другой при его популярности (в любом случае, за него куда больше половины населения) быть не может. Москва не хочет ухода Лукашенко — а кто хочет?

Хочет та часть белорусского общества, что ориентирована на Запад. Хочет и сам Запад, точнее — те силы, что ставили на отрыв Украины от России и до сих пор думают, что у них это получилось сделать не на время, а на века. У Лукашенко и Путина общие враги, и, хотя это не главное, что их объединяет, об этом никогда нельзя забывать.

Почему же тогда арестовали наших граждан? Увы, Лукашенко сам себя запутал — в стремлении показать собственную независимость и своим избирателям (особенно скептически настроенной к нему их части), и Москве он стал раскручивать историю с задержанными россиянами. Была и еще одна цель: показать Западу, что он совершенно независим, и, более того, им очень недовольны в Москве. Эта задумка, впрочем, сразу же не сработала — то есть Запад не поверил в "русский след". О чем Лукашенко дал понять директор Службы внешней разведки Сергей Нарышкин:

"Служба, которую я возглавляю, следит за событиями, которые развиваются вокруг, в том числе какие оценки дают политические элиты других стран. И должен сказать, что в европейских странах политические элиты, правительственные круги квалифицируют это как срежиссированную акцию".

При этом Нарышкин, как и другие российские официальные лица, выражает уверенность в том, что вся эта история будет как можно быстрее улажена:

"Я очень рассчитываю, что инцидент через какое-то время будет исчерпан и преодолен. Это в интересах развития дружеских, братских отношений между двумя нашими странами и двумя народами".

Москва не хочет ни наказывать Лукашенко, ни обострять отношения — потому что отделяет сиюминутные проблемы от стратегического курса. Лукашенко не предатель и не изменник братским отношениям — он руководитель небольшого государства, случайно ставшего независимым после распада СССР. Государства, в котором живет одна из частей русского народа — белорусы, никогда не отделявшие свою судьбу от судьбы всего русского мира. Периодические трения между двумя государствами одного народа — из-за цен на энергоносители или из-за вопросов интеграции — меркнут на фоне того, что связывает нас.

Возмущение нынешними действиями Лукашенко в русском обществе отчасти объясняется тем, что в истории с задержанием сразу же появился "украинский аспект": некоторые из арестованных в прошлом были гражданами Украины, и Киев захотел их выдачи как "боевиков с Донбасса".

Понятно, что сама мысль о том, что Лукашенко может выдать наших граждан Киеву, вызвала в России крайне негативную реакцию, но вот только оснований для таких опасений все же нет. Лукашенко просто не может сделать ничего подобного — по крайней мере, тот Лукашенко, которого мы знали все эти годы. Другого Лукашенко после 9 августа не появится — а значит, российские граждане скоро вернутся домой.

Лукашенко неправ в этой истории — но неправы и те в России, кто при любых сложностях в отношениях двух стран начинают обзывать белорусского президента "нахлебником", "предателем", "ведущим свою страну по украинскому пути". Какими бы благими намерениями, как им кажется, ни руководствовались подобные патриоты, на самом деле они наносят огромный ущерб нашему союзу, а значит, и интересам России.

Совсем недавно, по историческим меркам, народы СССР стравливали и рассоривали между собой — усилиями не только внешних недругов, но и, в первую очередь, силами "настоящих борцов за интересы нашего народа". Все это кончилось развалом СССР, последствия которого мы до сих пор с огромным трудом преодолеваем, особенно на украинском направлении. В отношениях с Белоруссией никогда не было и не будет ничего подобного: если с Украиной мы на время разругались, чтобы потом все равно объединиться, то с Белоруссией мы всегда были и будем вместе.

119

Такие обстоятельства: Отырба о пациентах и медиках гудаутского COVID-центра

0
Заместитель главврача Гудаутской центральной районной больницы Ангелина Отырба в эфире радио Sputnik Абхазия рассказала, как работает медперсонал с пациентами с коронавирусом и как чувствуют себя сами выздоравливающие.
Такие обстоятельства: Отырба о пациентах и медиках гудаутского COVID-центра

По данным оперштаба, на данный момент в Гудаутской ЦРБ находится 40 пациентов с подтвержденной коронавирусной инфекцией.

"В тяжелом состоянии пятеро пациентов, но они не находятся на ИВЛ. Но двое подключены к постоянной подаче кислорода. Это люди старше 50 лет, у которых есть сопутствующие патологии со стороны эндокринной системы, со стороны сердечно-сосудистой системы. Среди них - четверо врачей и три медсестры", - рассказала врач.

По словам Ангелины Отырба, пациенты обеспечены лекарствами полностью за счет больницы.

"Психологически работать в тех условиях, в которых сейчас работает медперсонал, не каждый может. У многих есть свои проблемы со здоровьем, проблемы семейные. Но эти проблемы решаются, привлекаются все сотрудники здравоохранения… К концу этой недели к нам должна приехать первая бригада российских врачей, мы надеемся на их помощь. Нам нужны не только врачи, но и медсестры. Особенно нужны реаниматологи. В Абхазии есть дефицит реаниматологов, а специфика данной работы в том, что после своей вахты здесь, реаниматолог должен уходить еще и на двухнедельную изоляцию", - сказала Отырба.

Врач отметила, что если все медики и население страны не будут соблюдать элементарные правила защиты, которые будут препятствовать распространению заболевания, оно будет прогрессивно расти.

"А нам, с нашими ресурсами, человеческими и материальными, будет трудно справиться с этой болезнью", - подчеркнула Ангелина Отырба.

Читайте также:

0