Россия научит Китай жить под вечными санкциями

177
(обновлено 19:43 18.07.2020)
Посол США в Китае Терри Брандстад на этой неделе был вызван в Министерство иностранных дел Китайской народной республики.

Китайские дипломаты посчитали необходимым провести жесткий разговор с американским посланником после того, как Дональд Трамп подписал закон о новой серии антикитайских санкций, пишет колумнист РИА Новости Иван Данилов.

Как подчеркнул китайский МИД в своем коммюнике, которое цитирует France 24, действия Вашингтона интерпретируются как "грубое вмешательство во внутренние дела Китая и серьезное нарушение международного права и основных норм международных отношений".

Реакция Белого дома оказалась ожидаемой, и уже в пятницу флагман американской финансовой прессы The Wall Street Journal сообщила о том, что внутри администрации президента США уже идут дискуссии о расширении санкционной войны с Китаем.

Создается впечатление, что в своих отношениях с КНР Трамп руководствуется очень простой логикой: чем громче представители официального Пекина протестуют из-за каких-то американских шагов, тем активнее Белый дом работает над введением большего количества аналогичных мер.

Увидев столь яркую реакцию на "санкционный билль" по поводу Гонконга, команда Трампа сейчас (по крайней мере, по информации The Wall Street Journal) рассматривает такие варианты, как введение тотального запрета на посещение США для членов Коммунистической партии Китая, а также введение личных санкций (включая заморозку активов) против высшего руководства КНР.

Точечные личные санкции, в том случае если они будут сопровождаться (как это и предполагает недавно принятый "санкционный билль") вторичными санкциями против банков и компаний, с которыми работают высокопоставленные китайские чиновники, вызвавшие гнев Трампа, могут создать колоссальные проблемы для китайских финансовых структур, которые рискуют потерять доступ к долларовой системе и мировым финансовым рынкам, многие из которых намертво завязаны с американской финансовой системой.

Более того, превращение высокопоставленных китайских руководителей в "токсичных клиентов", отношения с которыми китайские банки или другие компании будут вынуждены скрывать, — это жест, рассчитанный на унижение достоинства пекинской политической и экономической элиты, который она не сможет оставить без достойного ответа, однако его придется скроить так, чтобы не пострадала сама китайская экономика.

Массовый запрет на получение виз для членов китайской компартии — это тоже серьезная угроза, ибо она отрежет доступ к США как для китайских чиновников (а западные СМИ периодически сообщают о том, что дети некоторых китайских политиков учатся именно в США), так и для многих китайских бизнесменов и ученых, что сильно осложнит любые формы экономического сотрудничества.

На этом фоне решение Великобритании все-таки ввести запрет на использование техники китайской компании Huawei в британских сетях 5G придает вашингтонским усилиям по "наказанию Китая" дополнительный импульс, ибо у "вашингтонских ястребов", настроенных на конфронтацию с Пекином, вероятно, возникает ощущение, что все идет очень хорошо, а дальше будет только лучше.

Надо думать, во время предстоящего визита в Данию госсекретарь Помпео попробует развить британский успех и продвинуться в двух ключевых "санкционных темах": в блокировании "Северного потока — 2" и в тотальном общеевропейском запрете на сотрудничество с Huawei.

И вот в этом контексте невольно возникает вопрос о том, осознают ли наши китайские партнеры всю серьезность ситуации и понимают ли они, что США не остановятся и что Вашингтон сейчас живет с железной уверенностью в том, что он может вести и выиграть санкционные и экономические войны одновременно сразу на нескольких фронтах: с Россией, с Китаем и, если понадобится, даже с Европой.

Судя по тону пекинских СМИ и по той аналитике, которую они публикуют, такое осознание, безусловно, есть.

Ведущие азиатские СМИ, включая японское информационное агентство Nikkei и влиятельное гонконгское издание South China Morning Post, обратили внимание на программную статью бывшего заместителя руководителя отдела внешних связей КПК, а ныне авторитетного исследователя международных финансовых отношений Джоу Ли (Zhou Li).

