Президент РФ В. Путин принимает участие в заседании Высшего Евразийского экономического совета

Не надо придумывать "пиррову победу" Лукашенко

2392
(обновлено 19:06 10.08.2020)
Александр Лукашенко выиграл свои шестые президентские выборы — но его противники в стране и за рубежом не хотят признавать его победы.

Штаб Светланы Тихановской, занявшей второе место с десятью процентами голосов, заявил, что, по их данным, у них 70 процентов, а премьер Польши Матеуш Моравецкий предложил провести чрезвычайный саммит Европейского союза, посвященный ситуации в Белоруссии:

"Польша несет ответственность за своих ближайших соседей… После президентских выборов в Белоруссии, которые состоялись 9 августа 2020 года, власти использовали силу против своих граждан, которые добиваются перемен в стране. Мы должны солидарно поддержать белорусов в их стремлении к свободе".

Подобные заявления не были неожиданностью — еще до выборов было понятно, что радикальная оппозиция не признает итогов голосования и заявит о фальсификации, а Запад снова осудит "последнего диктатора Европы", пишет Петр Акопов для РИА Новости. Неожиданностью стало то, что о нелегитимности Лукашенко стала говорить часть русского общества — и не только либералы, всегда выступавшие как против белорусского президента, так и против союза с Белоруссией, но и часть патриотов, после истории с задержанием 33 россиян посчитавшая Лукашенко предателем и поверившая в то, что белорусский народ хочет смены власти. Откуда это наваждение?

У Лукашенко действительно есть оппозиция в Белоруссии — как есть она и у Владимира Путина в России. Если спросить сторонников Навального, сколько людей поддерживают Путина, ответ будет едва ли не таким же, какой дают сторонники Тихановской: три процента. Именно таким был, по их мнению, рейтинг Лукашенко — поэтому его 80 процентов вызвали громкое возмущение.

Путинские поправки к Конституции тоже не могли поддержать 78 процентов — это же понятно каждому "нормальному человеку"!

Радикальные оппозиционеры живут в своем выдуманном мире, в котором только их взгляды и мнение имеют значение. Убеждать их в том, что у Лукашенко есть массовая поддержка избирателей, не имеет никакого смысла — они хотят, чтобы он ушел, и все остальное не имеет значения. Мы — народ, говорят протестующие. Ну хорошо — а остальные тогда кто? Именно из-за такого отношения к мнению большинства, кстати, во многом и получился столь большой процент голосов за Лукашенко — молчаливое большинство увидело, что его вообще не принимают в расчет, его игнорируют, осознало, что меньшинство готово любым путем устроить смену власти в Белоруссии. И тогда это большинство активно пошло на выборы — чтобы сказать свое слово.

И не позволить устроить в Белоруссии "майдан" — хотя понятно, что Лукашенко и так не допустил бы ничего, подобного украинскому сценарию. Да, для "майдана" не было столь серьезных оснований, как на Украине, — но все равно усилия по раскачке ситуации в этот раз предпринимались достаточно серьезные.

Начавшиеся в ночь после выборов волнения в Минске и других городах должны были закончиться кровью — но она не пролилась, и теперь ставка будет сделана на продолжение протестов и попытку организовать забастовку. Но Лукашенко не хочет и не будет проливать кровь — жертвы нужны только его врагам, надеющимся на жертвенной крови запустить майданный сценарий. Для него есть западная (особенно польская) поддержка, некоторое количество сторонников — но нет главного: нет раскола ни в обществе, ни во власти. Авторитарная власть Лукашенко выстроена более чем прочно — а само белорусское общество не разделено (по типу украинского) и не хочет никаких потрясений. Десять процентов за Тихановскую и 4,6 процента против всех — вот и весь протестный потенциал. Причем те, кто против всех, явно не поддержат Тихановскую, то есть массовые акции неповиновения. А десять процентов проголосовавших за Тихановскую тоже распределены неровным слоем — понятно, что в Минске процент значительно выше. Но и среди них совсем немного откровенных радикалов — то есть тех, кто готов будет поиграть в "майдан". Опыт соседней Украины многому научил даже оппозиционно настроенных белорусов.

