Заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев

Невыученные уроки истории: колонка Дмитрия Медведева

143
Отношения России и США в последние годы фактически перешли от соперничества к конфронтации, по сути — вернулись в эпоху холодной войны. Что поможет гасить проблемы, когда ситуация накалена до предела?

"Избегание столкновения с большими силами свидетельствует
не о трусости, а о мудрости, ибо принесение себя в жертву
никогда и нигде не является преимуществом"
(Сунь Цзы. Искусство войны).

За последние годы отношения России и США фактически перешли от соперничества к конфронтации, по сути — вернулись в эпоху холодной войны, пишет в статье для РИА Новости заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев. Санкционное давление, угрозы, конфликтное противоборство, защита своих эгоистических интересов — все это ввергает мир в состояние перманентной нестабильности.

Когда отношения двух стран долгое время находятся в подобной ситуации, это и называется кризис. Такие кризисы являются очень благоприятной почвой для появления еще более острых периодов в отношениях — "кризиса кризисов". В подобной ситуации любой неверный шаг, отсутствие терпения, стратегического понимания веса каждого слова могут ввергнуть не только две отдельно взятые страны, но и весь мир в пучину тяжелейших проблем, поставив его перед угрозой прямого военного столкновения.

Подобное уже происходило в нашей общей истории. Правда, время было несколько иным, чем сейчас, а местом действия был Карибский бассейн, но суть происходящего была очень схожей.

Внешняя политика США того времени вынуждала нашу страну соответствующим образом реагировать. В конце 1950-х и начале 1960-х это проявлялось в размещении американских ракет в Турции, в Южном Вьетнаме, в Ливане. И в неуклюжей политике на Кубе, породившей революцию, а потом в попытке вернуть контроль над Островом свободы. И во многом другом.

Сегодня же это — антироссийские санкции, организованная кампания травли России, американская политика в отношении наших соседей, окончательный приход НАТО к нашим границам, противодействие "Северному потоку — 2", встревоженность реализацией нашей страной Северного морского пути, наконец, украинский вопрос и многое другое. Примеры такой политики проявляются ежедневно.

Россия сегодня, как и СССР в прошлом, всегда была в состоянии догоняющей Соединенные Штаты по уровню угроз оппоненту.

В начале 60-х ответом американцам стало развертывание СССР стратегического наступательного вооружения на Кубе. США, как известно, пошли на дальнейшую конфронтацию: стянули военные корабли, взяли остров в морскую блокаду и даже готовили полноценное вторжение. Этот кризис получил название Карибский. В его рамках есть два основных момента.

Первый. Долгосрочный ответ — это не только появление ракет у берегов Соединенных Штатов. Прежде всего это был показ и, что еще важнее, осознание западными странами инфраструктурных возможностей нашего государства по развертыванию в короткие сроки военных баз в любой точке мира.

Второй. Ситуация, находящаяся "в пяти минутах от войны", была спасена лидерами двух сверхдержав, сохранившими трезвость оценки ситуации, признавшими и принявшими мудрость компромисса, а следовательно — готовыми идти на уступки.

В какой-то момент лидеры общались напрямую, в какой-то — нет, но в любом случае между СССР и США был равноправный диалог, осуществляемый не через язык угроз и ультиматумов.

После разрешения Карибского кризиса за весь XX век не возникало ситуаций, когда две страны находились так близко от войны. Потому что обе усвоили урок: сотрудничество в разрешении международных проблем лучше конфронтации.

Но сегодня ситуация несколько иная: США скатились в нестабильную внешнюю политику. Это проявилось и в отказе от ядерной сделки с Ираном. В выходе из Договора по открытому небу и ряда других. А в настоящий момент — и в риторике нового президента.

Новая стратегическая реальность — нестабильность внешнеполитического курса Вашингтона — во многом вызвана как внутренними причинами, так и определенным падением авторитета США в качестве лидера западного мира.

Новая же тактика американской администрации: одной рукой сигнализировать о необходимости диалога, а другой — увеличивать давление. Она может говорить и о выполнении предвыборных обещаний демократов, и об отсутствии единства в выработке курса и принятия решений в новой команде, и об американском "миссионерстве". "Мы всегда правы, вы должны нас слушаться". А партнеры и оппоненты должны воспринимать такой курс как должное, причем с чувством благодарности за полученный "урок".

