Час иноагента: чего они боятся

107
(обновлено 10:17 07.01.2021)
Поправки к законодательству об иноагентах-физлицах, приближающие российскую норму к американскому образцу, вызвали понятное недовольство администрации США, а равно и российской общественности.

Всякие препятствия самовыражению, в том числе и на иностранный кошт, неприятны. Особенно тем, кто помнит, какая вольница царила в этой сфере в святые 90-е. Теперь же зима холодная дохнула, пишет Максим Соколов для РИА Новости.

Но вникнем и в логику российского законодателя. Ф. Энгельс, прощаясь с К. Марксом, говорил в надгробной речи: "Маркс открыл закон развития человеческой истории: тот простой факт, что люди в первую очередь должны есть, пить, иметь жилище и одеваться, прежде чем быть в состоянии заниматься политикой, наукой, искусством, религией и так далее".

В связи с этим законом развития вызывают любопытство активисты-публицисты, которые не сеют и не пашут, а только без устали обличают роковую власть — и при этом вполне безбедно живут. Решено несколько упорядочить пользование иностранными субсидиями. А именно: прежде чем приступать к обличению, указать на источник пропитания. Укажите, а дальше свободно обличайте в хвост и в гриву.

Но проблема в том, что гранты — дело интимное. Получать их приятно и сладостно, но открыто рекомендоваться в качестве грантополучателя — значит рисковать, что слушатели вспомнят присловье "Wessen Brot man isst, dessen Lied man singt", то есть "Чей хлеб жуешь, того и песенку поешь". Эффективность обличений может быть уже не та.

Видя такое дело, представители общественности синхронно пошли в контратаку, демонстрируя, что и сами они нимало не боятся такой стигматизации, считая ее, напротив, почетным знаком и других призывая стигматизироваться. "Если ты не иноагент, то спроси себя — что с тобой не так?" Тем более что стигмат "Довольно быстро сотрется содержательно. Если большое количество людей в порядке поддержки третируемых возьмет себе за правило не лайкать их записи, но непременно делать репост, просто всякий раз на автомате — репост, получится, что присвоение человеку этого дурацкого лейбла будет автоматом усиливать его информационное присутствие".

Насчет того, что без звания иноагента нельзя будет показаться в приличном обществе, позволительно усомниться. В России многие фрондируют, а обычай, расстегнувшись после обеда, побранить правительство вообще очень распространен, причем издавна. Но то, что всякий вольнодумец теперь почувствует: "Без серпа и молота (то есть без стигматов грантоеда) не покажешься в свете. А в чем сегодня буду фигурять я на балу в координационном совете?" — такая уверенность представляется чрезмерной. Всякий Стива Облонский пожелает быть иноагентом? Гм-гм-гм…

Возможно, такая идея пришла в голову при чтении житий святых. В них довольно примеров тому, как некий язычник, увидев, как палачи терзают христиан (иноагентов), уверовал и сам пожелал подвергнуться таким же терзаниям.

Возможно, тут влияние истории нидерландской революции XVI века. Депутаты Соединенных Провинций были удостоены испанцами презрительной клички "гёзы" от нидерл. Geuzen, фр. Les Gueux (мн. ч.) — оборванцы, нищие, прощелыги. Выступавшие против испанской короны присвоили себе эту кличку, сделав ее почетным самоназванием.

© Sputnik / Алексей Майшев

Но, скорее всего, представители общественности мало знакомы как с житиями, так и с историей буржуазной революции XVI века. Более вероятен тут относительно недавний источник — легенда про датского короля Кристиана X.

Согласно легенде, когда немцы в 1943 году приказали датским евреям надеть желтые звезды (с прицелом дальнейшей депортации их в рейх на уничтожение), в час ежедневной конной прогулки по Копенгагену на генеральском мундире короля появилась желтая звезда Давида. Легенда легла в основу повести эмигранта Б. Хазанова "Час короля" (1976 год), а в российский фильм 2006 года "Андерсен. Жизнь без любви" был включен эпизод, показывающий, как король Кристиан едет по городу и вслед за ним весь Копенгаген нацепляет на себя желтые звезды.

