Поправки к Конституции: можно ли дважды войти в океан русского языка

98
Нынешнее обсуждение поправок к российской Конституции (с приближающимся референдумом о них) интересно прежде всего тем, какие тут кипят эмоции. И как же им не кипеть, если затронуты оказались вопросы, как на подбор вызывающие настоящие страсти. И не первый век.

Вот хотя бы "поправка о русском языке", как ее упрощенно называют… стоп, но она, вроде бы, не совсем и не столько о русском языке. Дословно так (речь о статье 68): "Государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык как язык государствообразующего народа, входящего в многонациональный союз равноправных народов Российской Федерации" — но фактически то же значится в действующем законе о языке. То есть поправка лишь поднимает уровень защиты статуса языка до конституционного.

А новшества в поправке касаются как раз национальных языков (кстати, таковых 277): вот их статус, в соответствии с поправкой, теперь дискриминировать никак не удастся, и за Конституцией последуют опирающиеся на нее законодательные акты. Но завершает поправку финальный аккорд: "Культура в Российской Федерации является уникальным наследием ее многонационального народа. Культура поддерживается и охраняется государством", пишет колумнист РИА Новости Дмитрий Косырев.

То, что культура у нас одна на всех, и что пронизывает, скрепляет ее, делает разной, но общей язык государствообразующего народа, — это понятно. Другое дело — что значит "поддержать и охранять". Язык — его как поддерживают, как охраняют?

Ответ на это — вся наша история (правда, и история многих других народов тоже). Сколько тут эффектных эпизодов! Вот, например, адмирал Александр Семенович Шишков (1754—1841). Слушайте, этот человек участвовал в нескольких морских сражениях со шведами, командовал боевыми кораблями, потом руководил на разных должностях всем флотом, а чем вошел в историю? Борьбой за чистоту русского языка, литературными сочинениями.  Был, среди прочего, спичрайтером… как бы он возненавидел это слово… императора Александра: составлял его манифесты во время грозы 1812 года.

Первые славянофильские попытки очистить русский язык от языка противника — французского — это Шишков; всякие там "мокроступы" вместо французских "галош" — это он.

И ведь адмирал не был одиночкой. Регулярные споры, переросшие в клуб "Беседа любителей русского слова" он же не сам с собой вел. Их было много — людей золотого века русской словесности, пропахших порохом и кровью, но при этом — все они красавцы, все они таланты, все они поэты (если кто-то заподозрит, что я взял этот пример из работы современного писателя Захара Прилепина "Взвод", о том, какими были зодчие русского слова той эпохи, то так и есть).

Они и в литературе были как на редутах и флешах. А с кем воевали? С молодой хулиганской порослью словесности, в том числе с неким Пушкиным. Что такое русский язык Пушкина, которым мы говорим сегодня, в отличие от русского языка XVIII века, который еле понимаем? Легкость, воздушность, множество французских и английских слов — шок, вызов, хорошо, что не на дуэль. Пушкин Шишкова и прочих то подкалывал эпиграммами, то напоминал, что ведь это герои великих войн… Но свое поколение молодых героев войн и одновременно юных словесников Пушкин привел к победе.

Язык — всегда поле битвы, бешеных страстей, хотя бы потому, что каждое новое поколение создает язык заново и для себя, в том числе для того, чтобы словами и оборотами отличаться от постылых стариков.

Но потом приходит еще одно молодое поколение… И вот речь героев Василия Аксенова (это люди, сложившиеся в 1960-е годы). Да мы ведь множество слов там уже не понимаем (как "облучок" у Пушкина), потому речью тех людей, ее строем и ритмом и наслаждаемся. Как и скрытыми и открытыми цитатами, коими они уязвляли своих и прочих: о ком это, о чем?

 

Но тут приходит новая эпоха — и вот мы читаем Василия Звягинцева, да-да, того самого, который написал бесконечный сериал про борьбу со злыми инопланетянами "Одиссей покидает Итаку". Не Пушкин, но какие вкусные у Звягинцева 70-е годы, с их странной тягой к дефицитной еде ("балык" — это, вообще, что?), с их кожаными куртками и чуть грустными женщинами… Другой век, не 60-е.

А что было бы, если бы герои Аксенова или Звягинцева встретились с героями Чехова, у которых был еще один свой русский язык ("вот еще новости какие" и прочее) — и не пушкинский, и вообще ни на что не похожий? Да они бы, наверное, вслушивались в речь друг друга и получали от этого громадное удовольствие.

