России грозит плохой триумф: обогнать США и Европу по ценам на газ

121
(обновлено 15:46 30.01.2020)
Принято считать, что дешевый газ — российское традиционное конкурентное преимущество. Складывающаяся ситуация на мировых рынках газа ставит этот тезис под сомнение.

Цены на газ в России для промышленности сопоставимы с ценами в США, а доходность российских поставок в Европу уже оказывается ниже доходности продаж на внутреннем рынке, пишет Александр Собко в колонке для РИА Новости.

К примеру, в США средние цены для промышленности находятся на уровне 6,5 тысячи рублей за тысячу кубометров. А для некоторых отраслей — например, при производстве СПГ — цены напрямую привязаны к биржевым котировкам (то есть практически равны им), сейчас составляют около 4,1 тысячи рублей за тысячу кубометров. 

В России цены на газ остаются регулируемыми и заметно отличаются от региона к региону (разные транспортные расходы на доставку из Западной Сибири). И для центральных районов страны цены, например, находятся на уровне свыше пяти тысяч рублей за тысячу кубометров (без НДС) в зависимости от региона и объема потребления у покупателя (объем закупок влияет на размер оплаты за транспортировку по распределительным сетям и сбытовые услуги). Российский газ на внутреннем рынке близок по ценам к газу на внутреннем американском рынке — даже на фоне девальвации рубля в 2015 году. При старом курсе цены в рублях на газ в Российской Федерации были бы выше, чем в США.

Еще более парадоксальная ситуация возникает при сравнении европейского и российского рынка. В Европе, конечно, газ для промышленности пока подороже, чем в США и в России. Однако на фоне низких цен рентабельность поставок российского газа за рубеж уже сейчас оказывается ниже рентабельности продаж на внутреннем рынке. К примеру, при текущей спотовой цене газа в Европе в 130 долларов за тысячу кубометров 39 долларов уйдет в счет оплаты экспортной пошлины, остается 91 доллар. Вычтем транспортные расходы. Тут есть определенный простор для интерпретаций в связи с обилием направлений, но, допустим, возьмем украинское направление со стоимостью транзита примерно в 31 доллар. Получается, что экспортные поставки (в случае экспортной продажи на украинско-словацкой границе по биржевым ценам Европы) эквивалентны цене в 60 долларов на российско-украинской границе, что в рублях (3,72 тысячи рублей) заметно меньше регулируемых цен внутреннего рынка.

Строго говоря, то, что поставки в Европу перестают быть высокорентабельными, стало понятно уже давно. И, кстати, именно в результате этой тенденции популярная несколько лет назад дискуссия о допуске к экспортному каналу независимых производителей газа сошла на нет — так как заинтересованность таких производителей в текущих условиях исчезла сама. 

Любопытно, что выводы из этих коллизий разными участниками рынка делаются ровным счетом противоположные.

Одно из мнений — необходимо стремиться, чтобы внутренние цены на газ были все же заметно ниже общемировых. Это напрямую поддержит многие экспортные производства (газохимию и некоторые другие), а косвенно и всю экономику. А с учетом нашего климата энергоемкость всегда будет выше, чем во многих других странах, а значит, разница в ценах должна компенсировать и этот фактор.

Но есть и противоположная точка зрения. Не секрет, что долгие "тучные" годы поставки на экспорт рассматривались как источник сверхприбыли для газовой монополии. Соответственно, из этой сверхприбыли реализовывались и социальная нагрузка, и газификация регионов, и, согласно некоторым мнениям, низкие цены внутри страны. Сейчас, когда былых доходов от экспорта уже нет, появляются первые намеки на необходимость дополнительного повышения внутренних цен на газ.

Как разрешить это противоречие, и, главное, — какую цену наши газодобытчики действительно смогут выдержать, сохраняя необходимую доходность своего бизнеса? В нулевом приближении рецепт этот давно известен: необходим переход от регулируемой цены на газ к биржевому ценообразованию. На самом деле газовая биржа в России для внутреннего рынка уже давно работает, правда, на небольших (10-20 миллиардов кубометров в год) объемах торгов. Процесс развивается небыстро, здесь остается много вопросов, которые выходят за рамки этого материала.

