Чем политики заплатят за карантин?

261
(обновлено 19:23 19.05.2020)
Выйти из карантина даже сложнее, чем войти в него, — и это касается руководителей государств в еще большей степени, чем простых граждан.

Не только потому, что именно лидерам приходится принимать более чем непростые решения сначала о беспрецедентных ограничениях в жизни своих стран, а потом и об их снятии, но и потому, что после этого еще долго придется отвечать за все сразу, пишет колумнист РИА Новости Петр Акопов.

Почему так поздно ввел карантин? Зачем вообще его было вводить? Зачем так рано ослабили и сняли ограничения? Почему мало помогали гражданам — у соседей вон всем денег дали? Зачем потратили столько средств на поддержку бизнеса? Зачем всех контролируете? Почему все так бесконтрольно?

Ответы на эти вопросы никогда не удовлетворят всех — и уж тем более если отвечать на них приходится тогда, когда пандемия еще идет и нет особой ясности ни с самим вирусом, ни насчет социально-экономических последствий борьбы с ним.

Да, мир, в том числе и международные отношения, и уклад жизни людей, после пандемии изменится — в чем-то сильно, в чем-то формально. Но изменятся ли лидеры? Изменится ли отношение к ним? Чьи позиции этот кризис укрепит, а чьи ослабит?

Как и любой кризис, нынешний максимально высветит сильные и слабые качества каждого. Поэтому тот небывалый рост рейтингов, который наблюдался в первые недели кризиса у многих западных лидеров, принципиально не изменит отношение к ним сограждан.

Мобилизация во время общей опасности практически автоматически приводит к росту поддержки населением руководства страны — почти вне зависимости от того, что делает или не делает конкретный лидер. Но потом этот эффект исчезает — и рейтинги падают до прежнего уровня. Причем иногда это происходит даже раньше, чем заканчивается карантин. При этом нет прямой связи между тем, как страна прошла через пандемию, — куда больше связано с отношением к конкретному лидеру.

Британия потеряла больше людей, чем Франция, но поднявшийся было уровень поддержки Макрона уже упал, а Джонсона по-прежнему оценивают очень высоко (притом что он сам переболел коронавирусом). Может быть, дело в том, что и до пандемии Джонсон выступал как борец, настроенный провести Brexit и биться на всех фронтах, а Макрон много и красиво говорил, но, как и до карантина, раздражал и левых, и правых?

Да, рейтинги Меркель выросли на фоне кризиса до рекордного уровня — как благодаря ее обычной рассудительной манере поведения, так и благодаря успехам немецкой системы здравоохранения, обеспечившей относительно мягкий сценарий пандемии.

Но сейчас рейтинг уже начал снижаться — да и находящейся в кризисе германской политической системе популярность канцлера никак не поможет.

Меркель в любом случае уйдет следующей осенью — но она так и не смогла подобрать того, кто продолжил бы ее политику, обеспечивающую (ценой отложенных потрясений) сохранение власти системными партиями. Даже в рамках собственной партии — ее ставленники провалились, а новый лидер ХДС (которого еще нужно избрать до конца года) почти наверняка будет критически настроен к политике Меркель. Более того, ее избиратели уже вообще не хотят видеть кандидатом в следующие канцлеры представителя ХДС, предпочитая лидера ее младшей баварской "сестры" ХСС — премьер-министра Баварии Маркуса Зедера.

И самое главное — совершенно непонятно, какой политический пазл, какую коалицию нужно будет сложить после ухода Меркель. Причем так, чтобы остановить рост несистемных правых и левых сил — и разрушение всей политической системы.

Куда проще молодому австрийскому канцлеру Себастьяну Курцу: его рейтинги росли и до пандемии, поднялись и в ходе карантина, так что он может чувствовать себя более чем уверенно. В отличие от соседей.

В тяжелее всех перенесшей начало пандемии Италии вырос рейтинг премьера Джузеппе Конти — но он и так был популярен, однако не представляет ни одну из правящих партий, а их популярность падает на фоне дальнейшего роста поддержки выдавленной в оппозицию Лиги Севера Маттео Сальвини.