К сожалению, все было не совсем так. В основу легенды было положено сослагательное наклонение. В 1941 году король действительно сказал: "Если евреев Дании заставят носить символ, что отличает их от других сограждан, все мы тоже будем носить этот символ". Но, во-первых, немцы не отдавали приказа, обязывающего евреев носить звезду Давида, во-вторых, в августе 1943 года, к которому приурочены легендарные события — тогда немцы ввели в Дании оккупационный режим по полной программе и решили вплотную заняться евреями, — "час короля" не мог состояться. Девятнадцатого октября 1942 года король при падении с коня тяжко расшибся и до конца дней своих оставался инвалидом, неспособным к конным и даже пешим прогулкам — хоть со звездой, хоть без.

Да и великодушие датчан, хоть и не поголовно нацепивших на себя желтые звезды, как гласит легенда, но массово участвовавших в эвакуации евреев через пролив в нейтральную Швецию, несколько подпорчено коммерческим характером эвакуации. Поездка в Швецию стоила годового заработка квалифицированного рабочего. Бесспорно, лучше отдать все, лишь бы оказаться по ту сторону пролива, нежели совершенно бесплатно поехать в Аушвиц. В других странах Европы даже и таких попыток массовой эвакуации не было, но и образцом праведности все это тоже не назовешь.

Возможно, по причине всего этого географическое бытование датской легенды своеобразно. Она бытовала и бытует в российско-советском интеллигентском мире, отчасти в англосаксонском, тогда как в самой Дании ее распространенность не замечена.

И уж совсем такие исторические экскурсы неприложимы к нынешней ситуации, если учесть национально-государственные соображения. Для нидерландцев XVI века и датчан XX века испанцы и немцы были иностранными захватчиками, а гёзы и евреи — своими. Тогда как иноагенты — это люди на иностранном коште. Дьявольская разница, между прочим.

Так что применить некрасовское "Мы слышим звуки одобренья не в сладком рокоте хвалы, а в диких криках озлобленья" к иноагентам вряд ли получится.

Как потому, что здесь не столько озлобление, сопровождающееся к тому же дикими криками, сколько достаточно хладнокровное презрение.

Так и потому, что легенда, даже красивая и трогательная, она все-таки легенда. Реальной программы успешного политического действия на ней не построишь. Можно, конечно, даже изобразить А. А. Навального в образе Хольгера Датчанина, спящего в подвалах замка Кронборг и в назначенный час имеющего пробудиться на погибель жуликам и ворам, но сокрушительную силу такая мифологема вряд ли будет иметь.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

107

Бывшая колония Запада требует вернуть оккупантов

84
(обновлено 16:42 31.07.2021)
Трудно представить более неуклюжее начало для дипломатического визита, чем у госсекретаря США Энтони Блинкена, впервые посетившего Индию.

Он первым делом провел разговор с "гражданским обществом", под которым в Америке подразумевают кого угодно в оппозиции к местной власти. Но даже эти оппозиционеры, как, впрочем, и принимавшие затем Блинкена высшие лидеры Индии, задавали — или держали в уме — главный для этой страны вопрос: зачем вы вывели войска из Афганистана, господин госсекретарь, пишет Дмитрий Косырев для РИА Новости.

Индийский взгляд на происходящее в мире всегда очень полезен, потому что уж слишком часто потом выясняется, что индийцы — со своего угла зрения — хорошо видят то, что другие поначалу считают пустяками. Внезапная пустота на том месте, где американские военнослужащие создавали иллюзию стабильности (а это и Афганистан, и Ирак) воспринимается в этой стране так, как если бы обрушилось небо. Но ведь небо не может упасть только над Индией, осколки заденут и еще кого-то, как минимум.

Российский взгляд на вещи понятен и остается таким давно: если в Афганистане всю территорию и всю власть захватит движение "Талибан"* (а это и происходит), то под угрозой — сначала страны Центральной Азии, а уже потом наши с ними границы. Однако это не главная для России проблема. Но вот как мыслит строго частное лицо — Ништа Каушики, профессор одного из индийских университетов, в газете, близкой к правящей в стране партии "Бхаратия джаната".

"Новое стратегическое сближение Пакистана, Китая и России уже происходит, и это окажет дестабилизирующее воздействие на страны Южной и Центральной Азии. При таком ходе событий Индии, возможно, придется пересмотреть все свои традиционные стратегии".

