Как заставить западные соцсети следовать российским законам

86
(обновлено 10:06 24.11.2020)
Было бы странно, если бы западные СМИ и особенно русскоязычные "голоса", принадлежащие государственным ресурсам, не стали разгонять страхи об инициативе российских законодателей относительно борьбы с цензурой в соцестях.

Вот как, к примеру, преподносит эту новость Русская служба британской BBC: "В России предложили блокировать соцсети, ограничивающие государственные СМИ. YouTube и "Твиттер" запретят?" То есть любой читатель этого заголовка должен понять: из-за каких-то проблем неких российских госмедиа мне, рядовому пользователю, могут запретить YouTube, из-за чего у меня пропадет подборка любимых песен или возможность смотреть привычные шоу.

Дальше всех пошел немецкий (опять-таки государственный) ресурс DW: оказывается, законопроект стал результатом "двухнедельной пятиминутки ненависти к YouTube" и вызван тем, что "Кремль выбивает у YouTube гарантии для своих СМИ". Задумка подобных заголовков более чем ясна и очевидна — вызвать недовольство российского читателя. Беда в том, что они сами по себе являются фейками.

Во-первых, законопроект, рассматриваемый в Госдуме, вовсе не о запрете или блокировке зарубежных сетей, а как раз наоборот — о намерении прекратить их цензуру в отношении российских пользователей. Во-вторых, речь идет о защите не только и не столько государственных СМИ России, но в первую очередь — о защите права на свободу слова для любого российского гражданина.

Один из авторов проекта сенатор Алексей Пушков прямо говорит по этому поводу: "Смысл и цель нового закона — не в блокировке зарубежных интернет-ресурсов, а в защите российских СМИ от цензуры и дискриминации со стороны зарубежных сетевых компаний. Это главное в законопроекте. Блокировка — не цель, а крайняя мера". Но западные "голоса", обсуждая законопроект в своих статьях, это объяснение старательно опускают, приводя мнение неких экспертов, которые в лучших традициях пропаганды абсолютно едины в своих выводах: мол, "цензура — это когда государство ограничивает свободу слова, частные платформы цензурой по определению заниматься не могут".

Конечно, такая вольная трактовка термина "цензура" давно уже не является актуальной. Термин "самоцензура" существует в любых СМИ (включая и частные) веками. Уже много лет в ходу и термин "интернет-цензура", который совершенно не связан с государственными блюстителями законности. В конце концов, сомневающимся экспертам достаточно заглянуть в указ президента США Дональда Трампа "О преодолении онлайн-цензуры". И они откроют для себя совершенно новый мир. Тот мир, в котором глава самого мощного государства пытается защититься от цензуры, которой лично он подвергается со стороны частных соцсетей. Странно, что наши западники в кои-то веки не берут в пример тот самый Запад в данном вопросе. Если уж американский президент вносит подобную законодательную инициативу, то почему российские депутаты не могут делать то же?

Уж кто-кто, а Трамп может многое рассказать — и наверняка еще не раз расскажет — о совершенно невообразимых ограничениях со стороны соцсетей, которым он подвергался только за последние несколько недель. Доходит до совершенно невероятных пометок на его постах. Например, заявления Трампа о мошенничестве на выборах "Твиттер" поначалу сопровождал комментариями о том, что "официальные источники по-другому оценивают эти выборы". У многих возник закономерный вопрос: а с каких это пор президент США перестал быть "официальным источником"? После чего "Твиттер" изменил пометки, начав писать о "многих источниках". Как будто бы источников, подтверждающих подозрения Трампа, мало.

Или чего стоит пометка "Это заявление о мошенничестве на выборах спорно" на ретвите президентом США сюжета Fox News, в котором перечисляются конкретные зафиксированные случаи участия в голосовании давно умерших избирателей. Хоть бы кто-то в "Твиттере" пояснил, что в этих доказанных фактах им показалось спорным. Но за них это сделал колумнист New York Times Кевин Рус (уж более чем спорные статьи этого флагмана антитрамповской пропаганды никто в соцсетях так не помечает), который объяснил, что те факты, которые он назвал "дезинформацией", на самом деле могут быть и правдивыми, что не мешает им быть "частью кампании дезинформации". И, вероятно, должны подвергаться цензуре. Чем социальные платформы активно и занимаются.

