Торги на бирже в Сеуле

Цены на нефть рухнули: курсы доллара и евро взлетели к рублю

435
(обновлено 14:41 09.03.2020)
К падению цен на нефть привел срыв переговоров стран-участниц сделки ОПЕК+, в результате которого с 1 апреля отменяется договоренность участников соглашения об ограничении добычи топлива.

СУХУМ, 9 мар - Sputnik. Курсы доллара и евро к рублю на международном валютном рынке увеличились из-за падения мировых цен на нефть, побив максимум 2016 года, свидетельствуют данные торгов. 

Доллар с максимума марта 2016 года рос до 72,4 рубля, а евро с максимума февраля 2016 года - до 82,2 рубля. 

Цены на нефть на мировых рынках снизились на 14 долларов, потеряв в цене 31%, WTI подешевела на 27%, упав до 30,27 доллара за баррель.

СМИ сообщали, что такого масштаба падения нефтяных фьючерсов не было с 1991 года, когда завершилась война в Персидском заливе.

В пятницу 6 марта страны-участницы сделки ОПЕК+ не согласовали новые условия соглашения и не продлили действующие договоренности. В ходе переговоров Россия предлагала сохранить условия сделки, а Саудовская Аравия настаивала на дополнительном сокращении добычи нефти. 

Таким образом с 1 апреля для участников сделки вовсе перестает действовать обязательство ограничивать добычу топлива. Кооперация ОПЕК+ продолжится в рамках Хартии о бессрочном сотрудничестве, и бывшие участники сделки будут следить за рынком в формате министерского мониторингового комитета.

Соглашение между Организацией стран-экспортеров нефти и рядом не входящих в нее стран о сокращении добычи нефти действует с начала 2017 года. 

Читайте также:

435

Займ раздора: как "Гудаутская нефтебаза" у "Сухум-банка" кредит взяла

2592
(обновлено 14:58 04.07.2020)
Взаимоотношения коммерческого банка "Сухум-банк" и госкомпании "Абхазтоп" вышли на уровень обмена публичными заявлениями.

Подведомственное "Абхазтопу" предприятие "Гудаутская нефтебаза" задолжало КБ "Сухум-банк" крупную сумму. Банк считает, что долг должен быть возвращен путем продажи заложенного имущества. Госкомпания же планирует сохранить госимущество и оспорить ранее принятые судебные решения.

Корреспондент Sputnik попытался разобраться в запутанной кредитной истории, выяснить, какова позиция двух сторон, и какую роль в этом играет Министерство экономики.

Сария Кварацхелия, Sputnik

Сделка на миллионы

В 2015 году Банк Абхазии выдал межбанковский кредит на сумму 40 миллионов рублей коммерческому банку "Сухум-Банк" для дальнейшего кредитования своего клиента – "Гудаутской нефтебазы", структурного подразделения госкомпании "Абхазтоп".

По данным Нацбанка, кредит к указанной в договоре дате был погашен "Сухум-банком" в полном объеме. При этом регулятор получил доход в виде процентов в размере семи миллионов 164 тысячи рублей.

Если Банк Абхазии получил свои деньги обратно и даже остался в выигрыше, то кредитная история "Гудаутской нефтебазы" в "Сухум-банке" сложилась иначе.

В 2015 году "Сухум-банк" выдал кредит "Гудаутской нефтебазе" в сумме 40 миллионов рублей. Залогом во время сделки между сторонами стало имущество "Гудаутской нефтебазы". Тогда бывший гендиректор "Абхазтопа" Даур Тарба подписал гарантийное письмо. При этом сам "Абхазтоп" к освоению денег из кредита не имел отношения. Он только выступал в качестве гаранта по возвращению займа.

По истечению двух лет нефтебаза обязывалась выплатить долговую сумму вместе с процентами. Сначала обслуживание кредита велось без сбоев, своевременно оплачивались проценты. Но с течением времени у предприятия начались проблемы. Уже в июле 2017 года "Сухум-банк" обратился в Арбитражный суд с иском к "Гудаутской нефтебазе" о взыскании денежных средств и заложенного под кредит имущества. Тогда стороны пришли к мировому соглашению. Но это длилось недолго.