Но главное: даже если представить, что у нас уже построена идеальная газовая биржа, в любом случае на минимальную цену, которую сможет предложить любой из продавцов, будет влиять цена транспортировки из Западной Сибири в центральные районы. Да, газ у нас один из самых дешевых в добыче, но транспортировка "с северов" вносит существенный вклад в конечную себестоимость.

Тарифы на транспортировку у нас так же регулируемые, как, собственно, почти во всех странах. Но главное — тарифы, в теории рассчитанные на основе окупаемости полных затрат на строительство и эксплуатацию газопроводов, остаются "вещью в себе".

И если кто-то может подумать, что этот вопрос является закрытым только для простых смертных, то еще в апреле прошлого года Федеральная антимонопольная служба заявляла, что не станет индексировать ни один из тарифов "Газпрома" на транспортировку, пока компания не начнет предоставлять прозрачные данные.

В этом контексте наиболее горячие головы время от времени обсуждают разделение "Газпрома" на добычную и транспортную компании. Здесь таятся опасности, к тому же никакой необходимости в этом разделении нет. Однако выделение транспортного сектора в отдельный сегмент со своей отдельной и доступной отчетностью представляется разумным. Уже на этой базе должны быть разработаны соответствующие методики по подсчету тарифов, что само по себе непростая задача. Этот путь, кстати, уже был проделан многими европейскими газовыми компаниями. И, кстати, нет гарантий, что это решение приведет к снижению стоимости транспортировки (есть же мнение, что транспортировка убыточна для "Газпрома" и эти расходы покрываются в том числе за счет экспорта). Однако прозрачная схема сама по себе важна для создания долгосрочных правил игры на газовом рынке, долгосрочных ценовых ориентиров.

Напоследок — о ценах со стороны спроса. Разумеется, продавцы газа (и, кстати, абсолютно все, а не только монополист) хотели бы продавать свой газ максимально дорого.

Напротив, потребителям чем дешевле — тем вроде как лучше. На этом фоне существует еще одно мнение: слишком дешевый газ "развращает" потребителя, делает невыгодным экономию и меры по энергоэффективности.

В качестве иллюстрации часто приводится уже почти хрестоматийный пример. Известно, что в нашей стране из-за недорогого газа оказываются экономически невыгодными парогазовые электростанции (паросиловая установка плюс газовая турбина — с более высоким КПД, достигающим 60%, но сама газовая турбина — дорогое удовольствие). При нынешних ценах на газ оказываются выгоднее простые паросиловые установки с КПД на уровне 30-35%. И, казалось бы, один из рецептов роста энергоэффективности — повышать цены на газ.

Однако почему-то в тех же США с таким же дешевым газом строят в основном именно парогазовые станции. Так может быть, дело в чем-то еще? (Спойлер: например, в стоимости кредита, зависимости от иностранных газовых турбин и особенностей энергорынка.)

Или же, к примеру, тарифы на тепло для населения. В теории рост цен на газ здесь должен стимулировать энергоэффективность. На практике же даже текущие тарифы на отопление уже бьют по кошельку среднестатистического жителя. Конечно, он бы с удовольствием предпочел платить меньше, даже с учетом дополнительных инвестиций в энергосбережение, тем более что нужно здесь не так уж и много. Так проблема в слишком дешевом газе — или отсутствии законодательных нормативов по определенному уровню энергосбережения при строительстве новых домов?

Последнее время много в нашей стране говорится и о необходимости развития экспортной газохимии: больше добавленная стоимость, нет привязки к конкретному рынку, как в случае газопровода. Но было бы наивным предполагать, что остальные участники глобального рынка не думают о том же самом. Ведь здесь мы будем конкурировать с США, ближневосточными производителями, где масса дешевого газа. То же самое можно сказать и о других энергоемких производствах. А с учетом климатических особенностей, повторимся, нам нужен даже более дешевый газ, чем у конкурирующих производств в других странах.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

 

121

Польша хочет много: "гиена Европы" подтверждает свою репутацию

33
Варшавские правоохранители желают арестовать авиадиспетчеров, несших смену в аэропорту, когда при посадке разбился спецборт Ту-154 с президентом Польши Лехом Качиньским и 87 видными нотаблями Речи Посполитой — политиками, генералами, князьями церкви и общественниками.