South China Morning Post осторожно суммирует тезисы программного текста следующим образом: "Бывший высокопоставленный китайский дипломат предупредил, что Китай должен готовиться к полномасштабной эскалации борьбы с Соединенными Штатами и готовиться к постепенному отсоединению китайского юаня от доллара США на фоне продолжающейся деградации отношений между двумя крупнейшими экономиками мира".

Японское агентство Nikkei менее сдержанно и отмечает, что прогноз китайского дипломата напоминает "апокалиптический сценарий" и, вероятно, это вызвано тем, что в тексте прямо перечислены болевые точки, по которым США будут пытаться бить Китай, а также те объективные сложности, которые ждут Пекин в ближайшем будущем.

Nikkei составил список того, к чему граждан КНР призывают приготовиться. В него входят "ухудшение китайско-американских отношений и полная эскалация конфликта между США и КНР", "сокращение внешнего спроса и нарушение цепочек поставок", а также необходимость жить в "новой нормальности", в которой придется "сосуществовать с новой пандемией коронавируса в течение длительного времени".

Более того, предполагается постепенный отрыв юаневой монетарной системы от доллара. Помимо всего прочего, предполагается необходимость приготовиться к "вспышке глобального продовольственного кризиса" и "возрождению международного терроризма".

Стоит отметить, что все вышеперечисленное может показаться "апокалиптическим сценарием" только журналисту, который привык жить в каком-то другом мире, надежно защищенном от превратностей судьбы и геополитических катаклизмов.

В реальном мире финансовый кризис, санкции США, эпидемия или мировой продовольственный кризис — это то, что рано или поздно произойдет с любой страной, и подготовиться к ним нужно заранее. И если прочитать список рисков, к которым нужно готовиться Китаю, глазами российского аналитика, то можно с удовлетворением констатировать, что мы уже много лет как раз к ним и готовимся.

Дедолларизация у нас прошла "добровольно-принудительно" еще в 2014-2015 годах, продовольственная безопасность обеспечена на высоком уровне с помощью антисанкций и программ развития сельского хозяйства, а уж активную конфронтацию с США мы точно переживем — по большому счету, Россия к ней уже привыкла и даже может поделиться успешным опытом работы в условиях американских санкций.

Чем больше стран пройдет через аналогичный опыт, тем быстрее на планете можно будет выстроить систему, в которой не США кого-то пытаются изолировать и наказать, а сами будут находиться в изоляции — и будут тем самым наказаны за слишком активное использование своей санкционной дубинки.

177

Президент РФ В. Путин принимает участие в заседании Высшего Евразийского экономического совета

Не надо придумывать "пиррову победу" Лукашенко

6
(обновлено 19:06 10.08.2020)
Александр Лукашенко выиграл свои шестые президентские выборы — но его противники в стране и за рубежом не хотят признавать его победы.

Штаб Светланы Тихановской, занявшей второе место с десятью процентами голосов, заявил, что, по их данным, у них 70 процентов, а премьер Польши Матеуш Моравецкий предложил провести чрезвычайный саммит Европейского союза, посвященный ситуации в Белоруссии:

"Польша несет ответственность за своих ближайших соседей… После президентских выборов в Белоруссии, которые состоялись 9 августа 2020 года, власти использовали силу против своих граждан, которые добиваются перемен в стране. Мы должны солидарно поддержать белорусов в их стремлении к свободе".

Подобные заявления не были неожиданностью — еще до выборов было понятно, что радикальная оппозиция не признает итогов голосования и заявит о фальсификации, а Запад снова осудит "последнего диктатора Европы", пишет Петр Акопов для РИА Новости. Неожиданностью стало то, что о нелегитимности Лукашенко стала говорить часть русского общества — и не только либералы, всегда выступавшие как против белорусского президента, так и против союза с Белоруссией, но и часть патриотов, после истории с задержанием 33 россиян посчитавшая Лукашенко предателем и поверившая в то, что белорусский народ хочет смены власти. Откуда это наваждение?

У Лукашенко действительно есть оппозиция в Белоруссии — как есть она и у Владимира Путина в России. Если спросить сторонников Навального, сколько людей поддерживают Путина, ответ будет едва ли не таким же, какой дают сторонники Тихановской: три процента. Именно таким был, по их мнению, рейтинг Лукашенко — поэтому его 80 процентов вызвали громкое возмущение.