А в Испании, едва ли не единственной из западноевропейских стран, рейтинг правительства Педро Санчеса не вырос даже во время карантина — и вовсе не потому, что страна оказалась одной из самых пострадавших в мире.

Просто в Испании уже много лет как усугубляется общий политический кризис, самым заметным проявлением которого стала попытка отделения Каталонии, а сам Санчес, возглавляющий коалиционное правительство меньшинства, никогда не имел массовой поддержки у населения.

Как всегда в последнее время, нет единства в оценке американской ситуации — хотя рейтинг Трампа вырос, его противники верят в противоположное и в проигрыш президента на ноябрьских выборах. Но в реальности практически ничто уже не сможет остановить переизбрание Трампа — он уверенно шел к нему до коронавируса и сумеет обратить в свою пользу даже вызванный им кризис.

По гамбургскому счету, на выходе из каратина все лидеры вернутся к тому уровню поддержки, который был у них накануне пандемии, но сильные станут сильнее, а слабые — слабее.

Вызванный коронавирусом кризис будет действовать в политике так же, как и COVID-19 в человеческом организме — ускоряя и провоцируя уже имевшиеся процессы и болезни. Но, в отличие от взрослого человеческого организма, в общественном происходят одновременно и негативные, и позитивные процессы. И поэтому очень важно, какие были сильнее накануне испытания.

В Россию коронавирус пришел в момент очень важного для нас рубежа — конституционные поправки должны были не только гарантировать стратегическую внутриполитическую стабильность, но и обозначили курс на укрепление социального государства, подкрепленный формированием нового правительства.

Это направление нашего развития не просто останется неизменным после коронавируса: оно станет еще более четким и продуманным, прочувствованным и осознанным максимальным количеством людей. Ведь социальное государство — это не просто сильная национальная система здравоохранения (а сшивание региональной и федеральной ответственности за нее как раз и проговаривалось в ходе конституционной реформы), но и общее согласие вокруг базовых принципов существования и развития уникальной русской цивилизации.

Общее выше частного, служение выше владения, солидарность выше эгоизма — это не новый русский социализм, а вечные национальные принципы.

261

Новый 2021 год на постсоветском пространстве: Россия как миротворец

75
(обновлено 09:51 15.01.2021)
Алексей Токарев, старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО прогнозирует будущее постсоветских конфликтов и отношений России и ее соседей.

У аналитиков МГИМО есть традиция. Каждый год в январе мы с коллегами публикуем прогноз "Международные угрозы", в котором пытаемся описать ключевые тенденции в международных отношениях. Мы не работаем "вангами", которые рассказывают о точных биржевых котировках и ставят диагнозы по фотографиям. Этот коллективный труд направлен на описание будущего международной системы большими штрихами.

Нынешний прогноз, конечно, направлен на анализ постковидного мира. Хотя с приставкой "пост" мы поторопились. Подзаголовок доклада "Международные угрозы-2021" - "Геополитика после пандемии". Хотя никакого "после" еще не существует. Мы живем во "второй волне", в Великобритании новая версия COVID-19, ежесуточный график заболевших никак не стремится к нулю. Тем не менее, мы заглядываем в ближайшее будущее планеты, рационально понимая, что пандемия в конце концов закончится. В нынешней версии прогноза постсоветскому пространству уделено до обидного мало места. Хороший повод исправиться.

Лейтмотив 2021 года: государства нужно больше. В предыдущие годы глобализация стремилась отменить национальные суверенитеты. Но, во-первых, основную тяжесть борьбы с пандемией несут именно государственные институты, а не частные корпорации; наднациональные организации (ВОЗ, например) и вовсе поминаются теперь как бессильные.

Во-вторых, 2020 год не стал годом мира. Россия в разном качестве (посредник, миротворец, непосредственный участник) вовлечена в международные и внутренние конфликты в Сирии, Нагорном Карабахе, Донбассе, Приднестровье, Беларуси. Интенсивность этих конфликтов различается.

Неизменно одно: ведущая широчайшую международную деятельность страна не может запереться внутри национальных окраин, даже если мир закрывает границы.