Думается, и любой активный российский пользователь соцсетей может привести немало примеров ограничений, которым подвергался лично он. Причем порой по совершенно необъяснимым или надуманным причинам. Таких случаев — мириады. Как правило, добиться справедливости от самих сетей невозможно. А попытки найти ее в российских судах обычно заканчиваются еще на стадии подачи заявления.

С этим, например, на днях столкнулся Александр Малькевич, глава Комиссии по развитию информационных сообществ, СМИ и массовых коммуникаций Общественной палаты России. Уже год он безуспешно добивается отмены совершенно необъяснимой блокировки его аккаунта в "Твиттере". В итоге, пользуясь аналогичным прецедентом, рассматривавшимся этим летом в Верховном суде России, Малькевич подал иск в Лефортовский суд Москвы с требованием прекратить нарушение своих прав компанией Twitter Inc. Но получил отказ в связи с "неподсудностью спора российскому суду".

Если уж публичные люди с таким статусом не могут защитить свою свободу слова в нашем суде, то что уж говорить о рядовых пользователях! Собственно, для того и вносится законопроект о борьбе с цензурой соцсетей и иных интернет-платформ — чтобы у наших судов появились основания для рассмотрения этих дел. Так что такой закон давно уже назрел и даже перезрел. Цель его — не блокировать доступ российского пользователя к подборке любимых песен на YouTube, а защитить его от такой блокировки со стороны самого YouTube. То есть речь идет не только об обеспечении свободы российских СМИ, но и в целом о "праве граждан Российской Федерации свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом".

Практика показала, что обращения к российским судебным органам и Роспотребнадзору в редких случаях все-таки могут привести к восстановлению доступа к нашим информационным ресурсам. Так было с фильмом "Беслан", так было с фильмом по делу MH17, который сайт Украина.ру вывесил на YouTube. Но в данных случаях интернет-ресурсы пошли на попятную скорее в связи с общественным резонансом, а не с законодательными требованиями.

Кстати, дело по MH17 — одно из наглядных подтверждений наличия двойных стандартов западных СМИ и соцсетей. Обратите внимание на недавние "разоблачения" голландско-российской группы журналистов, которые уже не один год проводят свое альтернативное расследование этой трагедии, не вписывающееся в официальную версию событий. Скандально известная группа Bellingcat совместно со своими российскими коллегами из Insider вывесила "расследование", в котором приводятся материалы (уж не беремся судить об их подлинности) якобы взлома электронной переписки и операторов мобильной связи непосредственно на территории России, что само по себе является преступлением. Авторы заявляют, что источник данных — некая "российская хактивистская группа".

И заметьте, ни одна соцсеть не заблокировала аккаунт Bellingcat, не пометила эту информацию как сомнительную, требующую проверки и тем более как фейковую. А вспомните, как еще несколько недель назад те же сети поясняли причину блокировки статей New York Post о данных ноутбука Хантера Байдена: мы, мол, запрещаем публиковать материалы, добытые хакерством. Это персональные данные Байдена нельзя публиковать, а данные российских граждан — вполне можно, вне зависимости от способа добычи этих данных. Конечно, это тоже должно стать предметом законодательного регулирования в нашей стране.

Или найдите хоть одну пометку "фейк" или "сомнительная информация" в YouTube или социальных сетях на недавней лжи Дмитрия Гордона, украинского "агента СБУ" (как заявил он сам), о том, что мэр Ялты Иван Имгрунт якобы умер после получения российской прививки от коронавируса. Гордон привел простой "источник" этой информации: "во всех соцсетях" так говорят. Но ведь, заметьте, ни одна из этих соцсетей не оспаривает откровенную ложь и не борется с ней, что также является лишним подтверждением ангажированной избирательности их политики цензуры. И таких примеров тоже уйма.

