Русдрам

В режиме офлайн: РУСДРАМ готовится к премьере "Кровавой свадьбы"

582
(обновлено 11:26 17.05.2020)
Премьера спектакля по пьесе Федерико Гарсиа Лорки "Кровавая свадьба" планируется в Русском театре драмы имени Искандера 25 июня.

СУХУМ, 16 мая - Sputnik, Сария Кварацхелия. Русский театр драмы имени Искандера готовится к премьере спектакля по пьесе Федерико Гарсиа Лорки "Кровавая свадьба", рассказал корреспонденту Sputnik гендиректор театра Ираклий Хинтба.

По его словам, подготовка к этому спектаклю шла давно, еще до введения ограничительных мер из-за коронавируса. Премьеру планировали показать в апреле.

"Но карантин и ограничения, связанные с угрозой распространения коронавирусной инфекции, помешали нам осуществить эти планы. Театр до сих пор закрыт, не имеет возможности работать на зрителя, продавать билеты. К счастью, режиссер этого спектакля Мария Романова находится здесь, в Абхазии, и продолжает работу с нашими артистами", - сказал Хинтба.

Гендиректор РУСДРАМа уверен, "Кровавая свадьба" станет одним из самых тонких и прекрасных спектаклей театра.

"Потому что это Лорка, это высокая поэтизированная трагедия. История о человеческом духе, о красоте, о любви, о смерти. Это потрясающее произведение мировой литературы. В Абхазском театре, кстати, в 70-е годы был спектакль "Кровавая свадьба" в постановке Хуты Джопуа. Сейчас эта пьеса возвращается на театральные подмостки нашей страны", - отметил он.

В театре уже определились и с датой премьеры. Это 25 июня. Актеры надеются, что к этому времени ограничения на работу театра будут сняты. Но в случае "экстраординарной ситуации", как отметил Хинтба, театру придется корректировать свои планы.

"Но, наблюдая как развивается ситуация, мы все-таки рассчитываем на то, что с 1 июня ограничения в отношение театров будут ослаблены, либо сняты полностью", - сказал Ираклий Хинтба.

При этом Хинтба отметил, что в театре пока не планируют видеоверсию спектакля "Кровавая свадьба", как это было с "Хаджи-Муратом", который накануне показывали по многим интернет-ресурсам России, в том числе по "Культуре". По его словам, работа театра зависит от зрителя, от продажи билетов.

"Естественно "Кровавую свадьбу" мы будем играть в том случае, если мы можем продавать билеты и в нашем зале будут наши любимые зрители", - подчеркнул Хинтба.

Актеры РУСДРАМа после двух месяцев простоя заждались и ждут встречи со зрителем.

"Актеры - особые люди, они не могут без работы. Если это настоящий артист, то он испытывает мучение во время простоя, может потерять профессиональную форму, может отчаяться. Поэтому моей задачей сегодня остается поддержание в них желания творить. Наш театр очень активно всегда работал, и для нас остановка деятельности - просто катастрофа. Поэтому мы сейчас делаем множество онлайн-проектов, пытаемся актеров занять, мы репетируем спектакли фактически в ежедневном режиме, мы репетируем вечер поэзии Федерико Гарсиа Лорки. Это будет такая интересная форма музыкально-поэтического вечера. Будет что-то необычное, невероятное. Это мы покажем в преддверии премьеры "Кровавой свадьбы", - добавил он.

Читайте также:

Читать далее: 

582

Джамбул Жордания

Лучшее впереди: интервью с заслуженным артистом Абхазии Джамбулом Жордания

426
(обновлено 23:17 27.09.2020)
В этом году у Русского драматического театра имени Фазиля Искандера сразу несколько круглых дат: 20 лет уникальному спектаклю "Тартюф", 25 лет со дня основания Высшей театральной студии при театре и 20 лет со дня ее окончания.

Колумнисту Sputnik Алексею Шамба удалось встретиться с одним из первых выпускников Высшей театральной студии Джамбулом Жордания, поздравить в его лице весь коллектив РУСДРАМа и взять небольшое интервью у одного из самых любимых артистов Абхазии. 

- Спасибо за поздравления, Леша! Этот тройной юбилей очень важен для всего театра, особенно учитывая те трудности, с которыми нам пришлось тогда столкнуться. Даже не верится, что нашей маленькой истории уже 20 лет.               

- Как парнишка из Очамчыры решил стать артистом?