Польша не могла не внести свой вклад в чрезвычайное ухудшение отношений России с Европой, пишет колумнист РИА Новости Максим Соколов.

Уникальность катастрофы — никогда до, и никогда после, и ни в какой стране разбившийся борт № 1 не уносил на тот свет практически всю политическую верхушку — сразу породила и до сих порождает большой мощи конспирологические теории. Порой весьма экзотические.

Заложенная в самолет термобарическая бомба (простой было недостаточно), искусственный туман, созданный властями России, а также гелий, распыленный под Смоленском, который должен был уменьшить подъемную силу авиаборта. Или совсем просто: авиадиспетчеры в Смоленске загнали самолет в густой туман и там взорвали (зачем еще туман, непонятно, адская машина произведет свое действие даже и при безоблачном небе).

В разработке версий приняли участие два тяжелых параноика. Бывший советник президента России А. Н. Илларионов и бывший военный министр РП Антоний Мацеревич. Поскольку паранойя — страшная и неизлечимая болезнь, плоды их трудов были самыми впечатляющими.

Кроме всего прочего, сказался и польский гонор. Он и вообще-то весьма велик, а тут по нему был нанесен крайне болезненный удар.

Экипаж борта № 1 был недостаточно слетан и недостаточно тренирован. Он также был деморализован. Полтора года назад, в августе 2008 года, над Грузией Качиньский также требовал лететь, куда он скажет, рассудку вопреки, наперекор стихиям. Тогдашний командир президентского самолета, памятуя о том, что в воздухе он первый после Бога, отказался подвергать машину и пассажиров опасности, за что был отстранен от полетов. Его судьба была памятна капитану Протасюку, сидевшему за штурвалом 10 апреля 2010 года

В критический момент посадки ею решил поруководить командующий ВВС РП генерал Бласик. Черный ящик сохранил его энергический приказ: "Садись, курва!"

Это не считая того, что видимость при посадке была хуже некуда — сплошное молоко, а заштатный аэродром не имел приборов посадки в сложных метеоусловиях. Обо всем этом "земля" сообщила борту 101 и велела уходить на запасной аэродром, но очевидно, Качиньский решил действовать по Плутарху — "Смелей, ты везешь Цезаря и его счастье!" Кормчий повиновался — и привез.

Признать, что в абсолютно нелетную погоду в небе над Смоленском находился летучий кабак и спасти его могло только чудо, к несчастью, не случившееся, — это было бы слишком болезненно для гоноровых панов.

Параноидальные версии больше грели и греют национальное самолюбие.
Поэтому и десять с лишним лет спустя панам пришла в голову идея, что варево надо разогревать и далее, для чего нужно арестовать диспетчеров.

Конечно, до прямого требования выдачи они еще не дошли. Очевидно, понимая, каков будет ответ Москвы. "Накося выкуси" — не слишком приятно для раскаленного гонора.

Поэтому речь идет об охоте на территории третьих стран. Как указали польские инстанции, страны, приверженные свободе и демократии, несомненно, передадут диспетчеров Польше, если те вдруг окажутся на территории свободолюбивых государств. Например, на отдыхе.

Здесь, правда, есть две проблемы. Во-первых, мы не знаем (и уж паны точно не знают), какие сейчас обстоятельства у диспетчеров. Здоровье (за десять лет все мы не молодеем), достаток, позволяющий — или не позволяющий — ездить по заграницам etc. Во-вторых, сейчас границы закрыты и не известно на сколько. Даже если диспетчеры рады поехать на курорт, а оттуда в дефензиву, у них нет (как и у всех нас) на то возможности. Разве что паны намерены играть в долгую. Через пять или десять лет границы, возможно, откроются — и тогда хитрый план сработает.

Но скорее всего, дело даже не в диспетчерах, а в наблюдении У. Черчилля, назвавшего Польшу "гиеной Восточной Европы". Он имел в виду, что при возможности (действительной или только кажущейся) что-нибудь безнаказанно урвать или просто как-нибудь отплясаться (как рыцарственные поляки отплясывались в 1945 году при зверской депортации немецких женщин, детей и стариков), Польша не преминет это сделать.