Путинские поправки к Конституции тоже не могли поддержать 78 процентов — это же понятно каждому "нормальному человеку"!

Радикальные оппозиционеры живут в своем выдуманном мире, в котором только их взгляды и мнение имеют значение. Убеждать их в том, что у Лукашенко есть массовая поддержка избирателей, не имеет никакого смысла — они хотят, чтобы он ушел, и все остальное не имеет значения. Мы — народ, говорят протестующие. Ну хорошо — а остальные тогда кто? Именно из-за такого отношения к мнению большинства, кстати, во многом и получился столь большой процент голосов за Лукашенко — молчаливое большинство увидело, что его вообще не принимают в расчет, его игнорируют, осознало, что меньшинство готово любым путем устроить смену власти в Белоруссии. И тогда это большинство активно пошло на выборы — чтобы сказать свое слово.

И не позволить устроить в Белоруссии "майдан" — хотя понятно, что Лукашенко и так не допустил бы ничего, подобного украинскому сценарию. Да, для "майдана" не было столь серьезных оснований, как на Украине, — но все равно усилия по раскачке ситуации в этот раз предпринимались достаточно серьезные.

Начавшиеся в ночь после выборов волнения в Минске и других городах должны были закончиться кровью — но она не пролилась, и теперь ставка будет сделана на продолжение протестов и попытку организовать забастовку. Но Лукашенко не хочет и не будет проливать кровь — жертвы нужны только его врагам, надеющимся на жертвенной крови запустить майданный сценарий. Для него есть западная (особенно польская) поддержка, некоторое количество сторонников — но нет главного: нет раскола ни в обществе, ни во власти. Авторитарная власть Лукашенко выстроена более чем прочно — а само белорусское общество не разделено (по типу украинского) и не хочет никаких потрясений. Десять процентов за Тихановскую и 4,6 процента против всех — вот и весь протестный потенциал. Причем те, кто против всех, явно не поддержат Тихановскую, то есть массовые акции неповиновения. А десять процентов проголосовавших за Тихановскую тоже распределены неровным слоем — понятно, что в Минске процент значительно выше. Но и среди них совсем немного откровенных радикалов — то есть тех, кто готов будет поиграть в "майдан". Опыт соседней Украины многому научил даже оппозиционно настроенных белорусов.

Наличие небольшого оппозиционного меньшинства на самом деле не представляет никакой угрозы ни власти Лукашенко, ни стабильности республики — опасны лишь попытки представить это меньшинство большинством. То есть сыграть в "майдан" — восставший народ против диктатора-узурпатора. То, что в Белоруссии нет ни диктатора (Лукашенко на порядок популярней любого своего противника), ни восставшего народа, не имеет для постановщиков никакого значения — нужна лишь правильная атмосфера (в СМИ и блогосфере), правильная картинка и правильная подача. В Белоруссии это не срабатывает на внутреннем уровне? Но остается еще внешний — можно устроить сильнейшее внешнее давление, попытаться загнать страну и ее власти в угол, очутившись в котором они начнут хаотично отбиваться и наделают массу ошибок. Подобные сценарии присутствовали в разных цветных революциях, как успешных, так и провальных, — пробовали их применять и против России.

Но Россия, несмотря на все последствия развала Союза, — сильная, потенциально самодостаточная и обладающая огромной исторической памятью держава. Белоруссия — лишь осколок исторической России, случайно ставший независимым. Но попавший в крепкие руки Лукашенко — который даже в самые тяжелые для России (и единства постсоветского пространства) 90-е годы не забывал о нашей общности и братстве. Естественно, что в Белоруссии, как и во всех осколках СССР, наши геополитические противники пытались вести работу по воспитанию западно ориентированной элиты, по превращению временного развала исторической России в постоянный, прочно зацементированный. Лукашенко не поощрял русофобию — но в маленькой и вынужденной быть независимой стране неизбежно возникали как исторические мифы (обосновывающие независимость), так и центробежные настроения. Мы не Россия, мы Европа — конечно, не в украинских масштабах, но для десятимиллионной республики много ли надо?

При всей маргинальности подобных настроений их потенциальную опасность нельзя преуменьшать. Причем опасны они как для будущего русского единства, так и для независимого (на какой-то исторический период) белорусского государства. Если каким-либо образом в будущем прозападные силы смогли бы прийти к власти в Белоруссии, это стало бы катастрофой и для самих белорусов.