- В эту профессию меня привела музыка. Она и сейчас ведет меня по жизни. Все началось с увлечения игрой на гитаре. Когда мне было семь лет, родители, ценители музыки, показали несколько простых аккордов, а уже через год я стал заниматься в Доме культуры в родной Очамчыре у легендарного Резо Нармания. Затем окончил Сухумское музыкальное училище по классу гитары. Во время обучения мы с однокурсниками организовали комик–группу "Шашлык" и развлекали народ на различных мероприятиях. Оказалось, что у меня получается повышать людям настроение, поэтому, когда открылась Высшая театральная студия, я в нее за компанию решил попробовать поступить. 

- Программа, по которой вы учились, была усеченной? 

- Нет. Это было настоящее, полноценное обучение. Занятия проводились очень серьезно, и требования к нам были соответствующие. Мы проходили все необходимые для профессионального актера дисциплины: мастерство актера, сценическую речь, танец, а также историю искусств и многие другие предметы. Наш руководитель курса Мераб Читанава был очень энергичным, деятельным и требовательным преподавателем. В то же время он щедро делился своими знаниями и давал нам возможность проявлять себя. Например, свои первые режиссерские шаги я сделал именно в то время.

- Это же было почти сразу после окончания войны? Как и кому удалось в то сложное время открыть Высшую театральную студию? 

- После Отечественной войны 1992-1993 годов Сухумский государственный русский театр юного зрителя, который в 1991 году был преобразован в Государственный Русский театр драмы, остался без труппы. В нем работали в основном приезжие актеры. И чтобы реанимировать театр и воспитать местные кадры, решили открыть актерскую студию. Директор театра Нина Эдуардовна Балаева смогла убедить руководство республики в необходимости обучения актеров для новой труппы. Финансовых возможностей почти не было, и обучать будущих актеров решили на месте своими силами. Даже сейчас эта задача воспринимается как очень сложная, а тогда обучить на хорошем уровне актеров и, по сути, создать театр с нуля казалось чем-то на грани фантастики. Но Нина Эдуардовна справилась, в том числе за счет своего здоровья. 

- В то время просто жить было трудно, а ты еще и учился. Как удавалось все успевать?

- Большинство из нас на момент поступления были взрослыми людьми, к концу первого курса мы с Аней поженились, поэтому материальный вопрос был для нас очень актуальным. Мы старались использовать любую возможность заработать, что часто приводило к опозданиям на занятия, но не всегда по нашей вине. Приходилось очень много ездить и встречаться  с большим количеством людей. С тех пор каждое опоздание для меня – это стресс. Поэтому когда, наконец, мы все собирались в театре, то работали, что называется до упора, а иногда даже по ночам.

- Кто из первого выпуска студии до сих пор в строю? 

- Из 12 поступивших на наш курс в 1995 году осталось девять. Потом - семь, чуть позже - пять. Затем двое вернулись. Мне удалось сочетать несколько направлений, и супруге моей тоже, поэтому мы из театра никогда не уходили. Сегодня в строю я с Аней Гюрегян, Дима Щукин с Симоной Спафопуло, Марина Скворцова и до недавнего времени Армен Амирбекян. 

- Часто можно услышать о том, что в истории театра есть период до назначения Ираклия Хинтба генеральным директором и после. Ты помнишь свою первую реакцию на это необычное назначение?

- Да, конечно. Огромное удивление, как и у многих. Но после того как Ираклий рассказал о своих планах, удивление сменилось большим интересом. Ну, а когда эти планы стали реализовываться, появилась уверенность в том, что все получится. Было сразу видно, что он серьезно готовился к этому непростому делу. Но главное, что подкупило, – это его абсолютная любовь к театру и порядочность. Русскому театру вообще повезло с руководством на всех этапах. В период послевоенной разрухи директором стала Нина Эдуардовна Балаева, которая не дала театру исчезнуть и приложила огромные усилия, чтобы создать и воспитать профессиональную труппу. Затем руководителем стал Ираклий Ревазович Хинтба, который впервые в Абхазии с успехом применил менеджерский подход к управлению театром и реализовал очень сложную задачу: сделал РУСДРАМ современным, посещаемым и успешным. 

- Какие механизмы он использовал для достижения этих целей? Не секрет, что после его назначения был создан новый Устав театра, в котором Ираклий замкнул на себе почти все полномочия, включая функции художественного совета. 