Наличие небольшого оппозиционного меньшинства на самом деле не представляет никакой угрозы ни власти Лукашенко, ни стабильности республики — опасны лишь попытки представить это меньшинство большинством. То есть сыграть в "майдан" — восставший народ против диктатора-узурпатора. То, что в Белоруссии нет ни диктатора (Лукашенко на порядок популярней любого своего противника), ни восставшего народа, не имеет для постановщиков никакого значения — нужна лишь правильная атмосфера (в СМИ и блогосфере), правильная картинка и правильная подача. В Белоруссии это не срабатывает на внутреннем уровне? Но остается еще внешний — можно устроить сильнейшее внешнее давление, попытаться загнать страну и ее власти в угол, очутившись в котором они начнут хаотично отбиваться и наделают массу ошибок. Подобные сценарии присутствовали в разных цветных революциях, как успешных, так и провальных, — пробовали их применять и против России.

Но Россия, несмотря на все последствия развала Союза, — сильная, потенциально самодостаточная и обладающая огромной исторической памятью держава. Белоруссия — лишь осколок исторической России, случайно ставший независимым. Но попавший в крепкие руки Лукашенко — который даже в самые тяжелые для России (и единства постсоветского пространства) 90-е годы не забывал о нашей общности и братстве. Естественно, что в Белоруссии, как и во всех осколках СССР, наши геополитические противники пытались вести работу по воспитанию западно ориентированной элиты, по превращению временного развала исторической России в постоянный, прочно зацементированный. Лукашенко не поощрял русофобию — но в маленькой и вынужденной быть независимой стране неизбежно возникали как исторические мифы (обосновывающие независимость), так и центробежные настроения. Мы не Россия, мы Европа — конечно, не в украинских масштабах, но для десятимиллионной республики много ли надо?

При всей маргинальности подобных настроений их потенциальную опасность нельзя преуменьшать. Причем опасны они как для будущего русского единства, так и для независимого (на какой-то исторический период) белорусского государства. Если каким-либо образом в будущем прозападные силы смогли бы прийти к власти в Белоруссии, это стало бы катастрофой и для самих белорусов.

Маленькую страну превратили бы не просто в геополитический придаток Запада — она стала бы сателлитом Польши и частью заградительного кордона против России. То есть с ней попытались бы сделать то же самое, что сейчас пытаются сделать с Украиной.

Даже теоретическая возможность такого сценария должна быть исключена — России предстоит еще долгая и напряженная борьба за вывод Украины из-под западного влияния, за ее возвращение на общую историческую дорогу русского народа.

Несправедливо обвинять Лукашенко в том, что он не хочет полного объединения с Россией в одно государство: его историческая функция была в другом — в сохранении двух Россий, Большой и Белой, вместе, рядом, в поддержании действительно братских отношений. Объяснять это тем, что "Белоруссии просто некуда было деваться от Москвы", нечестно и неправильно — желающих увести от России любой осколок СССР было предостаточно. Личный выбор Лукашенко совпадал с желанием белорусского народа — но это не уменьшает его заслуг перед нашей общей русской историей. Сетования на то, что Россия не подготовила в Белоруссии какие-то другие "пророссийские силы" и теперь обречена поддерживать "предателя Лукашенко, от которого устал собственный народ", — от лукавого. Никакого краха Лукашенко или его ухода на Запад никогда не произойдет — убеждать в этом российское общественное мнение могут только недалекие люди или сознательные провокаторы. Но ни те, ни другие не определяют политику России в отношении братской Белоруссии.