Кавказ и Турция

У 2021 года есть хороший шанс стать годом прорыва в самом тяжелом постсоветском конфликте. Российские дипломатические усилия в Нагорном Карабахе, конечно, оценены в Армении меньше, чем в Азербайджане. Они словно поменялись местами по сравнению с 1994 годом.

Теперь армянское общество чувствует себя проигравшим. Это значит, что конфликт не урегулирован. И, несмотря на все политические заявления, он может быть эскалирован. С одной стороны, российские миротворцы между воюющими не первый год сторонами – надёжная гарантия мира. С другой, их мандат ограничен пятилетним сроком, который может быть продлен.

К тому же в регионе действует активный внешний игрок. Во главе Турции сильный и амбициозный лидер, стремящийся тюркский мир сделать турецким, умеющий лавировать и во внутренних (вспомним "военный мятеж" 2016 года), и во внешних кризисах (от прокси в Сирии и торговли нефтью с террористами до обострения отношений с Россией из-за сбитого Су-24 и постоянных перепалок с французским президентом). Членство в НАТО, сохраняющееся, несмотря на все открытые и непубличные противоречия с Европой и США, и стремление быть мировым лидером мусульман делают из Турции абсолютно реальную силу, с которой будут считаться все игроки на Кавказе.

Амбициозный лидер решает силой разрешить многолетний территориальный и этнический конфликт, игнорируя российских миротворцев и полагаясь на поддержку внешней силы – кейс из недавнего прошлого постсоветского пространства.

Вспомним – это всего лишь 2008 год. Словно в противовес такому сценарию президент Азербайджана 12 января в Москве на встрече с российским коллегой говорил об инфраструктурных и экономических прорывах. Восстановление железнодорожного сообщения по южной границе Азербайджана и Армении, проход ветки в Нахичевань, а оттуда в Турцию, подключение Еревана к этой трассе и связь Армении с Ираном и Россией – экономический успех для всех. Конечно, армяно-азербайджанские политические отношения не потеплеют, но экономика, необходимость строительства инфраструктуры и взаимного решения транспортных проблем могут отложить желание реванша у Еревана и развитие наступательных успехов у Баку.

И если Ильхам Алиев во внутренней политике почивает на заслуженных лаврах победителя, реинтегрировавшего земли, которые его страна и международное сообщество считают своими, то у его армянского визави большие проблемы. Внутриполитический кризис в Армении продолжится ввиду того, что рейтинг Никола Пашиняна после проигранной войны падает, но сколько-нибудь значимой общенациональной силы, способной взять у него власть, сейчас в стране нет. 17 оппозиционных партий тянут одеяло на себя и отказываются от досрочных выборов, пока Пашинян остаётся премьером. Те, кто в 2018 году с восторгами участвовал в стотысячных митингах в поддержку новой власти, теперь истово ненавидят её, обвиняя в поражении на фронте и потере части Нагорного Карабаха.

Пока Азербайджан будет продвигать внутренние программы восстановления возвращённых районов, армянская внутренняя политика в 2021 году будет рефлексировать на тему поражения и искать ответственных. Не просто обида или разочарование, а боль и гнев – то, что чувствует Армения в отношении своего политического класса.

Страна, долгие годы чувствовавшая себя победителем в региональном конфликте, проиграла и теперь обречена на долгую рефлексию и принятие нового статуса массовым сознанием.

Другие страны

Грузия и Молдавия в 2021 году будут объединены усилением внешнего влияния. Показательное событие 2020 года – подписание в резиденции американского посла в Тбилиси соглашения между властью и оппозицией. Времена, когда российские министры в качестве вежливых приглашенных арбитров успешно разрешали грузинские внутриполитические споры, давно прошли. Теперь кризисы внутренней политики регулируются де-юре на территории другого государства. На этом фоне заявление Бидзины Иванишвили о том, что он уходит на покой, не добавляет стабильности политической системе.

В публичной политике грузинский политический класс, конечно, продолжит списывать все собственные просчеты на козни "северного соседа". Разоблачительные публикации о том, как "Кремль управляет грузинскими политиками", продолжатся. И обществу будет навязываться многолетний стереотип: прямое участие западных политиков во внутренних делах – это благо; попытки России поддержать отдельных одномандатников – страшное зло.