- Новый директор не был режиссером или актером со свойственными этим профессиям амбициями, поэтому мог использовать все доступные инструменты, не думая, что кого–то огорчит. Основные методы, с помощью которых был сделан этот культурный рывок –  приглашение режиссеров и других театральных специалистов из России, продуманная репертуарная политика, мощная рекламная деятельность, работа со спонсорами и выстраивание грамотных отношений с государством. Результат очевиден: за короткий срок РУСДРАМ стал самым популярным культурным заведением в стране. 

- Трудно пришлось вначале?

- Мы очень долго ждали полноценной работы и интересных постановок. Но даже просто представить, что у нас в театре будет столько разноплановых спектаклей, было невозможно. Сегодня у нас постоянная афиша на несколько месяцев вперед. Мы регулярно выходим на сцену, что очень важно для актеров. Ежегодно в театре как минимум  шесть-семь премьер.

- Ты играешь почти в каждом спектакле, причем, в основном главные и разноплановые, даже разнохарактерные роли. Твоя работа на сцене – это импровизация или строгое следование указаниям режиссера? 

- В театре невозможно просто следовать. Это не кино. Обычно режиссер ставит актеру конкретную задачу. Она заключается в том, что актеру нужно воздействовать на своего партнера. Допустим, партнер – друг. Он ему деньги дает. Можно улыбнуться и поблагодарить, а можно кричать от радости. От этого задача не изменится. Я сегодня так сыграю, а завтра по-другому. Это импровизация, но строго в рамках моей задачи. 

- Какой спектакль для тебя самый сложный по-актерски и почему?

- "Все мои сыновья" Артура Миллера в постановке Антона Киселюса. Я играю в этом спектакле роль Джо Келлера, отца семейства. Камерное пространство сцены и близость зрителей, аналогии происходящего в пьесе с нашей историей и реальностью, необходимость каждый раз глубоко переживать, а точнее, заново проживать каждое событие и каждый диалог – все это очень непросто. Приходится долго и серьезно готовиться не только к каждому спектаклю, но и к каждой репетиции. Это особенная работа, особая режиссура и острые, пронзительные чувства. Спектакль заставляет переоценить многое не только актеров, но и зрителей. Но главное, он требует предельной честности и мужественности.

- В этом году из–за карантина несколько месяцев не было спектаклей. Тебе удалось отдохнуть?

- Отдохнуть? Это не про РУСДРАМ. Для нас отдых – это смена деятельности. Мы реализовали несколько новых проектов. Выпустили кинотеатральные версии "Широколобого" и "Хаджи-Мурата" и получили прекрасные рецензии критиков, много общались со зрителями и нашими российскими коллегами в онлайн-режиме, почти каждый из нас принял участие в моноспектаклях на основе произведений абхазской литературы. В общем, стали осваивать интернет-пространство и получили интересный для себя опыт. Главное, что стало понятным – для развития всегда есть возможности.

- В этом году в РУСДРАМе освоили новую площадку – крышу здания театра, на которой впервые на абхазском языке прозвучали вокальные партии рок-оперы "Иисус Христос – супер звезда". Как рождался этот проект?

- У нас в труппе много поющих актеров как среди нашего поколения, так и среди молодежи, и идею показать наши музыкальные возможности Ираклий озвучивал уже давно. Поэтому, когда начался карантин и появилось больше свободного времени, мы за три недели реализовали этот проект. Я перевел на абхазский язык вокальные партии и сделал кавер–версии музыкального сопровождения. 

- Трансляция этой записи на YouTube канале театра собрала много просмотров. В комментариях часто встречается вопрос о том, как удалось добиться такого чистого и прозрачного звука?

- Здесь нет никаких секретов. Задача заключалась в том, чтобы музыка и вокал гармонично сочетались и дополняли друг друга. Поэтому пришлось очень тщательно подбирать необходимую тональность для каждого вокалиста и не перегружать аранжировку. В результате музыкальное сопровождение состоит из одной гитарной партии и небольшого набора звуков синтезатора. Мне кажется, что получилось неплохо. Чуть позже стало известно о том, что гендиректором принято решение поставить в этом сезоне полную версию рок-оперы "Иисус Христос - суперзвезда" на основной сцене с живым звуком и на двух языках: русском и абхазском. Это будет очень интересный проект, у которого еще нет аналогов в Абхазии.

- У тебя есть свой канал на YouTube, созданный для обучения абхазскому языку. На кого он рассчитан и в чем его особенность? 