Но сейчас именно такой момент — по крайней мере, для иллюзий. Евроструктуры настолько увлечены аферой Навального, что потеряли всякое чувство меры. Что стоит одна только рекомендация Европарламента разорять всякую коммерческую структуру в России, на которую укажет Навальный. Просто укажет, а мы знаем, как он указывал.

При том раже — "Разорю! Не потерплю!", — в котором сейчас находятся европейцы, немудрено, что в Варшаве решили: "Сейчас можно все. Время благоприятное".

33

Год 2020-й как он есть: ураганы и банды устанавливают мировые цены на газ

52
(обновлено 23:44 20.09.2020)
Газовый рынок постепенно восстанавливается: биржевые цены в Европе и АТР (для рынка СПГ) составляют соответственно 130 и 150 долларов за тысячу кубометров.

Причины для роста цен есть и со стороны спроса, и со стороны предложения. За восемь месяцев текущего года суммарный импорт СПГ оказался, пусть и всего на 1,3 процента, но выше, чем за тот же период годом ранее. Резкий рост импорта СПГ в июле и августе показывают Индия и Китай, пишет колумнист РИА Новости Александр Собко.

То есть, если делать простую оценку, глобальный спрос на СПГ сейчас на уровне прошлого года, притом что спрос на трубопроводный газ ниже (это видно и по российскому экспорту в Европу, а Китай снижает импорт газа из Средней Азии). Но на рынке СПГ тоже избыток мощностей, так как и на текущем фоне запускались достраивавшиеся заводы предыдущей инвестиционной волны (в основном это США).

Поэтому стабилизировать цены помогают и провалы со стороны предложения: по-прежнему не работает плавучий завод Prelude в Австралии (там технические проблемы), в той же стране остановлена одна из линий Gorgon LNG. Про США уже говорилось немало. Из-за недавних сверхнизких цен, которые не окупали даже операционные затраты, отгрузки СПГ летом снижались до половины и ниже от плановых мощностей заводов, сейчас экспорт постепенно уже может восстанавливаться вместе с ростом глобальных цен, но сезон ураганов мешает быстрому возврату к норме. В ближайшие месяцы рост американского экспорта вновь окажет давление на цены.

То есть восстановление котировок пока не выглядит устойчивым (добавим к этому заполненные хранилища), хотя, по некоторым прогнозам, в отопительный сезон спотовые цены в Азии могут даже превысить 200 долларов за тысячу кубометров. Такие цифры уже соответствуют приемлемой долгосрочной цене для всех производителей. Правда, есть одно но: такой уровень цен должен быть среднегодовым, а не только "зимним".

Но год сложный, нетипичный, делать по нему долгосрочные выводы нельзя. Всех интересует перспектива. И тут самое интересное: в текущем году, впервые за двадцать лет, пока не принято ни одного нового инвестиционного решения о строительстве новых заводов по сжижению. Прогнозы на итог этого года — от нуля до одного-двух решений. Напомним, что в прошлом году сделано рекордное количество инвестрешений, а произошло этого, в свою очередь, после длительного трехлетнего затишья (2016-2018 годы, небольшое число решений) из-за переинвестирования в предыдущий цикл (2011-2015 годы).

Почему так происходит? Простой ответ понятен: все нефтегазовые компании сильно потеряли в доходах, а потому сокращают свои инвестпрограммы. Но, как известно, инвестиции упали всего лишь на треть, уж что-то, казалось бы, должно перепасть и СПГ.

Часть ответа в том, что рынок СПГ последние годы развивается парадоксально. С одной стороны, мы видим и текущий избыток газа, а также острую конкуренцию в будущем (Катар, США, Россия, Восточная Африка), все это не способствует высоким ценам и не посылает достаточных рыночных сигналов для инвестиций в новые проекты. Одновременно рынок считается перспективным (спрос на газ будет расти во всех, даже самых зеленых, сценариях). Одним из драйверов развития рынка стало участие нефтегазовых ТНК, которые постепенно начали переходить от "уходящей" нефти к перспективному СПГ.