В декабре 2019 года банк снова обратился в Арбитражный суд, по итогам было утверждено мировое соглашение, согласно которому предписывалось взыскать с "Гудаутской нефтебазы" задолженность в размере ‪63 миллионов 365 тысяч 620‬ рублей. При этом решение не было обжаловано в установленные сроки и вступило в законную силу.

Уже в феврале 2020 года судебным исполнителем было вынесено постановление о передаче на торги арестованного имущества – здания и сооружения "Гудаутской нефтебазы". Но продажа залога стала проблемой, так как "Гудаутская нефтебаза" - госимущество, и Государственный комитет по управлению госимуществом отказался реализовать на торгах имущественный комплекс.

Тут кредитор и вспомнил головную компанию – "Абхазтоп", бывший директор которой подписывал гарантийное письмо, выражая согласие на согласие на обеспечение кредита имущественным комплексом нефтебазы. Новое руководство "Абхазтопа" не захотело расставаться с подведомственным предприятием и решило разобраться в запутанной кредитной истории. Так "Сухум-Банк" и "Абхазтоп" пришли к публичному выяснению отношений.

Две стороны кредита

Долг "Гудаутской нефтебазы" перед "Сухум-банком", как утверждает кредитор, составляет 63 миллиона 365 тысяч 620 рублей. В "Абхазтопе" же не согласны с этой суммой и считают ее завышенной, так как до начала проблем в "Гудаутской нефтебазе", заемщик выполнял условия и регулярно платил по кредиту. Сумма невозвращенного долга, по мнению руководства "Абхазтопа", была не более 30 миллионов рублей. 

"Мы готовы платить долги подведомственного предприятия, но мы будем платить реальные долги", – отметил и.о. гендиректора "Абхазтопа" Рамаз Джопуа.

Однако в "Сухум-банке" заявляют, что согласно условиям утвержденного Арбитражным судом мирового соглашения, "Гудаутская нефтебаза" госкомпании "Абхазтоп" признала исковые требования в части взыскания задолженности в размере 63 миллионов 365 тысяч 620 рублей, и это решение не было обжаловано в установленные сроки и вступило в законную силу.

Ранее в интервью телеканалу "Абаза ТВ" зампредседателя правления "Сухум-банка" Апполон Латария заявил, что для банка неважно, каким образом будет происходить возврат долга.

"Важно, в первую очередь, чтобы долг был закрыт перед нашим банком, чтобы они закрыли его. Каким способом, как они это будут делать – нас не касается", – отметил Латария, но добавил, что очевидным единственным выходом на сегодняшний день остается реализация имущественного комплекса базы, "учитывая, что у нефтебазы нет средств и нет других источников погашения задолженности".

Нынешнее руководство Госкомпании "Абхазтоп" намерено отстаивать свое имущество, которое, по их словам, "оценивается не в 63 миллиона рублей, а во все 200". Сейчас они планируют выставить охрану на "Гудаутской нефтебазе", а дело по кредитной истории передать в прокуратуру для дальнейшего разбирательства.

По словам Джопуа, кредит был выдан с нарушением требований Гражданского кодекса и законодательства Республики Абхазия, в части обязательного согласования сделки с Министерством экономики, а также без учета запрет на залог имущества, ограниченного в обороте.

"Кроме того, залог имущества, без которого деятельность предприятия невозможна вообще, запрещен независимо от организационно-правовой формы предприятия. Также имущество Гудаутской нефтебазы не включено в перечень объектов, подлежащих приватизации. Аргументы о том, что для совершения указанных сделок было дано согласие руководителя ГК "Абхазтоп" Тарба также неуместны, так как он не обладал полномочиями для согласования указанных сделок", – считают в госкомпании.

Заемщик же намерен вернуть свои деньги и ссылается на решение Арбитражного суда Абхазии.

"Законность действий ООО КБ "Сухум-Банк" подтверждена вынесенными актами Арбитражного суда Республики Абхазия. Государственная компания "Абхазтоп" не вправе говорить о том, что судебные акты вынесены исключительно на основе "ничтожных документов". Документы являются действующими, имеющими полноценную юридическую силу, они не признавались ничтожными или недействительными судом, и с подобными требованиями в суд ГК "Абхазтоп" не обращался", – отмечает "Сухум-банк" в своем заявлении и обращает внимание на то, что из-за неисполнения обязательств должником, банк вынужден создавать резервы и нести убытки.

Третья сторона

Так как полномочия собственника имущества "Гудаутской нефтебазы" осуществляет Министерство экономики Абхазии, оно также было привлечено к судебному процессу.