Призыв к диалогу мы услышали во время телефонного разговора двух президентов. И тут же началась жесткая риторика, введены новые антироссийские санкции, высылаются дипломаты, подписан указ о российской угрозе. Сюда же необходимо отнести искусственно усугубляющийся конфликт на востоке Украины, милитаристские заявления руководства США, переброску военной техники в наш регион. Проще говоря — обострение ситуации.

Очевидно, что СССР воспринимался США как равноправный соперник, с которым, без сомнения, необходимо считаться. Это было обусловлено военно-политическим паритетом сторон, для сохранения которого и была создана система международных организаций. И наличием двух военных блоков — стран НАТО и стран Варшавского договора.

Но после распада СССР паритет на какое-то время исчез. Соединенные Штаты, прожив полтора десятилетия в системе координат, когда ни одна другая страна мира не только не имела сопоставимой с ними мощи, но и не имела даже гипотетического права располагать подобной силой, просто-напросто отвыкли от равноправного диалога.

Новая администрация США, восстанавливая свое положение мирового правителя и защитника коллективного Запада (причем параллельно убеждая в этом самих себя), не имеет силы духа признать, что кто-то в мире может располагать инфраструктурными возможностями и военно-политическим потенциалом, сопоставимыми с ними. Например, Китай или Россия.

На повестке дня стоит вопрос: обретет ли сегодняшняя американская администрация мудрость компромисса, к которой пришли лидеры стран — участниц Карибского кризиса 60-х годов прошлого века?

И что поможет гасить проблемы, когда ситуация накалена до предела?

Таких моментов три.

Во-первых, осознание цены "рокового решения". Если ущерб от победы будет настолько большим, что поставит вопрос о дальнейшем существовании победителя, то это не победа.

Во-вторых, прямая связь. Это не просто телефон, по которому можно дозвониться, а возможность говорить откровенно и, что еще важнее, слышать своего собеседника. И понять его логику и аргументы.

И, в-третьих, самое важное. Не только понимание необходимости и возможности компромиссов, но и готовность идти на эти компромиссы. Готовность отказаться от языка ультиматумов и хамства, которые загоняют диалог под плинтус.

Именно поэтому риторика, заключающаяся в нехитрых словах "Россия заплатит цену", хоть и звучит очень по-американски, ведет прямо в тупик. Из этого тоннеля нет выхода. Эта мантра не даст просветления никому.

Мнение автора может не совпадать с позицие редакции.

143

Возвращение гипердержавы: кто и почему боится Китая

21
(обновлено 09:18 15.05.2021)
Жил-был американский политолог Мартин Жак, работал — среди прочего — в Кембриджском университете. Потом бросил это дело и уехал в Китай, сейчас трудится в университетах Цинхуа и Фуданьском (одних из пяти-шести лучших в стране и не последних в мире).

Пишет о китайской и западной политических системах. Написал очень эффектную статью о китайской механике госуправления в пекинском англоязычном издании Global Times. 

Кстати, это довольно типичное явление: отток мозгов с Запада в Китай наблюдается уже пару десятилетий, во всех профессиях — архитекторы, технари, музыканты и даже политологи. Отчего это происходит, рассуждает колумнист Дмитрий Косырев в материале для РИА Новости.

Сразу не скажешь: и деньги имеют значение, и возможность свободно выразить мысли, причем на английском, то есть для широкой аудитории — мысли, за которые в другом месте могут серьезно обидеть, не напечатать или подвергнуть "отмене", то есть бойкоту.

Именно так (то есть рискованно) выглядят основные идеи упомянутой статьи Жака, где он попросту объясняет, почему китайская политическая система эффективнее западной. Первое: то, что сегодня называется демократией (всеобщее голосование за конкурирующие партии и кандидатов) на самом Западе существует повсеместно разве что с 1945 года или около того, ранее системы были весьма смешанные, включая монархии, диктатуры и многое другое. Второе: то, что сегодня есть в Китае, насчитывает уже несколько тысяч лет, то есть показывает гораздо большую эффективность, чем текущая западная система, просто благодаря своей живучести.

В частности, эффективность эта выражается в способности управляющей системы относительно быстро и безболезненно провести необходимые перемены. Например, то, что Жак называет "переходом от Мао Цзэдуна к Дэн Сяопину", то есть, по сути, революцию, тотальную смену экономической системы и национальной идеологии. А политическая модель при этом остается, в принципе, та же самая, она и движет переменами. Жак замечает: сегодняшние западные системы, то есть демократия, не демонстрируют ни малейших признаков подобной гибкости перед лицом кризиса, охватившего Запад, — кризиса никак не меньшего, чем тот, что созрел в Китае к моменту смерти Мао в 1976 году.