Удовольствие оттого, что язык — это даже не река, в которую нельзя войти дважды (берега те же, но вода уносится). Это — в случае с русским языком — и не море, а океан, любой моряк скажет вам, что океан каждое мгновение разный, и так было и будет всегда.

За свой — точнее, "свой" — язык бьются насмерть. Граммар-наци будут преследовать всех за неправильное употребление слов и особенно знаков препинания, а хулиганы — создатели олбано-бобруйского — будут терроризировать их своим "аффтар, убей сибя ап стену". Чтобы корежить язык, надо ведь для начала знать его и любить своей, особой любовью…

Все вместе — вечно живая экосреда, да попросту Вселенная. Там всегда будет драка до крови, потому что драться будут за важное, важнее не бывает: за слова, в которых наши чувства, наша история, наша культура. Государство таковую, конечно, должно поддерживать и охранять — но никогда не сможет зафиксировать это вечное движение в застывшей, мертвой, пусть даже самой правильной форме.

Потому что никакой садовник не может заставить сад замереть в стадии идеала — сад растет сам, он живой и прекрасный, то замученный сорняками и пожухлой осенней травой, то сияющий белыми цветами. И в конечном счете русский язык — это мы, разные, каждый со своим языком и своей любовью к нему.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

98

Террорист убил учителя, а Европа убивает себя сама

273
(обновлено 11:16 19.10.2020)
В пятницу во Франции около учебного заведения в коммуне Конфлан-Сент-Онорин произошло убийство преподавателя. Предполагаемый нападавший был застрелен сотрудниками полиции в соседней коммуне Эраньи.

После кошмарного убийства учителя радикалом-исламистом Франция задалась сакраментальными русскими вопросами: кто виноват и что делать, пишет колумнист РИА Новости Ирина Алкснис.

В связи с первой темой французским журналистам оказался наиболее интересен момент, каким образом чеченская семья из России вообще получила статус политических беженцев. Выяснилось, что она переехала во Францию в 2008 году, где ее ходатайство об убежище несколько лет рассматривалось властями — и в результате было отклонено. Однако в 2011-м Национальный суд по вопросам права убежища отменил это решение. Ну а чуть больше полугода назад — по достижении совершеннолетия — будущий убийца автоматически получил собственный вид на жительство.

В общем, совершенно обычная история в современной Европе.

Что касается второго вопроса, то тут бескомпромиссно выступили французские власти, заверив сограждан, что они не намерены сворачивать с выбранного пути борьбы с исламизмом.

Роковой урок, на котором 47-летний Самюэль Пати в рамках занятия по свободе слова показал ученикам карикатуры на пророка Мухаммеда из журнала Charlie Hebdo, прошел в начале октября. Тогда же состоялось выступление Эммануэля Макрона, вызвавшее серьезный резонанс далеко за пределами страны. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган обвинил своего французского коллегу в "открытой провокации" и посягательстве на свободу совести.

Именно в этой речи французский лидер объявил войну "геттоизации" Франции, "исламистскому сепаратизму" и анонсировал масштабный план по борьбе с закрытыми, варящимися сами в себе этническими и религиозными анклавами. Кстати, именно система образования — главное направление кампании. В частности, планируется практически полный запрет домашнего образования и жесткое выкорчевывание "нелегальных школ, которыми зачастую руководят религиозные экстремисты".

После произошедшего теракта нередко звучали удивленные и даже местами осуждающие мнения российских комментаторов в адрес убитого учителя, который продемонстрировал 12-14-летним ученикам откровенно оскорбительные для некоторых из них карикатуры.

Важно понимать, что это была не просто личная инициатива Пати — он действовал в рамках программы и установок французской системы образования. На том злосчастном занятии преподаватель, пытаясь сгладить острый момент, заранее предупредил учеников о содержании изображений, которые покажет, и предложил выйти из класса тем, кому это неприятно.

Самое удивительное, что французское государство и впрямь считает подобный подход эффективным в борьбе за секуляризацию, интеграцию меньшинств и размывание сформировавшихся в стране гетто.

Ведь можно без особых проблем предугадать реакцию подростков, выросших в замкнутой этнической среде, выдернутых из частных школ под руководством имамов-экстремистов и посаженных за парту государственного учебного учреждения, где им на уроке покажут нарисованную картинку обнаженного мужчины с подписью, что это пророк Мухаммед. И дело даже не столько в том, что кто-то из них решит повторить путь 18-летнего чеченца, сколько в том, что трудно придумать более надежный способ навсегда вызвать у молодых людей глубочайшее отторжение и отвращение к европейским ценностям, культуре и образу жизни.