По мнению министра экономики Кристины Озган, сделка между "Сухум-банком" и "Гудаутской нефтебазой" была ничтожна, то есть она не отвечает обязательным требованиям закона, является недействительной с момента заключения независимо от признания ее таковой судом.

"Потому что для получения кредита, неважно какого, необходимо согласие собственника или уполномоченного органа, осуществляющего функции собственника. Уполномоченный орган, осуществляющий функции собственника Госкомпании "Абхазтопа" и соответственно "Гудаутской нефтебазы", является Министерство экономики", - объяснила министр. 

Она отметила, что когда принималось решение по выдаче кредита, согласия Министерства экономики не было.

"Соответственно, ни на этапе принятия решений кредитным комитетом "Сухум-Банка", ни впоследствии оснований для этого не было. Нарушение правового процесса привело к тому, что все последующие сделки были незаконны. На данный момент есть судебные решения, которые мы не можем поддерживать, и мы будем включать все механизмы для того, чтобы объект остался в госсобственности. Отчуждение госимущества в такой форме законодательством Абхазии не предусмотрено", - заключила Озган.

Министр экономики считает, что частично ответственность за всю эту ситуацию несет сам банк.

"Если банк изначально получил бы гарантии от государства, то у государства соответственно были бы обязательства перед ним. Так как этого не было сделано, банк остался наедине с организацией, с которой он не имел права заключать эту сделку. Здесь идет речь о превышении должностных полномочий со стороны организаций, принимавших участие в сделке", – отметила Озган.

У самого "Абхазтопа" на сегодняшний день, по данным Министерства экономики Абхазии, числится задолженность перед государством и своим партнером в сумме более 200 миллионов рублей, а "Гудаутская нефтебаза" фактически не работает.

В отношении экс-директора "Абхазтопа" Беслана Авидзба возбуждено уголовное дело по четырем эпизодам преступления по статье Уголовного кодекса Абхазии "Присвоение и растрата вверенного государственного имущества в особо крупном размере". По версии следствия, совокупный ущерб, причиненный государству в результате преступных действий Авидзба, составил 31 миллион 438 тысяч рублей, однако данная сумма не является окончательной.

В рамках расследования уголовного дела будет исследован весь период деятельности Авидзба в качестве руководителя Госпредприятия и определен окончательный ущерб. В настоящее время Авидзба находится под домашним арестом до 20 июля.

2592

В мировой энергетике наступает хаос

186
(обновлено 11:48 04.07.2020)
Начавшаяся трансформация мировой энергетики сопровождается острой "межвидовой" и "внутривидовой" борьбой: новые источники энергии конкурируют со старыми.

В свою очередь, производители объявленных "уходящими" (пусть и не сразу, но в перспективе нескольких десятилетий) нефти и газа также активно конкурируют между собой, опасаясь, что через двадцать-тридцать лет их продукция окажется не нужна в таких объемах и останется частично нереализованной. Это особенно хорошо видно в секторе СПГ, когда лишь острый кризис отложил новую волну проектов. И тем не менее компании планируют вернуться к строительству новых заводов даже в условиях возможных рисков перепроизводства, пишет Александр Собко для РИА Новости.

Как понять, кто же будет успешней в этой конкуренции? В нулевом приближении сначала опустим нерыночные меры поддержки для низкоуглеродных источников энергии. Тогда можно считать, что выиграет тот, кто предложит минимальную цену за свой товар. Минимальная цена же, в свою очередь, определяется себестоимостью. Казалось бы, все просто. На деле же в таких капиталоемких областях, как энергетика, и особенно возобновляемая энергетика, себестоимость добычи/производства энергоносителей или непосредственно электроэнергии кардинально зависит от стоимости инвестированных денег, как уже на простых примерах обсуждалось нами ранее.

Свежий пример: вышла работа, посвященная анализу экономики ветрогенерации в Испании, было обработано большое число проектов. Авторы продемонстрировали и влияние стоимости денег: себестоимость мегаватт-часа вырабатываемой электроэнергии изменялась без малого в три раза, в диапазоне от 46 до 127 долларов, при изменении стоимости финансирования от нуля ("бесплатные деньги" с точки зрения выплаты процентов по кредиту или дохода на вложенный капитал) до 15 процентов. Разброс впечатляет.

