Спортом не занималась: Астанда Отырба о работе спортивного журналиста

669
(обновлено 09:16 02.07.2019)
Международный день спортивного журналиста ежегодно отмечается во многих странах мира 2 июля.

О том, как развивается абхазская спортивная журналистика, есть ли в ней место для девушек, какие "приемы" используют в работе корреспонденты, какие виды спорта идут вперед, а какие "угасают" и есть ли будущее у традиционных абхазских игр, рассказала на радио Sputnik Абхазия ведущая передачи "Аспорт Адунеи" на АГТРК Астанда Отырба.

Бадри Есиава, Sputnik

— Астанда, как давно ты ведешь передачу "Аспорт адунеи"?

— Передачу эту я веду около года, но спортивной журналистикой я начала заниматься около двух лет назад. Меня пригласил на передачу в качестве корреспондента Адгур Гунба. Я делала обзоры спортивных событий, которые проходили в Абхазии и к тому времени уже выходила в эфир. Начинала я с новостей, училась монтажу и написанию текстов. Конечно же, это совсем другой формат, более сжатый. Здесь мы намного свободнее, можем выбирать различную музыку и подкладывать ее под кадры, но больше всего меня заинтересовал экшн в таком виде журналистики.

— Ты по образованию журналист?

— Да. Заканчивала факультет журналистики в Абхазском государственном университете.

— Насколько спорт близок лично тебе? Когда-нибудь сама занималась спортом?

— Спортом я никогда не занималась и, наверное, это мне даже в чем-то помогает. Имею в виду, что постоянно открываю для себя что-то новое, и спортивная журналистика действительно мне интересна – по кадрам, монтажу. Я вижу, каким красивым может быть спорт и в то же время сложным. Работать со спортсменами интересно, меня это вдохновляет.

— В какой момент ты поняла, что именно в этом направлении ты хочешь работать? Наверное, у тебя на тот момент были и другие варианты?

— Мой первый репортаж был о футбольном матче. Какой именно точно не помню. Возможно, это был чемпионат Абхазии. У меня получился тот материал, и тогда я решила, что продолжу идти по этому пути.

— Признайся, ты хорошо разбираешься в футболе?

— Я все еще учусь разбираться в футболе. Мне кажется, что для девушки я достаточно хорошо осведомлена, но еще работаю над этим.

— В продолжение этой темы. В мире спортивной журналистики, особенно абхазской, лидирующую позицию занимают мужчины. Тебе никто никогда не говорил, к примеру, что это не женское дело?

— Мне этого никто не говорил, но у меня у самой пару раз возникал такой вопрос. Например, когда я была единственной девушкой в съемочной группе. У ребят свои темы для общения, и бывало, что я не могла поддержать разговор, чувствовала себя не очень комфортно. Сейчас уже намного легче. За это время успела набрать опыт в работе.

— По натуре своей ты застенчивый человек?

— Нет. Это мне как раз и помогло в работе. Журналист не должен стесняться задавать вопросы, может быть, лезть куда-то вперед. В этом плане я абсолютно не застенчивая и всегда стараюсь найти что-то интересное для репортажа. Конечно, бывает, что отказываются давать комментарии.

— В спорте свои приемы, а в журналистике свои. Какие приемы используешь ты в работе для того, чтобы расположить к себе собеседника, уговорить его на интервью?

— В первую очередь нужно объяснить человеку, что это важно и что я выбрала его, так как он обладает информацией, знаниями. Если человек нервничает, то надо с ним просто пообщаться, успокоить и, конечно, он согласится.

— Кстати, о респондентах. Я вчера просматривал твою страничку в Фейсбуке и увидел фотографию, на которой была ты вместе с Русланом Джопуа. Описание к снимку было таким: Руслан Джопуа - мастер спорта по тяжелой атлетике, КМС по гимнастике, физик, меломан, книголюб, интеллигент. Это была одна из интереснейших бесед. Почему беседа с этим человеком была одной из самых интересных в твоей практике? 