- Главное, что хочется сказать сразу, абхазский язык – это не монстр, как думают многие, в том числе, и абхазы. На самом деле его можно освоить в любом возрасте, но начинать лучше с детства. В моем проекте на каждую букву абхазского алфавита написана простая и понятная песенка, которые поют забавные кукольные персонажи. Между буквами создаются и развиваются маленькие истории. Таким образом, ребенок привыкает к правильной абхазской речи, у него формируется понятийный аппарат и произношение. Важно, что эти уроки можно слушать в фоновом режиме, занимаясь другими делами. Этот игровой подход снимает лишнее напряжение у детей и воздействует на подсознание, что очень эффективно. Поэтому изучение абхазского языка может быть приятным и веселым. Особенно хорошие результаты достигаются, когда вся семья включена в процесс.

- Джамбул, ты очень многогранен – разноплановый актер, успешный режиссер, преподаватель. Но когда ты говоришь про музыку, у тебя по-особенному загораются глаза. Мне не показалось? Что для тебя является главным?

- Я так вопрос не ставлю, просто в каком-то направлении у меня больше профессионализма. Я до сих пор себя считаю музыкантом, хотя знаю, что меня уже так никто не воспринимает. На самом деле, четких границ между музыкой и театром не существует. Часто одно перетекает в другое. Например, мои музыкальные знания используются в жизни театра не меньше, чем актерские. Любые записи и аранжировки – все проходит через меня и мою маленькую, но полноценную студию, которая одновременно является и гримеркой, и комнатой отдыха.

- Что самое важное для тебя как для актера?

- Быть честным перед зрителем, и чтобы зритель это почувствовал. 

426

Дизайнер из Абхазии представила коллекцию на неделе моды в Риме

2705
(обновлено 13:16 27.09.2020)
Altaroma – римская неделя моды, где представлены работы молодых итальянских дизайнеров, создающих неординарные аксессуары и одежду. Все экспонаты, представленные в рамках недели моды, произведены в Италии.

СУХУМ, 27 сен – Sputnik, Асмат Цвижба. Дизайнер из Абхазии Магда Каджая представила коллекцию аксессуаров на римской неделе моды Altaroma. Об этом Sputnik сообщила сама дизайнер.

По ее словам, коллекция была представлена в рамках площадки для молодых и независимых дизайнеров Showcase.

"Я получила приглашение от самих организаторов, так как мой бренд базируется в Италии. Приятно отметить, что организаторы подчеркнули оригинальность и уникальность моей коллекции", - добавила она.

Дизайнер окончила отделение интерьерного дизайна Европейского института дизайна IED Milano, проходила стажировку в одной из студий Милана. Интерес к модной индустрии возник у девушки после окончания вуза.

"Во время летних каникул мне в голову пришла идея создать свою линию женских аксессуаров – клатчей. Я сразу начала создавать 3D модели и искать производителей. А дебютную коллекцию я презентовала в рамках парижской недели моды", - рассказала она.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от • Magda • K • (@magda_k_milano)

Аксессуары от абхазского дизайнера носят на ковровых дорожках итальянские актрисы, модницы и звезды, клатчи красуются на страницах модных журналов VOGUE, L`officiel, Vanity Fair.

Каджая отметила, что в планах у нее создание и выставка новых коллекций, но она не ограничивает свою деятельность аксессуарами. Девушка также занимается дизайном мебели и интерьера.

2705

Такие обстоятельства: Кварчелия о будущей амнистии в Абхазии

0
Постановление Парламента Абхазии об объявлении амнистии к годовщине Победы в Отечественной войне народа Абхазии вызвало широкую дискуссию в обществе. Своими мнением в эфире радио Sputnik поделилась общественный деятель Лиана Кварчелия.
Такие обстоятельства: Кварчелия о будущей амнистии в Абхазии

Лиана Кварчелия отметила, что амнистия – это очень важный государственный акт милосердия по отношению к тем, кто отбывает наказание за совершенные преступления.

"У нас не в первый раз принимается решение об амнистии. Но амнистия – это не отказ от принципа неотвратимости наказания. Важен баланс между этими двумя принципами – милосердие и неотвратимость наказания. Все предыдущие амнистии этот баланс выдерживали, поэтому за них в Парламенте голосовали единогласно, не было такого раскола и не было возмущения в обществе. Но в данном случае баланс этот был явно нарушен. Юристы говорят о том, что в данном постановлении вообще не определены виды преступлений, которые не должны подпадать под амнистию. Юристы считают, что  такое сделано впервые", - сказала Кварчелия.

По мнению Лианы Кварчелия, вступление данного постановления в силу станет плохим прецедентом, оно дискредитирует само понятие гуманизм.

Подробности слушайте в аудиофайле.

0