Но какой же оказывается стоимость инвестированного капитала в реальности? Понятно, что, во-первых, она зависит от стоимости кредита. И снижение ключевых ставок вплоть до отрицательных по всему миру, что мы наблюдаем сейчас, в той или иной степени будет транслироваться и в ставки по кредитам. Все это оказывает поддержку проектам возобновляемой энергетики как одним из наиболее капиталоемких в энергетике.

Но это только половина истории. Инвестированный капитал состоит из суммы собственных и заемных средств. При этом доходность на собственные средства должна быть выше, чем на кредитные (больше риски для собственных средств, так как кредит возвращается в первую очередь). Отсюда появляется еще одна корреляция: чем больше доля заемных средств, тем дешевле (расчетная) себестоимость добычи энергоносителя или производства электроэнергии.

В той же работе по ветроэнергетике приводится пример уже не для модельного расчета, а при анализе реальных проектов: при доле заемных средств в 85 процентов себестоимость получается в районе 40-60 евро (за мегаватт-час) и, напротив, приближается к 160 евро в случае, если доля займов всего десять-пятнадцать процентов.

Возникает вопрос: а почему тогда все компании не работают только на заемные средства? Действительно, тенденция такая есть. Если раньше разработка больших нефтегазовых месторождений финансировалась преимущественно из собственных средств компаний, то для новых проектов возобновляемой энергетики характерна большая доля заемного финансирования.

Для классических нефтегазовых проектов также наблюдается рост доли заемных средств вплоть до 70 процентов, иногда меньше. Но почему бы не финансировать полностью за счет кредита, раз это дешевле и выгоднее? Причины понятны: риски. В случае неудачи участие собственного капитала позволяет во многих случаях по крайней мере расплатиться с кредиторами. С другой стороны, и кредиторы готовы выдавать займы, если вложены и собственные средства компании, этот проект реализующей.

И здесь становится понятно, почему у проектов ВИЭ может быть высокая доля заемных средств и небольшие кредитные ставки. Их риски рассматриваются как минимальные. Во-первых, по крайней мере, так было еще недавно, электроэнергия выкупается по фиксированным тарифам. Во-вторых, так как в перспективе на десятилетия у них, как считается, нет рисков падения спроса в контексте декарбонизации энергетики. Не обязательно события будут развиваться именно так (например, цены на электроэнергию упадут, а гарантированный выкуп встречается все реже), но именно такая логика используется при принятии решений.

Все то же самое относится к нефтегазу, только со знаком минус на фоне опасения энергоперехода и декарбонизации. В связи с вышесказанным компании готовы принимать инвестрешения только при высокой ожидаемой доходности новых нефтегазовых проектов. Это и отражает известные регуляторные риски, и позволяет хотя бы выйти в ноль, если цены окажутся ниже ожидаемых (ведь доходность зависит и от будущей цены, предсказать которую сложно). В результате необходимая для принятия инвестрешения норма доходности для новой морской нефтяной добычи уже превышает 20 процентов, для СПГ — свыше десяти процентов. Для сравнения: для "ветра" и "солнца" — уже менее пяти процентов. А чем больше норма доходности, тем больше и себестоимость при прочих равных условиях.

К чему приводят подобные обстоятельства? В недавнем лояльном к новой энергетике исследовании Carbonomics инвестбанка Goldman Sachs среди прочих делаются следующие выводы.

Во-первых, ожидается резкое смещение инвестиций нефтегазовых ТНК в сферу новой энергетики. Мы уже обсуждали, что, несмотря на многочисленные заявления о приверженности зеленой энергетике и готовности к энергопереходу, по факту нефтегазовые компании тратят всего около трех процентов от своих капвложений на ВИЭ. Но уже в ближайшие годы, в 2020-2021 годах, если верить оценкам Goldman Sachs, эта доля резко возрастет до десяти-пятнадцати процентов.

Во-вторых и в-главных. На фоне указанных обстоятельств прогноз предполагает, что в 2020-е годы мы еще увидим на рынке дефицит нефти и СПГ. Казалось бы, парадокс? Но нужно помнить, что период дефицита (и, соответственно, высоких цен) может и не продлиться двадцать лет, а возврат инвестиций в крупные проекты занимает именно такое время.