Нельзя заблуждаться: это осознанная политика, направленная против нас с вами. Антироссийская дезинформация и, наоборот, зачистка информационного пространства от неудобной для Запада правды составляют серьезную угрозу нашей безопасности и правам российских граждан. Недооценивать эту угрозу преступно. Бороться с ней необходимо сообща и на всех уровнях. И, конечно же, на законодательном.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

86

Осип Брик

Эпоха остранения: формальная история Осипа Брика

0
(обновлено 15:19 16.01.2021)
16 января день рождения Осипа Брика. Колумнист Sputnik Абхазия делится своими студенческими воспоминаниями об ОПОЯЗе и русском авангарде.

Осип Брик широким массам скорее известен благодаря его браку с музой авангарда, возлюбленной Владимира Маяковского, Лилей Брик. До поры до времени и со мной было так. Несколько лет назад, когда проходила русскую литературу ХХ века, впервые услышала о любовной истории Лили Брик и Владимира Маяковского, тогда же узнала о том, что Лиля была замужем за Осипом Бриком, но это не мешало ей жить вместе с любовником. Точнее Маяковскому не мешало жить под одной крышей вместе с супружеской парой.

Осип Брик, Лиля Брик и Владимир Маяковский
© Фото : wday
Осип Брик, Лиля Брик и Владимир Маяковский

Причем Осип Брик не ревновал свою жену, напротив, с уважением относился к третьему и даже помог ему опубликовать поэму "Облако в штанах".

Отношения Бриков и Маяковского были более чем странные, но не будем забывать, что в Серебряном веке любовные треугольники были в норме у писательской среды.

И вот после ошеломляющей истории личной жизни Осипа Брика мне пришлось надолго забыть о нем. Но потом опять случайно вспомнить. Во время одной лекции я услышала напрочь забытое имя. А упоминалось оно в связи с русскими формалистами, которые тесно связаны с нарратологией – новым явлением в литературоведении второй половины ХХ века.

Осип Брик был одним из организаторов ОПОЯЗа (Общество по изучению поэтического языка) – научное объединение формалистов и одно из главных движений русского авангарда, существовавшее с 1916 по 1925 годы.

Рождению формальной школы в России способствовала эпоха Серебряного века, которая реабилитировала эстетические категории и обособила литературные поля, то есть отделила его от политической и социальной сфер.

Формалисты вообще не любили говорить о себе, но одно бесспорно – слово для них, как и для очень многих теоретиков литературы ХХ века, становится очень важным моментом в понимании литературы.

Как отмечал писатель и теоретик авангарда Илья Зданевич в докладе – объяснений французам, что значит для русских слово, "когда Маринетти только намеревался начать пропаганду так называемых "освобожденных слов" и "неподконтрольного воображения", в России уже пользовались сдвигом и окончательно разрушили синтаксис языка".

Шкловский, Эйхенбаум, Брик

В начале века Виктор Шкловский пишет манифест ОПОЯЗа "Искусство как прием", который становится одним из наиболее знаковых и знаменитых работ не только в творчестве автора, но и в истории ОПОЯЗа. В ней Шкловский впервые сформулировал ключевые для русского формализма понятия – прием, остранение и автоматизация.

Виктор Шкловский
© Фото : liveinternet
Виктор Шкловский

Другой представитель ОПОЯЗа Борис Эйхенбаум пишет "Как сделана "Шинель" Гоголя". Статья становится одной из самых значительных документов Общества по изучению поэтического языка, она заняла место наряду с работами Проппа и Виноградова, которые стояли у истоков современной теории повествования. Эйхенбаум затрагивает проблемы взаимоотношения между литературным текстом, авторским сознанием и реальностью.

Борис Эйхенбаум
© Фото : studfiles
Борис Эйхенбаум

Хоть имя Осипа Брика сегодня не такое популярное, как имена Шкловского и Эйхенбаума, но его "Звуковые повторы" и "О ритмико-синтаксических фигурах", в которых литературовед развивает точку зрения динамического ритма, то есть ритма движения, отличного от архитектоники, открыли новую страницу в исследовании поэтического языка.

И это не последний вклад Брика в литературоведение. Он был издателем альманаха общества "Сборники по теории поэтического языка". Но стоит отметить, что работы Брика не развиваются наряду с работами других членов общества, а в начале 1919 года после его переезда в Москву он еще больше отдаляется от ОПОЯЗа. Затем он приходит в ЛЕФ как изгнанный формалист, сочувствующий остаткам футуризма, негласно позиционировавшего себя в ЛЕФе в качестве "конструктивиста-производственника".