Инициатива Макрона вызвала крайне бурную реакцию не только в исламистских кругах, но и у противоположного — либерального — лагеря, который усмотрел в предложениях французского президента недопустимое наступление на права и свободы граждан.

Самое ироничное и печальное, что все три стороны этого противостояния на самом деле говорят на одном языке — языке радикализма и нет принципиальной разницы между исламистским экстремизмом, левацко-политкорректным либерализмом и секуляризмом в крайних формах, что ныне практикует французское государство. Для решения действительно острой и давно назревшей проблемы Франция прибегает к тем же методам максимально грубой промывки мозгов, что и исламисты, правда, шансов, что они сработают, у нее куда меньше.

В свое время Европа подарила миру удивительную — потому что работающую — концепцию свободы, которая выражена в популярнейшей формуле, согласно которой свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого.
Существуют разные интерпретации этой мысли, но все они так или иначе сводятся к тому, что даже самое свободное общество предполагает определенные ограничения для каждого своего члена.

На практике это вылилось в то, что система западной демократии в своем классическом виде воспринимает маргинальными и неприемлемыми любые крайние и непримиримые в своей крайности точки зрения — будь то правые, левые, красные, белые или серо-буро-малиновые. А общественный и политический консенсус в такой системе делает ставку на компромисс и взаимоуважение, в том числе уважение к чужим убеждениям, верованиям и ценностям.

Нет никакого противоречия в том, чтобы, борясь с религиозным экстремизмом, не допускать и уж тем более не пропагандировать в государственных школах вакханалию воинствующего безбожия, целенаправленно оскорбляющего верующих. Точно также государство может стоять на страже неприкосновенности частной жизни человека вне зависимости от его сексуальной ориентации, но при этом жестко блокировать любые попытки проникновения нетрадиционных сексуальных практик в общественную жизнь, будь то гей-парады или пропаганда гомосексуализма среди несовершеннолетних.
Одно другому никак не противоречит.

Но, похоже, Запад просто забыл об этом. И можно быть уверенным, что взятая им ныне на вооружение концепция, подталкивающая людей к радикализации, а общество — к непримиримости и углублению раскола, даст свои фатальные плоды.

273

Назад, к бедности: Всемирный банк грустит, Китай полон оптимизма

165
(обновлено 14:19 18.10.2020)
По данным Всемирного банка, обратно в нищету по итогам 2020 года будут отброшены 88-115 миллионов человек. И вернуться к исходной, вчерашней точке удастся разве что лет за десять.

Самый, наверное, обсуждаемый сейчас повсюду международный документ — это сообщение Всемирного банка о том, что в 2020 году мир резко обеднел и с этим надо что-то делать, пишет колумнист РИА Новости Дмитрий Косырев. Документ, и особенно итоговый призыв, явно обращен к предстоящей ежегодной встрече "Группы двадцати" (лидеров ведущих экономик мира), но в нем масса фактов, интересных также всем и каждому.

И самый эффектный факт в том, что мы, то есть мир, очень хорошо жили в последние два-три десятилетия, но мало кто это замечал: к хорошему привыкаешь. С начала 1990-х годов доля людей в мире, живущих за чертой абсолютной бедности (1,9 доллара в день), снизилась с 35 до 8,4%: фантастический успех, прежде всего благодаря Китаю, где разбогатели около 700 миллионов. На начало года "экстремально бедных" оставалось только 9,2% населения планеты, или 689 миллионов человек. Говорили о том, что к 2030 году будет полная победа — мир без нищеты.

И вот, сообщает нам ВБ, пришел 2020-й — и кривая на графике впервые надломилась. Обратно в нищету по итогам года будут отброшены 88-115 миллионов человек. И вернуться к исходной, вчерашней точке удастся разве что лет за десять (если повезет).

Причины банк обозначает так: сочетание военных конфликтов, перемен климата и пандемии. Важнее всего последний фактор. Здесь надо смотреть на детали: раньше типичный супербедный был жителем какой-то отдаленной деревни в Африке южнее Сахары. Сейчас больше всего пострадали совсем другие страны — "среднего дохода", где будет теперь помещаться до 82% только что обедневших.

Это прежде всего Индия, Бангладеш, Нигерия и прочие. Портрет отброшенных сегодня в нищету такой: это скорее городские жители, работали в "неформальном секторе" и на каких-то производствах, "на которые более всего оказали влияние локдауны и ограничения в перемещении". Индия, напомним, известна наиболее длительными и жесткими карантинами из всех прочих стран мира. Всего, получается у банка, на грани выживания в ближайшее время окажется в 150 раз больше людей, чем умерло от самой пандемии.