Со своей стороны отметим, что сильный дефицит в области СПГ остается под вопросом (слишком много желающих поучаствовать: это и Катар со сверхдешевым газом, и США, где по-прежнему могут приниматься не до конца рыночные решения). А вот в области нефти дефицит на фоне текущих низких цен и недоинвестирования вполне реален.

Американские ТНК, ExxonMobil и Chevron решили схитрить и заменить часть своей традиционной добычи по всему миру на сланцевую добычу. Здесь короткий инвестцикл, проще реагировать на возможное падение спроса в будущем. Но при нынешних ценах и это решение выглядит не лучшим образом.

Подытожим. Простых ответов — какой энергоноситель дешевле — нет. Все зависит от необходимой доходности вложений, а она может меняться от проекта к проекту даже в рамках одного вида энергоносителя. И в разы отличаться при сравнении нефтегаза и новой энергетики. В самом упрощенном варианте это противопоставление, когда новый проект ВИЭ может получить дешевый кредит, в то время как новый угольный проект его не сможет получить ни под какие проценты — некоторые банки уже отказываются финансировать уголь. В свою очередь, доходность в любом случае зависит от будущих цен, которые являются только прогнозом. В результате себестоимость оказывается вещью в себе.

Если вдруг у читателя сложилось впечатление, что обсуждаемые выше обстоятельства слабо продвинули его в прогнозах будущего мировой энергетики, так и должно быть.

Масса неопределенностей, с которыми сталкивается сейчас энергетический сектор, — это новая норма. А отчасти парадоксальные выводы из описанных финансовых аспектов лишь подчеркивают эту неопределенность.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

186
Су-57 истребитель

НАТО удивятся": чем вооружат новый российский истребитель

0
(обновлено 20:02 05.07.2020)
Уничтожение целей на расстоянии нескольких сотен километров, ювелирная точность бомбовых ударов и надежно защищенная аппаратура — вместе с новейшими бомбами и ракетами авиационный комплекс пятого поколения Су-57 получит продвинутую электронику для их наведения

Самолет сможет обходить ловушки противника и прорываться через стену радиолокационных помех. О вооружении перспективной машины — в материале корреспондента РИА Новости Николая Протопопова.

"Умные" ракеты

Истребитель пятого поколения Су-57 — это не просто самолет, а целый боевой комплекс, включающий в себя и новейшие авиационные средства поражения. Список оружия засекречен, однако известно, что предприятия оборонно-промышленного комплекса разрабатывают около пятнадцати образцов.

По оценкам специалистов, основой арсенала Су-57 послужат уже имеющиеся у ВКС России ударные средства, однако полностью переработанные и "оцифрованные".

Например, новые противокорабельные ракеты с увеличенной в два раза дальностью полета — до 250 километров. Примечательно, что внешне боеприпасы выглядят так же, как предшественники.

Изменения в основном коснулись внутренней начинки — у ракеты теперь более мощные и компактные "мозги", система управления и двигатель обеспечивают сложнейшую траекторию полета. Спрятанное в корпусе электронное оборудование устойчиво к внешним радиоэлектронным помехам, различным ловушкам и не реагирует на ложные цели.

"Раньше целеуказание ракетам "воздух — воздух" или "воздух — земля" передавалось через аналоговые преобразователи, что занимало определенное время, — объясняет военный эксперт Алексей Леонков. — На тот момент это удовлетворяло требованиям общевойскового и воздушного боя. Сейчас ситуация иная. В зоне современного воздушного боя работает множество комплексов радиоэлектронной борьбы: как наземных, так и воздушных. В таких условиях оружие должно быть очень надежным. Су-57 создавали с учетом этих факторов, его системы полностью цифровые — передача полетного задания, целеуказания, перераспределение целей занимает считанные доли секунды".

Как и другие многофункциональные истребители, Су-57 сможет нести боеприпасы класса "воздух — воздух", "воздух — поверхность" малой, средней и большой дальности, а также управляемые и корректируемые авиабомбы.

Российские многофункциональные истребители пятого поколения Су-57 на воздушном параде Победы в Москве
Так, именно для перспективной "сушки" разработали "умную" авиабомбу КАБ-250. После сброса с носителя траектория ее полета корректируется по сигналам спутниковой системы ГЛОНАСС.

Сейчас боеприпасы испытывают на полигонах и даже успели проверить в боевых условиях — бомбардировщики С-34 сбрасывали КАБ-250 на объекты боевиков в Сирии.