С конца 1926 года Брик также активно работал в "Межрабпоме", возглавил сценарный отдел. А ОПОЯЗ свернул свою работу в 1925 году и, как это не печально, больше не возродился. На этой печальной ноте закончились мои скудные знания об обществе уже давно мертвых поэтов. Но несмотря на это, общество сделало невероятное в развитии повествовательного текста, благодаря чему сегодня даже такие дилетанты, как я, могут понимать или хотя бы попытаться понять романы "Улисс" Джойса или же "Школу для дураков" Саши Соколова и чувствовать себя хотя бы чуточку причастными к филологическому миру.

 

0

Новый 2021 год на постсоветском пространстве: Россия как миротворец

101
(обновлено 09:51 15.01.2021)
Алексей Токарев, старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО прогнозирует будущее постсоветских конфликтов и отношений России и ее соседей.

У аналитиков МГИМО есть традиция. Каждый год в январе мы с коллегами публикуем прогноз "Международные угрозы", в котором пытаемся описать ключевые тенденции в международных отношениях. Мы не работаем "вангами", которые рассказывают о точных биржевых котировках и ставят диагнозы по фотографиям. Этот коллективный труд направлен на описание будущего международной системы большими штрихами.

Нынешний прогноз, конечно, направлен на анализ постковидного мира. Хотя с приставкой "пост" мы поторопились. Подзаголовок доклада "Международные угрозы-2021" - "Геополитика после пандемии". Хотя никакого "после" еще не существует. Мы живем во "второй волне", в Великобритании новая версия COVID-19, ежесуточный график заболевших никак не стремится к нулю. Тем не менее, мы заглядываем в ближайшее будущее планеты, рационально понимая, что пандемия в конце концов закончится. В нынешней версии прогноза постсоветскому пространству уделено до обидного мало места. Хороший повод исправиться.

Лейтмотив 2021 года: государства нужно больше. В предыдущие годы глобализация стремилась отменить национальные суверенитеты. Но, во-первых, основную тяжесть борьбы с пандемией несут именно государственные институты, а не частные корпорации; наднациональные организации (ВОЗ, например) и вовсе поминаются теперь как бессильные.

Во-вторых, 2020 год не стал годом мира. Россия в разном качестве (посредник, миротворец, непосредственный участник) вовлечена в международные и внутренние конфликты в Сирии, Нагорном Карабахе, Донбассе, Приднестровье, Беларуси. Интенсивность этих конфликтов различается.

Неизменно одно: ведущая широчайшую международную деятельность страна не может запереться внутри национальных окраин, даже если мир закрывает границы.

Кавказ и Турция

У 2021 года есть хороший шанс стать годом прорыва в самом тяжелом постсоветском конфликте. Российские дипломатические усилия в Нагорном Карабахе, конечно, оценены в Армении меньше, чем в Азербайджане. Они словно поменялись местами по сравнению с 1994 годом.

Теперь армянское общество чувствует себя проигравшим. Это значит, что конфликт не урегулирован. И, несмотря на все политические заявления, он может быть эскалирован. С одной стороны, российские миротворцы между воюющими не первый год сторонами – надёжная гарантия мира. С другой, их мандат ограничен пятилетним сроком, который может быть продлен.

К тому же в регионе действует активный внешний игрок. Во главе Турции сильный и амбициозный лидер, стремящийся тюркский мир сделать турецким, умеющий лавировать и во внутренних (вспомним "военный мятеж" 2016 года), и во внешних кризисах (от прокси в Сирии и торговли нефтью с террористами до обострения отношений с Россией из-за сбитого Су-24 и постоянных перепалок с французским президентом). Членство в НАТО, сохраняющееся, несмотря на все открытые и непубличные противоречия с Европой и США, и стремление быть мировым лидером мусульман делают из Турции абсолютно реальную силу, с которой будут считаться все игроки на Кавказе.

Амбициозный лидер решает силой разрешить многолетний территориальный и этнический конфликт, игнорируя российских миротворцев и полагаясь на поддержку внешней силы – кейс из недавнего прошлого постсоветского пространства.