И еще, продолжает он, мир не раз убеждался, что китайская модель управления государством — самая старая и успешная в мировой истории. Модель эта делала страну пять раз за два тысячелетия самой сильной и важной страной мира или одной из двух-трех самых важных.

Так было при династиях Хань, Тан, Сун, ранней Мин и ранней Цин. Потом очередная империя впадала в маразм, но возрождалась вместе с имперским политическим устройством (да, Мао и другие — тоже императоры, под иным титулом). А сейчас, говорит Жак, Китай — накануне того, чтобы повторить этот подвиг в шестой раз, в то время как вряд ли возвращение к прежним вершинам удастся британцам или США.

Самое интересное в этом комментарии то, что американский автор не сказал тут ничего нового и неизвестного. Цикличное возрождение китайской сверхдержавности — это известно студентам первого-второго курсов профильных вузов. Им известно также, что империя, устоявшись в своих примерно нынешних границах веку к VIII-X, никоим образом не пыталась затем завоевывать мир или даже часть его. Она просто занималась своими делами, оставаясь — на пиках своей мощи — самой потенциально сильной, неприступной и неуязвимой в мире просто в силу своего размера и богатства. Это даже не сверхдержава, как мы знаем по тем же британцам, или американцам, или даже римлянам: сверхдержавность — чисто временный феномен. А Китай — это уже какая-то перманентная гипердержава.

Тем не менее железная уверенность среднего западника состоит в том, что весь мир — и Китай тоже — должен усвоить именно демократию, то есть одну, общую для всех конкурентно-избирательную систему. А если этого не происходит, то, значит, налицо угроза.

И вроде бы что за проблема — ну, существует отработанная тысячелетиями китайской цивилизации система норм, правил, убеждений, которая у них там действует хорошо. Но что с того американцам или, допустим, России? Ведь ясно же, что у каждого свои традиции и свои исторические циклы, тоже повторяющиеся. Китайская система управления не имеет ни одного шанса в США или у нас. Да Китай за всю свою историю и не пытался, в отличие от Соединенных Штатов, эту систему кому-то навязывать. Другие — да, брали, заимствовали, не очень успешно.

И все равно западникам страшно. Вот еще одна публикация, из гонконгской South China Morning Post. Насчет того, почему для западников китайский проект "Один пояс, один путь" воспринимается именно как угроза.

Сто сорок стран мира прямо или косвенно участвуют в этом проекте, пишет гонконгский патриот Китая Алекс Ло. Это самые разные страны — европейские (Россия тоже), ближневосточные, африканские, латиноамериканские. Да, они создают новые торговые пути между собой. И не отнимают ни у кого старые пути. Но почему тогда последнее заседание министров иностранных дел "Группы семи" в Великобритании превратилось в сессию "избиения Китая" и почему крупнейшей инициативой этого заседания стал американский план создания ровно такой же, альтернативной китайской, инфраструктуры какой-то другой торговли?

А дело всего-то в особенностях мышления, или, как говорит Алекс, в "шоке осознания". В осознании того самого, что Китай в очередной раз в мировой истории возвращается к гипердержавности. Шок осознания — это как запуск первого советского спутника Земли в 1957 году, то есть демонстрация того, что у Запада может и не быть какой-то технологической монополии. Вот сейчас — такой же шок: Китай возвращается, а это значит…

И что, собственно, такого это значит? Хорошо, вы всем объясняли, что ваша демократия — единственно возможная, а выясняется, что сколько цивилизаций, столько и систем. Так и признайте очевидное, как это делает американский политолог, уехавший в Китай за свободой слова. Ведь вас никто не лишает ваших традиций и политмеханики, они остаются вашими. Вы думали, что правила мировой торговли можете диктовать только вы, но их, оказывается, можно вообще не диктовать, у вас свой "пояс и путь", у других стран — свой. И вот это у них называется шоком: мы не единственные в мире, там есть кто-то еще, всегда был и будет — ужас полный.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

21

Американская нация в опасности: военные пишут открытые письма

74
(обновлено 13:24 14.05.2021)
За акцией 124 генералов и адмиралов США очень многое стоит, если коротко — продолжающийся внутренний переворот, гибридная гражданская война одной половины страны против другой.

Вслед за Францией — США: одни американские военные пишут открытые декларации о том, что страна дошла до опасной точки, а другие их коллеги им отвечают, что так, как они, делать тоже не надо, пишет колумнист Дмитрий Косырев для РИА Новости.