Главным же уроком этих выборов для самого Лукашенко должно стать понимание того, что очень важно не поддаваться на провокации не только на улицах Минска, но и против белорусско-российских отношений. Братских не на словах — а на деле.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

2392

Мужчина идет через раздвижную дверь со звездами Европейского Союза, архивное фото

Европа пытается спасти отношения с Россией и свое будущее

75
(обновлено 08:34 27.01.2021)
На днях Италия заявила о своей готовности рассмотреть санкции против России из-за дела Алексея Навального.

Чуть раньше идею "действенных санкций" против Москвы поддержали Франция, Польша, Чехия и так далее. Кроме того, чехи вызвали к себе в МИД российского посла в Праге, пишет Ирина Алкснис для РИА Новости. 

© Foto / Администрация президента Аргентины

Вот только воодушевленный запал обернулся ничем, когда по итогам совещания министров иностранных дел стран ЕС глава европейской дипломатии Жозеп Боррель сообщил, что конкретных предложений о новых антироссийских мерах не поступило.

Объяснить произошедший казус попытался глава МИД Словакии. По его словам, "Евросоюз намерен доказать, что не хочет бесконечно опираться лишь на политику санкций", плюс он хочет "дать место справедливому судебному процессу (в отношении блогера. — Прим. ред.)". Также Иван Корчок напомнил, что через десять дней, 5 февраля, Жозеп Боррель летит в Москву на встречу с Сергеем Лавровым, где, по уверениям словацкого политика, данная тема должна стать основной.

В общем, если переводить дипломатическую витиеватость на общепонятный язык, получается, что Европейский cоюз просто дал задний ход в текущем обострении с Москвой.

Однако приведенные аргументы в пользу данного шага выглядят, мягко говоря, неубедительно. За семь — уже семь (!) — лет противостояния с Россией Европа (как и Запад в целом) ни разу столь явно не притормаживала, внезапно делая жест доброй воли в адрес Москвы. Да и сами санкции давно уже превратились в пустой ритуал, когда продлеваются старые рестрикции, вводятся новые — и это особо не влияет ни на двухсторонние отношения, ни на реализуемые совместные проекты.

Закономерно возникает вопрос: что на самом деле стоит за неожиданным шагом ЕС?

Ответ стоит искать в несмягчающейся позиции Москвы в отношении Европы из-за всей этой истории.

Ключевой особенностью комбинации с Навальным является то, что ее инициировала и разыграла Германия при активной поддержке Евросоюза.

Начиная с 2016-2017 годов западное единство по вопросу антироссийской политики стало во многом формальным, где ЕС просто следовал в фарватере, задаваемом США и Великобританией. Именно Вашингтон и Лондон были организаторами самых грязных операций против нашей страны. Европа же совершала минимально необходимые жесты для поддержания видимости трансатлантической солидарности, по существу же взяв курс на восстановление сотрудничества с Россией.

Можно обсуждать и спорить, какие именно цели преследовал Берлин, запустив поразительную дичь об отравлении блогера "Новичком". Однако уже очевидно, что среди них не было намерения торпедировать сотрудничество с Москвой. То, как ФРГ при поддержке Брюсселя прямо сейчас ложится костьми, чтобы достроить и запустить "Северный поток — 2", свидетельствует об этом однозначно.

Скорее всего, немцы просто решили использовать наработанные англичанами и американцами на деле Скрипаля, "химатаке" в сирийской Думе и прочих "преступлениях Кремля" приемы для решения каких-то текущих внешнеполитических задач — и, видимо, не ожидали по-настоящему масштабных последствий своих действий.

И для них стала сюрпризом очень резкая реакция Москвы. Что странно, поскольку таковая была легко предсказуема.

США и Британия являются просто геополитическими противниками России, с которой их не связывает стратегическое партнерство. Именно поэтому Вашингтон и Лондон ограничены в своей русофобии исключительно полетом фантазии.