Вспомним – это всего лишь 2008 год. Словно в противовес такому сценарию президент Азербайджана 12 января в Москве на встрече с российским коллегой говорил об инфраструктурных и экономических прорывах. Восстановление железнодорожного сообщения по южной границе Азербайджана и Армении, проход ветки в Нахичевань, а оттуда в Турцию, подключение Еревана к этой трассе и связь Армении с Ираном и Россией – экономический успех для всех. Конечно, армяно-азербайджанские политические отношения не потеплеют, но экономика, необходимость строительства инфраструктуры и взаимного решения транспортных проблем могут отложить желание реванша у Еревана и развитие наступательных успехов у Баку.

И если Ильхам Алиев во внутренней политике почивает на заслуженных лаврах победителя, реинтегрировавшего земли, которые его страна и международное сообщество считают своими, то у его армянского визави большие проблемы. Внутриполитический кризис в Армении продолжится ввиду того, что рейтинг Никола Пашиняна после проигранной войны падает, но сколько-нибудь значимой общенациональной силы, способной взять у него власть, сейчас в стране нет. 17 оппозиционных партий тянут одеяло на себя и отказываются от досрочных выборов, пока Пашинян остаётся премьером. Те, кто в 2018 году с восторгами участвовал в стотысячных митингах в поддержку новой власти, теперь истово ненавидят её, обвиняя в поражении на фронте и потере части Нагорного Карабаха.

Пока Азербайджан будет продвигать внутренние программы восстановления возвращённых районов, армянская внутренняя политика в 2021 году будет рефлексировать на тему поражения и искать ответственных. Не просто обида или разочарование, а боль и гнев – то, что чувствует Армения в отношении своего политического класса.

Страна, долгие годы чувствовавшая себя победителем в региональном конфликте, проиграла и теперь обречена на долгую рефлексию и принятие нового статуса массовым сознанием.

Другие страны

Грузия и Молдавия в 2021 году будут объединены усилением внешнего влияния. Показательное событие 2020 года – подписание в резиденции американского посла в Тбилиси соглашения между властью и оппозицией. Времена, когда российские министры в качестве вежливых приглашенных арбитров успешно разрешали грузинские внутриполитические споры, давно прошли. Теперь кризисы внутренней политики регулируются де-юре на территории другого государства. На этом фоне заявление Бидзины Иванишвили о том, что он уходит на покой, не добавляет стабильности политической системе.

В публичной политике грузинский политический класс, конечно, продолжит списывать все собственные просчеты на козни "северного соседа". Разоблачительные публикации о том, как "Кремль управляет грузинскими политиками", продолжатся. И обществу будет навязываться многолетний стереотип: прямое участие западных политиков во внутренних делах – это благо; попытки России поддержать отдельных одномандатников – страшное зло.

Смена первого лица в Молдове усилит антироссийскую, прозападную, прорумынскую риторику. Нового президента Майю Санду можно сравнить с Николом Пашиняном. Бэкграунд западный, ценности тоже. Москва и ее нравы понимаются ими хуже, чем бюрократия и нетворкинг в Брюсселе и Вашингтоне. Как и Пашинян, Санду будет повторять ожидаемые пассажи о многовекторности и необходимости развивать отношения со всеми центрами силы. Отличие в объективных обстоятельствах географии. Пашиняну некуда присоединять Армению. А Санду вполне представляет унионистов – тех, кто не воспринимает молдавскую государственность, историю и язык как самостоятельные и хочет жить в объединенной Румынии.

По всем каналам официальная Москва будет транслировать новому молдавскому руководству простой тезис: военного решения приднестровской проблемы не существует, а сохранение Молдовы в пространстве русского мира, то есть с суверенной столицей в Кишиневе вместо Бухареста и с соблюдением прав русскоязычного большинства – постоянный национальный интерес России.

Торговле Приднестровья с ЕС через Молдову или расширению связей самой Молдовы с Европой Москва препятствовать не будет. В отношении страны есть четкие красные линии: риторика о необходимости вывести российский миротворческий контингент не нравится, но допускается, но любые реальные попытки противодействовать ему вопреки договоренностям в формате "5+2" не принесут мира.