В чем особенность "письма 124-х": не только в том, что оно высказывает очевидные для всех сомнения в умственной полноценности главнокомандующего, президента Джозефа Байдена. И даже не в том, что оно почти прямо говорит, что в стране произошел незаконный захват власти, с фальсификацией итогов выборов. Главное — военные полагают, что переворот продолжается, вся неустанная деятельность демократов "уничтожает республику", то есть демократию, то есть саму Америку как таковую.

А еще более важное — кто это пишет. Это практически все, кто в последние пару десятилетий был наверху военной касты самого сильного государства мира, ну, точнее, самого мускулистого (выигрывать войны эти мускулы не всегда помогали). Перед нами список имен, вызывающий уважение, — ведь и противников надо уважать.

Свежий факт состоит в том, что несколько действующих высших американских военнослужащих, которым задавали вопросы журналисты, обеспокоены резким тоном письма своих старших товарищей — отставников и тем, что те "распространяют дезинформацию". Но эти ответные высказывания пентагоновцев заранее находятся в тени очевидного факта, что человек на действительной службе — если уж ему надо что-то говорить — иначе и не может, он не так свободен в выражениях, как отставник, которого уже не уволить.

Хотя появившееся несколько недель назад похожее письмо отставников во Франции спровоцировало тамошние власти на порядочную мерзость и глупость: угрозу лишить множество подписавших его генералов и адмиралов званий, наград и пенсий. Неужели они это сделают? Но наш разговор — о США.

Дело в том, что за акцией 124 генералов и адмиралов очень многое стоит, если коротко — продолжающийся внутренний переворот, гибридная гражданская война одной половины страны против другой. Отставники перечисляют: контроль за населением, цензура. Этой ли Америке они служили десятилетиями?

Вообще-то, таких публикаций в стране сейчас множество. Самая, возможно, эффектная — из издания The American Thinker — рассказывает о том, как сначала (несколько лет назад) путчисты, то есть демократы, подмяли под себя разведывательное сообщество. Что мы и видим, по постоянно всплывавшим в нужный момент документам разведки о российском засилье во внутренней американской жизни.

Что касается вооруженных сил, то их несколько раз чистил еще Барак Обама, и в итоге некоторые опросы показывают, что среди военных поддержка демократов удовлетворительная. Что плохо согласуется с общеизвестной истиной — в США вооруженные люди чаще склоняются в сторону республиканцев.

А теперь на очереди другая силовая структура — полиция. Точнее, полная ее перестройка, прямое подчинение полиции нынешней администрации и будущим демократическим администрациям — чтобы никакие республиканцы не пришли уже к власти никогда. А раз так, то надо задавить сопротивление демократам в американской глубинке.

Автор напоминает: если считать выборные успехи Дональда Трампа даже не по штатам, а по графствам (районам), то получается, что Трамп завоевал 83% всех районов. Демократы надеются задавить глубинную Америку с помощью голосов громадных демократических избирательных баз типа Калифорнии или Чикаго — с их толпами неработающих и сидящих на пособиях.

Дело здесь в том, что полиция в США вся местная, подчиняется даже не столько штатам, сколько местным властям, в том числе с помощью института шерифов. Когда власть в стране в 1930-х годах начали захватывать мафиозные банды, воспользовавшиеся катастрофой под названием "сухой закон", пришлось сформировать единую федеральную структуру — ФБР, но и сегодня между федералами и местными существует тщательное разделение труда.

И вот сейчас на повестке дня стоят безумные идеи лишить полицию ассигнований, одновременно отобрав личное оружие у привыкших к нему граждан, и создать совершенно новую полицию, целиком управляемую из центра, который обречен всегда быть в руках реформаторов-путчистов-демократов.

Еще более актуальной эта задача становится в ситуации, когда республиканские штаты, та самая трамповская, глубинная Америка вовсе не сидит и не ждет разгрома — она активно и организованно сопротивляется, принимая скоординированно (между штатами) законы о патриотическом образовании и о многом другом. Кстати, нынешние пентагоновские деятели, критикующие своих старших товарищей, собственно, и намекают, что тех использует трамповская Америка в этой кампании сопротивления.

Здесь уместно упомянуть еще одну свежую американскую публикацию — о том, что Джо Байден был бы самым счастливым президентом в истории, если бы догадался просто ничего не делать, придя к власти. Наследие Трампа давало ему прочный экономический фундамент и население, более всего боявшееся продолжения погромов, скандалов, расправ с несогласными. Ему бы снять эти страхи и сидеть тихо — а он (точнее, те, кто за ним стоит) начал "поджигать страну со всех концов", в том числе намеренно разрушая, где это возможно, полицию на фоне невиданной волны преступности.