— В действительности, у меня было много интересных респондентов, и я хочу назвать нескольких – это первый абхазский спортивный журналист Варлам Агумаа, мастер спорта по тяжелой атлетике Руслан Таркил. Дело в том, что все люди, которые достигли высоких результатов в спорте, они достаточно успешны и в других сферах жизни. Причина этому, мне кажется, в том, что спорт учит человека быть целеустремленным и формирует его характер.

Что касается Руслана Джопуа, мне о нем рассказали. Раньше я его не знала. Он отмечает 65-летие, и мне было интересно подготовить о нем репортаж. Изначально мы планировали сделать очерк, как мы это обычно делаем о знаменитых людях, но из-за того что не хватало кадров, записали интервью. Нередко бывает, что задаешь человеку вопросы, а он отвечает коротко, однозначно. А Руслан Джопуа оказался безумно интересным собеседником, он сам затрагивал различные темы. Видно, что у него богатый жизненный опыт, его очень интересно было слушать.

— Когда ты с кем-то из близких, друзей или коллег делишься о своей работе, какие интересные, необычные или же забавные случаи ты рассказываешь?  

— Самые интересные съемки были в Очамчыре, где проводились соревнования по джиппингу. Мне надо было записать несколько стендапов, но для того чтобы получилось интересно, мы поехали в самую гущу событий. Мы с оператором находились посреди леса, по колено в грязи, из которой мы пытались выбраться, сапоги застревали в этой грязи. Испачканные, но счастливые, мы кое-как выбрались. В итоге, у нас получился один из самых хороших репортажей.

Также вспоминаю бои без правил (Международный турнир по версии OFS - ред.), которые проходили в Сухуме в 2016 году. Тогда в Абхазию приехал чемпион по грепплингу Джефф Монсон, и мне нужно было взять у него интервью, но я боялась. Он очень грозно выглядит, но оказался хорошим и даже милым человеком. Помню, он рассказал, что ему понравилась наша национальная кухня.

Когда делюсь с кем-то о работе, конечно, не могу не вспомнить Чемпионат мира по футболу по версии ConIFA, который проходил у нас в Абхазии. Это было ужасно сложно и интересно. Мы почти не спали все эти дни. Снимали все игры, возвращались на работу и подготавливали репортажи, и так каждый день. Но эта одна из самых интересных практик за все время.

— Как ты считаешь, какие времена сегодня переживает абхазская спортивная журналистика? Хватает ли специалистов в этой сфере, комментаторов, есть ли у нас журналисты, которые погружены в мир спорта и хорошо в нем разбираются?

— Если честно, я пока не считаю себя хорошим спортивным журналистом. Я разбираюсь во всем понемногу.

Что касается специалистов, думаю, в Абхазии достаточно таких людей, и не могу не назвать тех, кто стоял у истоков абхазской спортивной журналистики и продолжает это дело, – Энвер Арджения, Мадина Бганба, Адгур Гунба.

У нас есть хорошие учителя, у которых можно многому научиться, и поэтому, я думаю, что перспективы в этом направление есть. Конечно, хотелось бы, чтобы больше молодых ребят и девочек после учебы в вузах устраивались на работу и занимались бы спортивными темами. 

— Адгур Гунба, который вел передачу "Аспорт Адунеи" еще до тебя, сегодня комментирует футбольные матчи на абхазском языке, что не может не радовать. А ты пробовала?

— Я не пробовала, но хочу отметить, что Адгур - уникальный человек, он во всем хорошо разбирается – спорт, журналистика, поэзия. Он также отлично разбирается в конном спорте и делает обзоры. Комментировать матчи я не пробовала, но, думаю, это очень сложно. Наверное, в будущем попробую.

— Если у тебя это получится, насколько я знаю, ты будешь первой в Абхазии девушкой, которая будет комментировать футбольные матчи. В любом виде спорта много терминов. Все ли они переведены на абхазский язык и возникают ли с этим сложности, так как передача твоя выходит именно на этом языке?