Но для Европы — а для Германии особенно — сотрудничество с Россией жизненно важно, причем его значение возрастает не по дням, а по часам. И в подобном раскладе они устроили вокруг Навального собственный парк развлечений с блек-джеком и девушками низкой социальной ответственности. И, кажется, искренне удивились, что Москва пришла из-за этого в ледяную ярость — в которой пребывает до сих пор.

Ситуация усугубляется тем, что с приходом в Белый дом новой администрации Западная Европа вступила в сложный и опасный этап избавления от заокеанского контроля. Вот только из-за истории с Навальным у нее теперь возникли серьезные проблемы в отношениях с Россией, которая ранее неизменно поддерживала — и на словах и на деле — курс на геополитическую независимость ЕС. Без помощи Москвы шансы на успех данного предприятия выглядят куда менее привлекательно, а процесс обещает быть намного более трудным и дорогостоящим.

Неудивительно, что самой актуальной задачей для Западной Европы как локомотива ЕС стало восстановление отношений с Россией. Плюс желательно избежать потери лица — а это не так просто, учитывая раскрученный ей самой размах скандала.

Последние решения Брюсселя нацелены на решение именно этих задач: тема новых санкций отложена под благовидным предлогом на неопределенный срок, а главный евродипломат едет в Москву в надежде сгладить проблемы и договориться.

Но надо помнить, что заварил кашу в первую очередь Берлин. Так что ему тоже стоит приготовиться внести лепту в данный процесс.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции. 

75

Первый итог политики Байдена: в Канаде обсуждают санкции против США

76
(обновлено 09:28 26.01.2021)
Keystone XL – это 3,5 тысячи километров нефтепровода, который должен качать до 800 тысяч баррелей нефти в день из канадской провинции Альберта на нефтеперерабатывающие предприятия США на берегу Мексиканского залива.

В ходе избирательной кампании Джо Байдена американские демократы не раз обещали "наказать" Россию (неважно, за что) и одновременно осуждали Дональда Трампа за то, что тот проводил политику отчуждения ближайших союзников США. Однако в первые же минуты правления 46-го президента США болезненная оплеуха нанесена самому близкому во всех смыслах этого слова союзнику — Канаде. Одним из документов, подписанных Байденом буквально сразу после инаугурации, стал исполнительный указ об отзыве разрешения на строительство нефтепровода Keystone XL. Росчерком пера нанесен сокрушительный удар по канадским экономическим интересам, пишет Владимир Корнилов для РИА Новости.

Многострадальный проект Keystone действительно мог бы стать краеугольным камнем (как и переводится его название) для канадской экономики. Родившись еще в 2005 году, он с трудом пробивался через многочисленные бюрократические препоны в Канаде и в США, а также столкнулся с яростным сопротивлением защитников окружающей среды. Согласно задумке, Keystone XL — это 3,5 тысячи километров нефтепровода, который должен качать до 800 тысяч баррелей нефти в день из канадской провинции Альберта на нефтеперерабатывающие предприятия США на берегу Мексиканского залива, в первую очередь в Техасе. По заявлению самого предприятия, данный проект должен был создать или же поддержать около 60 тысяч рабочих мест (42 тысячи в США и 17 тысяч в Канаде).

О важности этого нефтепровода для экономики Канады и ее финансового сектора свидетельствует тот факт, что значительная часть акций собственника проекта принадлежит основным банкам страны (включая крупнейший Royal Bank of Canada) и ряду пенсионных фондов. А с некоторых пор к нему напрямую подключилось правительство Альберты, которое уже вложило туда 1,5 миллиарда долларов плюс выделило кредитных гарантий на шесть миллиардов. И это все — в условиях жесточайшей экономии и сокращения региональных расходов на образование.