Маленькую страну превратили бы не просто в геополитический придаток Запада — она стала бы сателлитом Польши и частью заградительного кордона против России. То есть с ней попытались бы сделать то же самое, что сейчас пытаются сделать с Украиной.

Даже теоретическая возможность такого сценария должна быть исключена — России предстоит еще долгая и напряженная борьба за вывод Украины из-под западного влияния, за ее возвращение на общую историческую дорогу русского народа.

Несправедливо обвинять Лукашенко в том, что он не хочет полного объединения с Россией в одно государство: его историческая функция была в другом — в сохранении двух Россий, Большой и Белой, вместе, рядом, в поддержании действительно братских отношений. Объяснять это тем, что "Белоруссии просто некуда было деваться от Москвы", нечестно и неправильно — желающих увести от России любой осколок СССР было предостаточно. Личный выбор Лукашенко совпадал с желанием белорусского народа — но это не уменьшает его заслуг перед нашей общей русской историей. Сетования на то, что Россия не подготовила в Белоруссии какие-то другие "пророссийские силы" и теперь обречена поддерживать "предателя Лукашенко, от которого устал собственный народ", — от лукавого. Никакого краха Лукашенко или его ухода на Запад никогда не произойдет — убеждать в этом российское общественное мнение могут только недалекие люди или сознательные провокаторы. Но ни те, ни другие не определяют политику России в отношении братской Белоруссии.

Главным же уроком этих выборов для самого Лукашенко должно стать понимание того, что очень важно не поддаваться на провокации не только на улицах Минска, но и против белорусско-российских отношений. Братских не на словах — а на деле.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

6

Трамп выводит войска из Германии во благо США и всего мира

19
Министр обороны США Марк Эспер заявил, что предстоящий вывод войск из Германии укладывается в стратегию сдерживания России.

Положение у главы ведомства хуже губернаторского, поскольку в его распоряжении один-единственный аргумент в подкрепление заявляемой позиции, пишет Ирина Алкснис для РИА Новости. Если смотреть формально, Соединенные Штаты на самом деле "передвинут больше войск дальше на восток, ближе к российским границам". Беда в том, что при внимательном рассмотрении этот тезис рассыпается в прах, обнажая весьма неудобную для американцев изнанку происходящего.

Германию покинут почти 12 тысяч военнослужащих. Вот только большая их часть — 6,4 тысячи человек — вернется домой в США. Остальные будут перераспределены по другим европейским странам, включая Италию и Бельгию. А под бок Москве — в Польшу — будет направлена только тысяча военных.

Не слишком впечатляющая математика в поддержку слов Эспера. Да иной она просто и не может быть, поскольку коллизия вокруг американского контингента в ФРГ имеет весьма отдаленное отношение к противостоянию между НАТО и Россией.

Еще в июне 2018 года Washington Post рассказала о проводимом Пентагоном анализе стоимости и последствий крупномасштабной передислокации войск в Европе. Газета утверждала, что Трамп высказывал заинтересованность в данной идее в начале того же года. Причем мотивы президента США были связаны исключительно с недовольством союзниками по НАТО, отказывающимися раскошелиться на оборону. В первую очередь это касалось именно Берлина, который много лет упорно уклоняется от поднятия своих военных расходов до двух процентов от ВВП, как того требует устав Североатлантического альянса.

Год назад тема вновь проявилась в публичном пространстве. Тогда посол США в Германии Ричард Гренелл прямо заявил о готовности его страны вывести часть своего военного контингента из ФРГ в Польшу, поскольку "оскорбительно ожидать, что американский налогоплательщик дальше будет платить за более чем 50 тысяч американцев в Германии, тогда как немцы используют свой профицит торгового баланса на внутренние цели".

Самую бурную — и прямо-таки восторженную — реакцию это заявление вызвало в Польше. Весь прошедший год польские политики и СМИ сладострастно мечтали о том, что именно их страна вместо ФРГ станет основным местом сосредоточения американских военных сил в Европе. Дело дошло до обсуждения перспектив передислокации ядерного оружия. Правда, надо отметить, что эти разговоры возникли не на пустом месте, а были спровоцированными опять же штатовскими официальными лицами, допустившими подобное развитие событий.