Как результат — при дорогой нефти (как тогда казалось, надолго) нефтегазовые компании могли вкладывать в перспективный сжиженный газ из общей корзины доходов. Либо прямо через непосредственные инвестиции в заводы, либо косвенно, через покупку в свой портфель СПГ по долгосрочным контрактам, что давало возможность получить кредиты на постройку заводов остальным, относительно небольшим, участникам рынка СПГ.

Сейчас же, с падением нефтяных котировок, нефтяным ТНК не до этого. Плюс к тому некоторые из них нервничают и объявляют о резком "позеленении" своих инвестиционных планов. В свою очередь, у нефтяных гигантов, которые хотят оставаться приверженными ископаемому топливу, также тяжелая ситуация. Это видно на примере компании ExxonMobil, финансовое состояние которой сейчас находится в непростом положении.

У этой компании были в планах (и, как еще ожидалось в прошедшем году, с "быстрым" инвестрешением) два главных и крупных СПГ-проекта: это Golden Pass LNG в США (совместно с Qatar Petroleum) и Rovuma LNG в Мозамбике.

Оба они сейчас отложены в долгий ящик, принятие решений по американскому заводу задерживается как минимум на год, по Мозамбику — до 2023 года. Планы по расширению действующего завода СПГ компании в Папуа-Новой Гвинее также сдвигаются до лучших времен.

Остальные американские заводы, разумеется, также не торопятся принимать новые решения, ведь прогарантировать строительство долгосрочными контрактами на продажу СПГ сейчас затруднительно. Буксует ситуация и в Восточной Африке в целом. Напомним, что шельф этого региона (Мозамбик, Танзания) рассматривался как один из новых перспективных центров добычи. Об отсрочках в проекте Exxon уже было сказано.

А вот СПГ-заводу, по которому решение уже принято в прошлом году, Mozambique LNG (под контролем Total), регулярно мешают действующие в регионе группы экстремистов, что ставит под вопрос достройку его в срок. Про планы заводов в Танзании последнее время вообще почти не вспоминают.

Из этого всего можно было бы сделать вывод, что в среднесрочной перспективе мы увидим и дефицит предложения. Так бы оно и было, если бы не планы Катара по сразу нескольким новым заводам. Официального инвестрешения еще нет, но предварительные работы активно ведутся. А низкая себестоимость СПГ позволит Катару строить с минимальной оглядкой на цены.

Наконец, еще один фактор, который создает неопределенности: механизмы ценообразования. Несмотря на развитие спотового рынка, до последнего времени ценовая привязка к нефти позволяла производителям СПГ гарантировать окупаемость. При этом на фоне дорогой нефти и растущей конкуренции в СПГ коэффициент этой привязки последние годы в новых контрактах все снижался и снижался.

Сейчас нефть подешевела, но маловероятно, что покупатели захотят возвращаться к старым, высоким коэффициентам. А при нефти по 45 долларов и типовом в последнее время коэффициенте привязки в 0,11,

СПГ будет стоить всего около пять долларов за миллион БТЕ, или около 180 долларов за тысячу кубометров. А покупателей при этом все больше интересует газ по спотовым ценам, тем более что с постепенным окончанием у Катара долгосрочных контрактов все больше СПГ из этой страны будет выходить на биржевой рынок.

Напомним также, что развивающиеся страны АТР способны "переварить" большие объемы газа (с чем и связаны прогнозы удвоения рынка СПГ за 15 лет), но только по низким ценам, максимум на уровне 200 долларов за тысячу кубометров, а лучше меньше.

Все эти факторы приводят к неопределенностям и некоторой парадоксальности развития рынка. Природный газ в целом и СПГ в частности остаются очень перспективным топливом, но на высококонкурентном рынке, спрос на котором, в свою очередь, будет уверенно расти только при достаточно низких ценах.

52

История двух войн: художественная выставка открылась в Сухуме

0
В Абхазии открылась выставка, посвященная истории двух войн - Отечественной войны народа Абхазии и Великой Отечественной войны, которая собрала 70 картин и скульптур.

Выставка "Художник. Время. Память." пройдет при поддержке Министерства культуры Абхазии. Организаторы выставки: Союз художников и Государственная национальная картинная галерея.

Выставка продлится до 8 октября. Информационную поддержку проекта оказывает Sputnik Абхазия.

 

0