Неслучайно в 2013 году тогда еще начинающий политик Джастин Трюдо на встрече с представителями нефтяного бизнеса назвал Keystone "одним из наиболее важных инфраструктурных проектов нашего поколения", пообещав бороться за его реализацию до конца в случае победы его партии на выборах. Критикуя тогдашнего премьера страны Стивена Харпера за невнятную позицию по отстаиванию проекта, Трюдо заявил нефтегазовым воротилам: "Вам нужно правительство, а не чирлидер". Можно себе представить, какой силы удар нанес Байден по Канаде своей подписью.

С одной стороны, нового президента нельзя упрекнуть в непоследовательности. Демократы со своей "зеленой повесткой" изначально выступали против Keystone. В 2015 году президент Барак Обама указом приостановил действие разрешения на прокладку нефтепровода по американской территории. Причем одним из основных лоббистов такого шага выступал именно вице-президент Джо Байден.

Конечно, демократы всегда обосновывали свою позицию исключительно необходимостью защищать экологию. Но партийные интересы в принятии данного решения играют далеко не последнюю роль. Дело в том, что одним из основных бенефициаров от нефтепровода станет бизнес-империя, созданная братьями Кох — главными спонсорами Республиканской партии. Так что, уничтожая этот проект, Обама и Байден лишали своих политических оппонентов значительной финансовой поддержки. Конечно, этот мотив демократическая пресса США старается особо не выпячивать.

Байден в ходе своей предвыборной кампании не скрывал, что намерен "убить" Keystone XL, отменив разрешение на его строительство, подписанное Дональдом Трампом в январе 2017 года (то есть буквально сразу поле вступления в должность президента США). Обещание запрета строительства нефтепровода стало одним из краеугольных камней программы кандидата от демократов с весны прошлого года. И, кстати, тогда же премьер-министр Канады Трюдо торжественно поклялся, что будет жестко сопротивляться любому американскому правительству в случае отказа от строительства нефтяной магистрали.

Так что решение Байдена было ожидаемым и вполне соответствует его предвыборной программе. Но тут мы подходим к другой стороне этого конфликта — к тому, как это решение было преподнесено миру и в первую очередь самой Канаде, главному стратегическому партнеру США. Ведь никто Байдена не торопил, не требовал от него подписания данного указа в первый же час пребывания в Овальном зале. У него достаточно времени для того, чтобы соблюсти формальную вежливость и хотя бы ради галочки провести консультации с Оттавой по чувствительному для той вопросу. Но нет, Канаду сначала уведомили об убийстве столь важного бизнес-проекта, и только спустя пару дней новый президент США совершил звонок главе канадского правительства. А Трюдо вместо обещанного им "яростного сопротивления" вынужден теперь делать примирительные заявления: мол, нас с американцами больше объединяет, чем разъединяет.

А ведь еще одним важным обещанием Байдена в области внешней политики был отказ от пренебрежительного поведения его предшественника в отношении ближайших союзников США. Будучи кандидатом в президенты, ставленник демократов осудил такой подход и поклялся восстановить дружеские отношения с партнерами, выделяя в первую очередь именно Канаду. Но, как свидетельствует его подпись под указом о прекращении строительства Keystone, политические и экономические интересы соседей нового президента США интересуют не больше, чем они интересовали Трампа. Не говоря уже об игнорировании элементарных правил вежливости в отношении даже союзников.
Именно на это, на полное пренебрежение интересами партнеров, указывает сейчас взбешенный премьер-министр Альберты Джейсон Кенни, для которого похороны стратегического нефтепровода являются ужасной катастрофой. Он уже призывает правительство своей страны к принятию жестких ответных мер и даже к введению экономических санкций против США. Причем его возмущение разделяют и главы региональных правительств других канадских провинций.