Сближение, о котором речь, — интересная штука. Несколько лет назад российская дипломатия начала очень аккуратно укреплять связи с Пакистаном, чему так же аккуратно помогал главный (на сегодняшний день) друг Пакистана — Китай. Сегодня эта долгосрочная инвестиция начинает приносить плоды. Движение "Талибан", как известно, имеет давние связи с пакистанцами, что помогает нынешней задаче Москвы и Пекина — попытаться договориться с талибами о минимальных правилах поведения в регионе. Например, о ненападении на соседние страны (к которым относится и Китай, и российские союзники в Азии) и в целом о недопустимости попыток экспорта джихадизма за пределы страны. При этом никто не питает к талибам особо нежной любви, хотя есть понимание, что это все-таки не "Исламское государство"*, а нечто чуть более приемлемое. Так же как приемлемым, для нас — по крайней мере, постепенно стал режим в Иране. Пакистан же во всей этой истории выступает посредником, гарантом, в общем, имеет свою выгоду, включая продолжение его участия в китайских планах создания инфраструктуры торговых путей через всю Евразию.

Индия тем временем не смогла урегулировать свою изначальную вражду с Пакистаном, который раньше натравливали на нее Штаты. Вдобавок отказалась участвовать в тех самых проектах Пекина. При этом фактический уход американцев из Пакистана и постепенное проникновение туда китайского влияния обострили неприязнь между Дели и Пекином. Пока президентом США был Дональд Трамп, нынешнее правительство Индии пыталось чуть-чуть сдвинуться в сторону Вашингтона, не превращаясь при этом в безвольный инструмент Америки по борьбе с Китаем. Но сейчас власть в Соединенных Штатах другая (вот и Блинкен сочувственно выслушивает всех недовольных внутренней политикой индийских властей), и — подлянка, сэр — Америка вообще оставляет надежды контролировать военным путем Ближний Восток и Центральную Азию. Сохраняет себе только задачу "сдерживать" Китай и в целом очень надеется, что Индия будет помогать в этой затее, вопреки своим экономическим и прочим интересам.

Кстати, одновременно с Блинкеном, поехавшим в Дели, в соседнюю Юго-Восточную Азию отправился министр обороны США Ллойд Остин. Причем объезжает он только те страны, где раньше мелькал хоть какой-то антикитайский настрой — Сингапур, Филиппины и Вьетнам.

И что теперь делать Индии? Упомянутый профессор дает фантазии карт-бланш. Надо заново обсуждать сложившуюся ситуацию с Россией, надо воздействовать на Пакистан через Иран (и снова подружиться с таковым, назло США), да хоть через Саудовскую Аравию, имеющую свой счет как к пакистанцам, так и к талибам. В общем, Пакистан надо разоблачать и изолировать. Но при этом не забывать о новых военных технологиях, включая искусственный интеллект, отражающие дроны, тактическое ядерное оружие и средства борьбы с подлодками.

То, что мы сейчас наблюдаем в этом регионе планеты, — хорошая иллюстрация к наступающему на нас миру почти без США (не говоря о том, что Европа тоже серьезным игроком в мировой политике выглядит все меньше).

Запад в целом и Америка в частности еще не ушли в себя полностью, они лишь оставляют пустоту в некоторых регионах типа Ближнего Востока и Центральной Азии. Они еще повыясняют отношения с Китаем, Россией или кем-то еще. Но в качестве предупреждения о том, каким может оказаться завтрашний мир, нарастающая пустота очень полезна.

Вспомним 2001 год (скоро "юбилей" сентябрьского гипертеракта бешеных исламистов в Нью-Йорке). Нам из Москвы тогда казалось, что логика двигает Запад и не-Запад к общим действиям против врагов цивилизации. Оказалось, что это только у нас была такая логика, а западники вместо того начали уничтожать свое общество — и сейчас заняты этим по уши.

Те же рефлексы проявились в ходе войны в Сирии: джихадизм — это пустяки. И вот получается, что теперь большие державы типа Индии ощущают себя временно одинокими перед той угрозой, которую Запад год за годом отметал в сторону как несущественную. Но это, повторим, только временно.

*Террористическая организация, запрещенная в России.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

84