Смена первого лица в Молдове усилит антироссийскую, прозападную, прорумынскую риторику. Нового президента Майю Санду можно сравнить с Николом Пашиняном. Бэкграунд западный, ценности тоже. Москва и ее нравы понимаются ими хуже, чем бюрократия и нетворкинг в Брюсселе и Вашингтоне. Как и Пашинян, Санду будет повторять ожидаемые пассажи о многовекторности и необходимости развивать отношения со всеми центрами силы. Отличие в объективных обстоятельствах географии. Пашиняну некуда присоединять Армению. А Санду вполне представляет унионистов – тех, кто не воспринимает молдавскую государственность, историю и язык как самостоятельные и хочет жить в объединенной Румынии.

По всем каналам официальная Москва будет транслировать новому молдавскому руководству простой тезис: военного решения приднестровской проблемы не существует, а сохранение Молдовы в пространстве русского мира, то есть с суверенной столицей в Кишиневе вместо Бухареста и с соблюдением прав русскоязычного большинства – постоянный национальный интерес России.

Торговле Приднестровья с ЕС через Молдову или расширению связей самой Молдовы с Европой Москва препятствовать не будет. В отношении страны есть четкие красные линии: риторика о необходимости вывести российский миротворческий контингент не нравится, но допускается, но любые реальные попытки противодействовать ему вопреки договоренностям в формате "5+2" не принесут мира.

Собственно, и здесь стоит напомнить кейс Михаила Саакашвили, поверившего части американских неоконов и потерявшего собственную страну.

Братья-славяне

Наконец, братья-славяне, которые в последние годы братству рады не всегда. В Беларуси Россия заинтересована в мирном транзите власти. С одной стороны, Москва понимает степень участия спецслужб Польши и Литвы в эскалации протестов после очередного избрания Александра Лукашенко. С другой, сложно было не заметить то, что делали силовики с мирными протестующими. Реальную кадровую помощь России несколькими автобусами бойцов ОМОНа в рамках Союзного государства (которая, замечу, не понадобилась) не следует рассматривать как индульгенцию при организации работы изолятора на Окрестина.

© Sputnik / Евгений Одиноков

Россия не заинтересована в том, чтобы настроить против себя поколения молодых белорусов. Плавная подготовка транзита в результате принятия новой конституции и, например, досрочных парламентских и президентских выборов, когда судьба страны решается не на улицах и в телеграм-каналах, а на избирательных участках с соблюдением конкурентных и открытых процедур, - тот сценарий, в котором заинтересована и Москва.

Для Украины 2021 год не станет прорывом. Конечно, "ястребы" и националисты воодушевлены победой Азербайджана при поддержке Турции. Военная тактика с первоначальным подавлением беспилотниками и артиллерией ПВО и живой силы обороняющихся и дальнейшим продвижением собственных сухопутных войск в условиях горной местности принесла успех. Поставки вооружений из США и Турции создают в Киеве иллюзию о необходимости "натиска на восток".

Но Донбасс похож на Приднестровье, как минимум, наличием сильного государства-патрона. Военного решения не будет. Несмотря на 450 млрд. гривен внешнего долга, спад промышленного производства, вечный риск украинской политики – угрозу отставки правительства, возможное невыполнение обязательств перед бюджетниками, Украина продолжит увеличивать военные расходы (сейчас – 6 % ВВП). Под медиавбросы о строительстве британской военно-морской базы в Николаеве и американской в Мариуполе украинские политики продолжат объяснять обществу, что во всех бедах виновата "имперская агрессия". Кроме того, усилится тренд на десуверенизацию Украины. Санкции против части украинских расследователей отношений компании Burisma и сына президента Байдена уже ввели.

2021 не станет для постсоветского  пространства годом мира. Пандемия  не закончилась, в США новая администрация, гораздо более идеологизированная, чем предыдущая, конфликты не разрешены, национальные правительства слабы, национальные суверенитеты под угрозой.

Желание заокеанских партнеров использовать постсоветское пространство как буфер между Европой и Россией, которую надо втягивать в новые и новые конфликты, не ослабевает. Но миротворческие усилия России в Карабахе, Приднестровье и Донбассе дают надежду на то, что хотя бы на этих территориях стрелять будут меньше.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

75

Япония погружается во тьму

237
(обновлено 12:31 15.01.2021)
Как сообщают западные средства массовой информации, Япония столкнулась с самым тяжелым энергетическим кризисом последнего десятилетия.