Собственно, и здесь стоит напомнить кейс Михаила Саакашвили, поверившего части американских неоконов и потерявшего собственную страну.

Братья-славяне

Наконец, братья-славяне, которые в последние годы братству рады не всегда. В Беларуси Россия заинтересована в мирном транзите власти. С одной стороны, Москва понимает степень участия спецслужб Польши и Литвы в эскалации протестов после очередного избрания Александра Лукашенко. С другой, сложно было не заметить то, что делали силовики с мирными протестующими. Реальную кадровую помощь России несколькими автобусами бойцов ОМОНа в рамках Союзного государства (которая, замечу, не понадобилась) не следует рассматривать как индульгенцию при организации работы изолятора на Окрестина.

© Sputnik / Евгений Одиноков

Россия не заинтересована в том, чтобы настроить против себя поколения молодых белорусов. Плавная подготовка транзита в результате принятия новой конституции и, например, досрочных парламентских и президентских выборов, когда судьба страны решается не на улицах и в телеграм-каналах, а на избирательных участках с соблюдением конкурентных и открытых процедур, - тот сценарий, в котором заинтересована и Москва.

Для Украины 2021 год не станет прорывом. Конечно, "ястребы" и националисты воодушевлены победой Азербайджана при поддержке Турции. Военная тактика с первоначальным подавлением беспилотниками и артиллерией ПВО и живой силы обороняющихся и дальнейшим продвижением собственных сухопутных войск в условиях горной местности принесла успех. Поставки вооружений из США и Турции создают в Киеве иллюзию о необходимости "натиска на восток".

Но Донбасс похож на Приднестровье, как минимум, наличием сильного государства-патрона. Военного решения не будет. Несмотря на 450 млрд. гривен внешнего долга, спад промышленного производства, вечный риск украинской политики – угрозу отставки правительства, возможное невыполнение обязательств перед бюджетниками, Украина продолжит увеличивать военные расходы (сейчас – 6 % ВВП). Под медиавбросы о строительстве британской военно-морской базы в Николаеве и американской в Мариуполе украинские политики продолжат объяснять обществу, что во всех бедах виновата "имперская агрессия". Кроме того, усилится тренд на десуверенизацию Украины. Санкции против части украинских расследователей отношений компании Burisma и сына президента Байдена уже ввели.

2021 не станет для постсоветского  пространства годом мира. Пандемия  не закончилась, в США новая администрация, гораздо более идеологизированная, чем предыдущая, конфликты не разрешены, национальные правительства слабы, национальные суверенитеты под угрозой.

Желание заокеанских партнеров использовать постсоветское пространство как буфер между Европой и Россией, которую надо втягивать в новые и новые конфликты, не ослабевает. Но миротворческие усилия России в Карабахе, Приднестровье и Донбассе дают надежду на то, что хотя бы на этих территориях стрелять будут меньше.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

101

Один пациент с COVID-19 скончался в Гудаутской больнице

557
(обновлено 22:58 16.01.2021)
Диагноз коронавирусная инфекция подтвержден у 108 человек из 506 протестированных за сутки в Абхазии.

СУХУМ, 16 янв - Sputnik. Мужчина с диагнозом коронавирусная инфекция и двусторонняя полисегментарная пневмония скончался в Гудаутской больнице 14 января, сообщает оперштаб по защите населения от COVID-19.

На стационарном лечении в Гудаутской ЦРБ находятся 102 человека, у 90 из них диагноз COVID-19 подтвержден. В тяжелом состоянии 27 человек, состояние здоровья 40 пациентов – средней степени тяжести.

В Сухумской инфекционной больнице 36 пациентов с COVID-19, в Очамчырской ЦРБ - 26, в Ткуарчалской ЦРБ - 15, в Гагрской ЦРБ - 26, в российском военном госпитале в Сухуме - 57 пациентов.

Общее число выявленных случаев коронавируса в Абхазии на сегодняшний день составляет 10486 человек. 152 летальных случая. Выздоровели 8190 человек.

557
Темы:
Ситуация с коронавирусом в Абхазии