Бомба показала высокую эффективность и, самое главное, точность: отклонение от цели — всего плюс-минус два метра независимо от погодных условий и времени суток. Мощность боевой части позволяет летчику поражать не только технику и скопления живой силы на открытом пространстве, но и хорошо укрепленные объекты противника.

Кроме того, как ранее сообщили в Минобороны, истребитель Су-57 возьмет на борт и гиперзвуковое оружие. Ожидается, что новый авиационный комплекс "Кинжал" "пятьдесят седьмые" получат после 2030-го.

Демонстрация испытания авиационного ракетного комплекса "Кинжал" во время трансляции послания президента Российской Федерации Владимира Путина Федеральному собранию

С точностью до метра

Заслуженный военный летчик России Владимир Попов уверен: номенклатура оружия для Су-57 в целом останется традиционной для самолетов этого класса, но благодаря усовершенствованным прицельным системам точность существенно увеличится.

Так, ракеты для боя на ближних и средних дистанциях будут автоматически отслеживать цели по тепловому и магнитному следу и наводиться оптико-электронной головкой.

"Точностные характеристики возрастут на 30-40 процентов, — отметил Попов. — Это очень хорошие показатели боевых возможностей по обнаружению и самонаведению. Современные ракеты наносят удары с точностью до метра. То же касается и боеприпасов дальнего действия. Правда, здесь большую роль играют радиолокация и тепловая составляющая".

Миниатюризация электронного оборудования современных ракет позволяет усилить боевую часть боеприпасов за счет увеличения заряда. Вероятность поражения цели и, как следствие, общая эффективность оружия существенно вырастают.

Су-57 сможет бороться с любыми объектами и в воздухе, и на земле — динамическими и баллистическими целями, а также малоразмерными, такими как беспилотники.

Управление в бою всеми системами перспективного самолета, применение вооружения, организация обороны и многорежимная интеллектуальная поддержка пилота завязаны на мощную вычислительную систему. Компьютер автоматически распознает и определяет наиболее опасные и приоритетные цели, выстраивает оптимальный маршрут полета, подсказывает летчику, когда и каким оружием следует воспользоваться.

Для поиска и обнаружения целей у Су-57 есть несколько радиолокационных станций нового поколения. Помимо РЛС с активной фазированной антенной решеткой в передней части самолета, имеются станции бокового обзора, работающие в разных диапазонах. Су-57 с легкостью найдет в небе за сотни километров любые самолеты, включая построенные по технологии "стелс".

Полная загрузка

Особенность истребителей пятого поколения — внутрифюзеляжное размещение вооружения. Из-за того, что нет бомб и ракет на внешних точках подвески, снижаются эффективная поверхность рассеивания и, соответственно, заметность самолета. В двух вместительных отсеках Су-57 поместится несколько десятков различных боеприпасов.

Ранее так было только на массивных стратегических бомбардировщиках, поэтому разработчикам вооружений пришлось решить непростую задачу: спроектировать ракеты с меньшими габаритами, оснастить их складывающимися крыльями и рулями, которые раскрываются лишь после сброса боеприпаса.

Сложности возникли и из-за дополнительных нагрузок на самолет при пуске ракет из замкнутого пространства.
Отношение боевой нагрузки, которую способен взять Су-57, к его массе значительно выше, чем у истребителей прошлых поколений. Этого достигли за счет композиционных материалов.

"В Су-30СМ и Су-35, например, до 25 процентов материалов — не металлы, — говорит Попов. — Композиты, стекловолокно, кевларовые ткани, различные смолы. При этом прочностные характеристики конструкции сохранены. На Су-57 таких примерно 35 процентов. Это очень много, поэтому истребитель получился значительно легче при схожих габаритах. К тому же новый двигатель дает прирост тяговооруженности еще на 15 процентов".

Фирменная "фишка" нового самолета — способность работать в паре с беспилотной системой С-70 "Охотник". Тяжелый беспилотник и истребитель научились летать в связке — в прошлом году Минобороны опубликовало видео, на котором они маневрируют в воздухе на минимальном расстоянии друг от друга.

По оценкам экспертов, в будущем появится возможность создавать целые стаи "Охотников", действующих в автономном режиме или под управлением и контролем всего одного пилота Су-57. Ударный потенциал таких боевых групп увеличится в разы.

0