Причина этого — непривычно низкие температуры. По данным Национального метеорологического агентства, средняя температура воздуха в десяти главных городах страны (Токио, Саппоро, Сендай, Нагоя, Канадзава, Осака, Такамацу, Хиросима, Фукуока и Наха) в первую неделю года опустилась до +4,4 градуса по Цельсию. Отдельно уточняется, что в декабре этот же показатель был равен +7,6 градуса. Перепад погоды вызвал лавинообразный рост потребления электроэнергии почти на 14 процентов. Согласно отчету японской организации взаимодействия операторов электросетей Occto, всего за пять дней января все категории потребителей "съели" рекордные 15 гигаватт-часов электричества, львиная доля которого пошла на нужды отопления, пишет Сергей Савчук для РИА Новости.

Рынок чутко среагировал — оптовые цены на японской бирже электроэнергии Jepx взмыли в небеса, ежедневно устанавливая новые рекорды. Максимальный показатель был достигнут 7 января, когда стоимость киловатт-часа вплотную приблизилась к сотне йен. Для понимания динамики оговоримся, что в декабре он же стоил 14 йен, то есть первый месяц года подарил японцам почти семикратный скачок цен. Если пересчитать пиковую стоимость с точки зрения генерации в привычные нам величины, то получится, что за производство одного мегаватт-часа японские компании просили 968 долларов.

Для сравнения — в августе 2020 года Владимир Путин озвучил стоимость электричества на нашем внутреннем рынке. Это 57 долларов за мегаватт-час, то есть среднестатистический россиянин платит почти в четыре раза меньше, чем житель Евросоюза. Представители малого бизнеса тратят в два раза меньше, крупные промышленные потребители платят за каждый киловатт-час всего пять рублей, что тоже в два раза ниже, чем, скажем, в Германии или Великобритании. Оговоримся — в России ситуация с резким скачком цен, который сейчас наблюдается в Японии, невозможна по причине того, что наш внутренний рынок регулируется государством.

Причины кризиса японской энергетики лежат на поверхности.

Во-первых, это так называемое эхо Фукусимы. После аварии на японской АЭС Токио под давлением мировой общественности остановил большую часть собственных атомных станций, но позднее из-за критического дефицита энергии стал постепенно вводить их обратно в строй. Страна восходящего солнца физически не смогла отказаться от мирного атома, на базе которого производилась треть всей ее электроэнергии.

Но Фукусима не прошла бесследно для отрасли в целом. На момент катастрофы весной 2011 года в Японии функционировали 54 реактора, и по этому показателю островное государство занимало первое место в Азии и третье в мире, уступая лишь США и Франции. На конец 2019-го, то есть ровно год назад, к работе вернулись 39 реакторов, соответственно, атомный сектор потерял сразу 20 процентов своей производственной мощности.

Во-вторых, оказалось, что электросети западного и восточного побережья работают фактически в автономных режимах и выполнять перетоки между ними крайне проблематично.

В-третьих, выяснилось, что в стране отсутствуют достаточные запасы природного газа (как обычного, так и сжиженного), на который в рамках модной нынче декарбонизации японцы стали переводить собственные электростанции. Из-за нехватки топлива сразу четыре ключевые компании — Tokyo, Chubu, Kansai и Kyushu Electric Power, невзирая на стремительно растущий спрос, вполовину уменьшили выработку электроэнергии. Также, по данным биржи Jepx, объемы производства сократили станции Higashi Ogishima и Kansai Electric.

Злую шутку с японцами сыграла аномально теплая зима прошлого года, когда ни одна из стран — экспортеров природного газа не смогла выйти на плановые показатели продаж. А добила всех COVID-пандемия, обрушившая мировые рынки углеводородов и нокаутировавшая мировой реальный сектор. Оперируя годовой динамикой, всевозможные эксперты предрекали, что уже чуть ли не завтра мир забудет про традиционную энергетику и будет покрывать все свои нужды исключительно из альтернативных источников.