Кроме того, своим указом Байден вновь демонстрирует миру полную недоговороспособность Соединенных Штатов. Если раньше все знали, что от смены администраций в Белом доме не зависит основной курс внешней политики, то волюнтаристские действия Трампа и Байдена подтверждают абсолютную бесполезность каких бы то ни было долгосрочных соглашений, подписываемых с Вашингтоном. Можно по-разному оценивать мотивы решения Байдена по судьбе Keystone. Но даже Forbes признает этот шаг "опасным прецедентом", указывая на то, что миллиарды долларов, уже потраченные инвесторами нефтепровода, оказались выброшенными на ветер "из-за прихоти нового президента". Конечно, никто в США даже не заикнулся хотя бы о частичной компенсации потерь. Не барское это дело — отвечать за свои гарантии холопу, именуемому "стратегическим партнером".

Складывается впечатление, что Байден бьет своих, чтобы чужие боялись. В самом деле, если новая администрация действует настолько жестко относительно своего соседа, можно себе представить, насколько агрессивно она будет вести себя по отношению к тем странам, которые официально признаны конкурентами и противниками. В частности, к России и Китаю. И уж, казалось бы, теперь ни у кого не должно остаться сомнений в том, что война против проекта "Северный поток — 2", начатая при Трампе, будет только усилена. Опять-таки вопреки интересам европейских союзников США, которые Байден обещал уважать и защищать. На днях об этих интересах в который раз заявила Ангела Меркель. И в который раз эти заявления германского канцлера Вашингтон проигнорирует.

Но у запрета важнейшего инфраструктурного проекта, каковым является Keystone, есть и обратная сторона. Похоронив этот нефтепровод, Байден лишает США возможности отказаться от венесуэльской нефти и играет на руку другим нефтяным странам. Не случайно один из республиканских сенаторов охарактеризовал это решение как демонстрацию политики "Саудовская Аравия — первая".
Если 46-й президент начнет выполнять и дальнейшие свои обещания по отказу от нефтедобычи и запрету технологии фрекинга (гидравлического разрыва пластов) для добычи сланцевого газа, то Европа тем более осознает, что рассчитывать на замену российских энергоресурсов американскими не приходится. Даже несмотря на многочисленные заверения Вашингтона о том, что "демократический газ свободы" спасет европейцев от "российской зависимости".

Пример с Keystone наглядно демонстрирует европейцам, чего стоят договоры с американцами и их обещания. Так что из катастрофических проблем, созданных Байденом для Канады, Россия в конечном итоге даже может извлечь и свои выгоды.

76

Шесть пациентов с COVID-19 скончались в Абхазии

1250
(обновлено 00:10 28.01.2021)
Диагноз коронавирусная инфекция подтвержден у 54 человек из 543 протестированных за сутки в Абхазии. 

СУХУМ, 27 янв - Sputnik. Шесть пациентов с коронавирусной инфекцией скончались в Абхазии с 25 января, сообщает оперштаб по защите населения от COVID-19.

В Гудаутском госпитале 26 января скончались два пациента с диагнозом коронавирусная инфекция: мужчина 1931 года рождения и мужчина 1949 года рождения.

В Сухумской инфекционной больнице 26 января скончался пациент 1950 года рождения. Мужчина поступил в медучреждение в тяжелом состоянии с значительным повреждением легких и проходил лечение в течение месяца.

В российском военном госпитале в Сухуме скончались три пациента. Двое мужчин, 1946 и 1948 годов рождения, скончались 26 января. Мужчина, 1950 года рождения, умер 25 января.

На данный момент в Гудаутской ЦРБ находятся на стационарном лечении 118 человек, у 104 из них диагноз COVID-19 подтвержден. В тяжелом состоянии 34 человека, состояние здоровья 50 пациентов – средней степени тяжести.

В Сухумской инфекционной больнице 35 пациентов с COVID-19, в Очамчырской ЦРБ - 19, в Ткуарчалской ЦРБ - 15, в Гагрской ЦРБ - 29, в российском военном госпитале в Сухуме - 46 пациентов.

Общее число выявленных случаев коронавируса в Абхазии на сегодняшний день составляет 11355 человек. 167 летальных случаев. Выздоровели 9467 человек.

1250
Темы:
Ситуация с коронавирусом в Абхазии