Возвращаясь к разговору о Франции: там повод для знаменитого письма отставников вроде бы и другой — речь прежде всего о поглощении культуры страны мигрантами и теми, кто их поддерживает. Хотя общее есть: ползучий глобалистский переворот по всему Западу попросту разрушает общества, любыми способами, и тут вдруг выясняется, что "человек с ружьем" может выступить и против этого разрушения: в конце концов, что он всю жизнь защищал — свою страну или что-то иное?

Наконец, в относительно похожих процессах в России в 1980-90-х годах за позицией тех или иных военных мы тоже следили внимательно. И они тоже писали открытые письма, хотя не так массово. Общий урок из того нашего прошлого, видимо, такой: к военным — своим и чужим, отставным и на действительной службе — надо относиться с уважением.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

74

Московский метрополитен: 86 лет со дня запуска первого поезда

0
(обновлено 17:54 15.05.2021)
15 мая 1935 году в столичной подземке отправился первый пассажирский поезд. Во время Великой Отечественной во время войны метро служило убежищем для горожан, они укрывались в нем от налетов.

Московский метрополитен в субботу, 15 мая, отмечает свое 86-летие, в честь праздника в Москве прошли метромарафон, парад поездов, запустили новый тематический поезд, также для москвичей и гостей столицы России прошли мастер-классы и выставки.

В частности метромарафон в рамках празднования подразумевает, что участники должны проехать все станции метро и Московского центрального кольца (272 станции) за один день. Прошлый рекорд марафона составил 16 часов и 22 минуты.

Уникальные исторические фото и современные кадры метро смотрите в фотоленте.

0
  • © Sputnik / Ivan Shagin

    Строители московского метро стали первыми его пассажирами. 1935 г.

  • © Sputnik

    Празднование 15-ой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции в Москве. Колонна московских метростроевцев направляется на Красную площадь.

  • © Sputnik / S. Solovyev

    Наземный вестибюль станции московского метрополитена "Университет" на проспекте Вернадского.

  • © Sputnik / Anton Denisov

    Наземный вестибюль станции московского метрополитена "Курская-кольцевая" открылся после ремонта.

  • © Sputnik

    Великая Отечественная война 1941-1945 гг. Женщины и дети во время бомбардировки скрываются на станции метро "Маяковская".

  • © Sputnik / Sergey Pyatakov

    Пассажиры на станции "Площадь Революции" московского метрополитена.

  • © Sputnik / Anatoly Garanin

    На станции метро "Сокольники" Московского метрополитена, 1948 год.

  • © Sputnik / Iliya Pitalev

    Сотрудница московского метрополитена на станции "Народное ополчение" Большой кольцевой линии.

  • © Sputnik / Sergey Pyatakov

    Карта прилегающей территории Москвы на станции "Кузнецкий мост" московского метрополитена.

  • © Sputnik / Pavel Bednyakov

    Поезда Московского метрополитена в электродепо "Замоскворецкое".

  • © Sputnik / Oleg Lastochkin

    На строительстве подземного тоннеля Бутовской линии Московского метро. Линия длиной 8,6 километра будет состоять из семи станций.

  • © Sputnik / David Sholomovich

    Академик АХ СССР, художник Павел Дмитриевич Корин за работой.

  • © Sputnik / Vladimir Pesnya

    Машинистка Мария Яковлева в головном вагоне поезда в электродепо "Фили" московского метрополитена. В январе 2021 года в московском метро запустили первые поезда под управлением женщин-машинистов.

  • © Sputnik / Maksim Blinov

    Пассажир у прибывающего поезда на станции "Деловой центр" Большой кольцевой линии (БКЛ) московского метрополитена. Участок "ЦСКА" - "Деловой центр" Большой кольцевой линии (БКЛ), открывшись на день раньше, стал вновь доступен для пассажиров.

  • © Sputnik / Alexander Lyskin

    Интерьер станции московского метрополитена "Маяковская".

  • © Sputnik / Anton Denisov

    Вестибюль станции "ЦСКА" Большой кольцевой линии (БКЛ) московского метрополитена.

  • © Sputnik / Sergey Pyatakov

    Девушка с ребенком на станции "Жулебино" Московского метрополитена.

  • © Sputnik / Vladimir Astapkovich

    Рабочий во время открытия станции метро "Ломоносовский проспект".