На последних стоит остановиться отдельно.

В 2019 году министр промышленности Хироси Кадзияма (Hiroshi Kajiyama) заявил, что в рамках борьбы с глобальным потеплением к 2030-му Япония закроет более ста угольных электростанций. Министр не мог не знать, что уголь, львиная доля которого закупается в Австралии, дает вторую (после атома) треть производства электричества. А так называемые возобновляемые источники приносят в державную копилку всего десять процентов. Также господин Кадзияма совершенно точно знал, что принятый весной 2014 года "Четвертый стратегический энергетический план", в рамках которого на развитие ВИЭ Токио выделяет 700 миллиардов долларов, откровенно буксует. Хотя бы потому, что ВИЭ так и занимают мизерную долю в общей генерации и довести этот показатель до плановых 25 процентов к 2030-му, скорее всего, не удастся.

Чтобы понять, насколько современный мир мал и насколько все в нем взаимосвязано, дополним, что электрический коллапс в Японии тут же взвинтил мировые цены на сжиженный природный газ. Американский Bloomberg вышел с заголовком "Замерзающая Азия отправила цены на перевозку СПГ в стратосферу". В статье приводятся аналитические данные агентства S&P Global Platts, из которых видно, что в моменте стоимость сжиженного природного газа вплотную приближалась к отметке в 700 долларов за тысячу кубометров. Это абсолютный рекорд начиная с 2009 года.

Умопомрачительные цены на энергоносители объясняются еще и тем, что мировой рынок не может мгновенно среагировать и закрыть подобную пробоину. Скачок спроса уже спровоцировал рост стоимости фрахта океанских газовозов. Каждые сутки пути от побережья США до берегов Японии обойдутся заказчику в 253 тысячи долларов, при этом следует учитывать, что в районе Панамского канала скопилось рекордное количество судов и среднее время ожидания на проводку варьируется от семи до десяти дней.

Учитывая нынешнее положение дел, эксперты поумерили свой экологический пыл и прогнозируют взрывной рост потребления угля. Правительство Японии очень надеется, что угольные электростанции в январе выйдут на показатель производства 39,4 гигаватта (+3,6 по сравнению с декабрем) и таким образом спасут страну. По крайней мере, до момента массовых поставок природного газа.

Пример наших восточных соседей наглядно показывает, что все зеленое прожектерство хорошо ровно до тех пор, пока в закромах лежит достаточное количество традиционного топлива, а за окном комфортная для прогулок температура. Потому что как только в январе внезапно приходит Генерал Мороз, все солнечные панели и ветряки вдруг оказываются бесполезными и всех спасают атом, газ и уголь.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

237

Шесть пациентов с COVID-19 скончались в Абхазии за двое суток

871
(обновлено 22:53 15.01.2021)
Диагноз коронавирус подтвержден у 127 человек из 491 протестированного 14 и 15 января в Абхазии.

СУХУМ, 15 янв - Sputnik. Шесть пациентов с диагнозом коронавирусная инфекция скончались в Абхазии за двое суток, сообщает оперштаб по защите населения от COVID-19. 

Четыре пациента проходили лечение в Гудаутской больнице: трое мужчин скончались 13 января, один умер 14 января.

В российском многопрофильном госпитале 13 января скончались два человека: мужчина, 1933 года рождения, и женщина, 1940 года рождения, оба - с диагнозом "коронавирусная инфекция тяжелого течения" и осложнением основного заболевания "двустороннее вирусное поражение легких".

На данный момент в Гудаутской ЦРБ находятся на стационарном лечении 101 человек, у 91 из них диагноз COVID-19 подтвержден. В тяжелом состоянии 34 человека, состояние здоровья 31 пациентов – средней степени тяжести.

В Сухумской инфекционной больнице 36 пациентов, в Очамчырской ЦРБ - 26, в Ткуарчалской ЦРБ - 15, в Гагрской ЦРБ - 33, в российском военном госпитале в Сухуме - 53 пациента.

Общее число выявленных случаев коронавируса в Абхазии на сегодняшний день составляет 10378 человек. 151 летальный случай. Выздоровели 8130 человек.

871
Темы:
Ситуация с коронавирусом в Абхазии