В общем, если очистить факты от шелухи политических заявлений, планов и ожиданий, то суть происходящего проста.

Соединенные Штаты на протяжении многих лет пытались принудить Германию, как одну из крупнейших экономик мира, кардинально увеличить свои военные расходы, поскольку в случае успеха большая часть средств потекла бы за океан. Со стороны американцев в ход шли угрозы, давление и шантаж. Однако все их усилия оказались безрезультатны: Вашингтону так и не удалось сдвинуть немецкие власти с занятой позиции.

Судя по всему, Дональду Трампу наконец надоело происходящее, так что теперь министр обороны страны и другие официальные лица обеспечивают операцию прикрытия принятому главой государства решению о выводе военных из Германии, чтобы Соединенные Штаты не казались совсем уж проигравшими в этой ситуации.

А именно так они выглядят.

Добиться от немцев желаемого не смогли. Дополнительных вложений в собственную экономику не принесли. Военный контингент в Европе будет сокращен — и это на фоне наращивающей свое влияние и мощь России. Вывод войск как наказание Германии выглядит слабовато: ФРГ действительно потеряет рабочие места и определенные средства, которые зарабатывает на обслуживании военной инфраструктуры, но эти потери не сравнимы с теми, что были бы, если бы страна согласилась на требования Вашингтона.

В общем, дополнительная тысяча военнослужащих в Польше — единственное, что позволяет Штатам сохранять лицо и заявлять о сохранении курса на сдерживание России.

Пожалуй, самым интересным во всей этой истории является вопрос, а зачем Трамп все-таки принял решение о выводе контингента из ФРГ. В конце концов, ему ничто не мешало и дальше тянуть кота за хвост, а негативных последствий, глядишь, было бы меньше.

Представляется, что разгадку стоит искать в личности американского президента и в целях, которые он ставит перед собой как национальный лидер.

При всей своей эксцентричности Дональд Трамп на самом деле ориентирован на решение накопившихся у США системных проблем, в том числе радикальными мерами. Среди прочего Соединенные Штаты попали в ловушку, где в прямое противоречие вступили их экономические интересы и реноме мировой сверхдержавы.

По существу недовольство президента вполне справедливо: мало того, что Америка взяла на себя оборонные функции для Европы, так она еще и платит за это преимущественно сама, поскольку самые крупные и богатые экономики Старого Света удобно устроились на ее шее.

Без сомнения, тут свою роль играет то, что никто из них, включая Германию, явно не верит в реальность военной угрозы для себя со стороны России. Так что если американцам угодно продолжать военно-политические забавы с Москвой, то Европа готова подыграть старшему партнеру по НАТО, но платить за свои амбиции Вашингтон должен сам.

Статус же США, как глобальной сверхдержавы, является для большей части американских элит самоценностью, ради которой не грех вливать любые деньги. В том числе в заведомо провальные проекты.

Вот только Дональду Трампу подобная позиция не близка. Он неоднократно и открыто заявлял, что мировое лидерство обязано приносить конкретные выгоды Соединенным Штатам и их экономике. Если же этого не происходит, то сверхдержавность — бесполезная и дорогостоящая глупость, а затрачиваемые на ее поддержку ресурсы лучше перенаправить в более значимые сферы.

Решение о выводе части контингента из Германии стало очередным примером того, что в принципиальных вопросах слова Трампа не расходятся с делом.

Осознав, что добиться от Берлина изменения позиции не удастся, он подошел к делу как бизнесмен и запустил процесс сокращения издержек. Передислокация военнослужащих сама по себе потребует от Штатов значительных затрат, но в любом случае это выгоднее, чем на протяжении многих лет продолжать платить за их пребывание в ФРГ. Поэтому можно уверенно говорить, что решение Дональда Трампа эффективно с экономической точки зрения и соответствует национальным интересам США.

Параллельно оно, конечно, продолжает демонтаж глобальной гегемонии Соединенных Штатов, открыто демонстрируя их слабость, неспособность и дальше тянуть весь груз взятых на себе финансовых обязательств. А вот это уже соответствует интересам всего мира.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

19