Все в целом по масштабу напоминает потери, которые мир обычно несет после какой-нибудь мировой войны. Собственно, множеством экспертов уже было сказано, что Третья мировая давно идет, просто она ведется новыми методами — без боевых действий как таковых (не считая региональных конфликтов). Это война ценностей и подходов к глобальному и местному управлению, неразрывно слитая с борьбой разных лобби и отраслей экономики за то, кто из них будет дальше диктовать людям, как им теперь следует жить.

Резкий рост крайней бедности — только часть такого процесса, можно было бы вспомнить обеднение среднего класса в относительно небольшой группе западных стран, называющих себя развитыми. Или очень странную кампанию по заселению Европы или США мигрантами под разговоры о "врожденном расизме белого человека". Или прочие кампании, направленные на уничтожение нормальной жизни обществ. Раньше такая перезагрузка всей системы происходила по итогам массовых боевых действий (пир победителей), сейчас обходится без них.

Беспрецедентность происходящего наводит на мысли, что призывы ВБ "что-то сделать" с рывком бедности не каждый в сегодняшнем мире услышит — не до того. Ну хотя бы США — кто-то еще думает, что Америка с ее нынешними проблемами способна улучшать мир? Хотя министры финансов G20 очень серьезно отнеслись к идее продлить мораторий на обслуживание внешнего долга наименее развитых стран еще и на 2021 год. Но это капля в море проблем.

Единственная из великих держав, делающая оптимистические заявления насчет способности человечества успешно и дружно пройти через нынешнюю черную полосу, — это Китай. Например, идея построить "процветающий, чистый и красивый мир" достаточно типична для китайских внешнеполитических заявлений (в данном случае речь об инициативах по части экологически дружественных технологий). Но Пекину удается в лучшем случае декларативно обозначить направление, в котором он хотел бы идти вместе с партнерами. Или возглавить движение, хотя лидерство — такая штука, которую нужно предлагать очень аккуратно.

А вот если речь о практических и результативных действиях, то с этим сложнее. На минувшей неделе Китай, например, провел акцию в ООН — инициировал совместное заявление 26 стран в Третьем комитете (по социальным и гуманитарным проблемам). Двадцать шесть (включая Россию) — это страны, против которых вводили санкции США с союзниками, хотя список неполный. Мысль заявления проста: санкции надо немедленно снять. Поскольку они всегда ухудшают положение населения стран, против которых вводятся. И нынешний момент — тот самый случай, когда с санкциями пора распрощаться.

Но всем же понятно, что никто ничего снимать сейчас не будет, сколько бы ни было "новых бедных". В конце концов, что там Третий комитет — 23 марта к тому же призывала комиссар ООН по правам человека, а 26 марта — Генеральный секретарь ООН. А потом и вся Генассамблея большинством голосов.

Да это уже, видимо, и физически невозможно — снимать санкции. Журнал The Atlantic насчитывает 7967 штук санкций США против каких угодно стран, правда, по состоянию на май 2019 года. А с тех пор добавились (в этом октябре) санкции, например, против 18 иранских банков, то есть, по сути, против тех, кто с ними будет иметь дело. И еще много других. Основания — да никому уже они давно не интересны. И как — с чисто технической точки зрения — можно отменить всю эту кучу документов, которые и перечислить-то не одного дня дело?
Обычно по итогам мировых войн все подобное старье разом сметают в прошлое. Но Третья мировая еще явно не закончена, так что и противостояние санкциям, и связанная с ним борьба с внезапно обострившейся бедностью еще не скоро завершатся.

165
ДТП в селе Хашупсе

Водитель груженого лесовоза погиб в ДТП в Гагрском районе

1274
(обновлено 23:38 24.10.2020)
Информация о дорожно-транспортном происшествии в селе Хашупсе поступила в МЧС около в 18 часов 24 октября.

СУХУМ, 24 окт - Sputnik. Водитель лесовоза погиб в селе Хашупсе Гагрского района, сообщает пресс-служба министерства по чрезвычайным ситуациям на своей странице в Facebook.

Информация о происшествии поступила в МЧС примерно в 18 часов.

По предварительным данным спасателей, водитель грузового автомобиля Энвер Патхвария, 1966 года рождения, не справился с управлением на проселочной дороге, и груженый автомобиль опрокинулся. Патхвария погиб на месте, сообщает ведомство.

К моменту прибытия сотрудников МЧС на место происшествия, погибший был извлечен из грузовика очевидцами и доставлен в медучреждение Гагры.

1274