— Трудности, конечно, возникают, но нам очень помогает словарь абхазских спортивных терминов, автор которого Анатолий Хеция. В остальном нам помогают наш замечательный редактор Элеонора Когония и наш коллега Адгур Гунба.

Традиционная абхазская игра Ахылпахас
© Фото : предоставлено Адгуром Гунба

— На АГТРК было много передач о традиционных абхазских спортивных играх, к примеру, об "ахылпахас", "мцы-мца", "аимцакьачара", "ахтарпа-хумарра". Почему о них забыли у нас, почему в них не играют сегодня?

— Все зависит от того, насколько они разрекламированы у нас. Я думаю, что в будущем они будут развиваться, так как уже сейчас о них много говорят. Это очень интересные и зрелищные виды спорта. Мы как-то снимали репортаж о школьной спартакиаде, и тренеры рассказали, что ребята слабо проявили себя в этих видах спорта.

— Слабо проявили по какой причине? Не хватило сил или потому что нет практики?

— Думаю и то и другое. Чтобы были результаты, нужно хотя бы несколько раз потренироваться. Например, соревнования по стрельбе из лука прошли очень хорошо, потому что ребята занимаются. Многие из них даже своими руками изготовляют лук, стрелы. Я думаю и другие наши традиционные виды спорта будут интересны молодым, если их занять этим. Тем более для этого не нужен дорогостоящий инвентарь.

— На твой взгляд, какой вид спорта в Абхазии наиболее быстроразвивающийся, а какой, возможно, на стадии угасания?

Сборная Абхазии после матча со сборной Чамерии
© Foto / Федерация футбола Абхазии

— Не могу сказать, что угасает, но у нас плохо развивается легкая атлетика. В первую очередь из-за отсутствия площадок. На сегодняшний день базовыми видами спорта во всем мире признаны легкая атлетика, гимнастика и плавание. К сожалению, именно эти виды у нас плохо развиты. Это очень огорчает. Есть секции по плаванию, но они работают только в летний период. Я считаю, что они должны работать круглый год. Такая же ситуация с легкой атлетикой. Помимо площадок, нужен специальный инвентарь. А самый развивающийся у нас, конечно же, футбол.

— Астанда, пожалуйста, назови троих лучших абхазских спортсменов, на твой взгляд.

— Безусловно, это призер Олимпийских игр по метанию копья Саида Гунба, трехкратный чемпион мира по вольной борьбе, бронзовый призер Олимпийских игр Денис Царгуш и, конечно же, наш знаменитый футболист Ахрик Цвейба.

— Планируешь ли ты связать свою жизнь со спортивной журналистикой или, возможно, ты перепрофилируешься?

— Мне нравится то, чем я занимаюсь, хочу развиваться в этом направлении, но что меня ждет в будущем, я не знаю.

669

Борьба с COVID-19, открытие границ и медицина Абхазии: интервью Тамаза Цахнакия

14019
(обновлено 19:57 30.05.2020)
Министр здравоохранения Тамаз Цахнакия подвел промежуточные итоги в борьбе с коронавирусной инфекцией после двух месяцев действия ограничительных мер на территории республики.

О том, чем руководствовались власти Абхазии, вводя ограничительные меры в республике, насколько успешно справились медики с поставленной задачей, кто оказал неоценимую помощь и рассматривается ли вопрос открытия государственных границ, в интервью Sputnik рассказал министр здравоохранения страны Тамаза Цахнакия.

- Два месяца назад Абхазия вступила в активную фазу борьбы с коронавирусной инфекцией. Руководству страны пришлось предпринять беспрецедентные меры для защиты населения от этого заболевания. Какую реакцию населения вы и ваши коллеги ожидали, принимая решения о введении карантина, комендантского часа в некоторых районах и ряда ограничительных мер, и насколько эти действия вызвали понимание со стороны граждан?

- Конечно, это было очень правильное решение и, конечно, это было непросто. Закрылись рынки, все пункты общественного питания, то есть места, где люди работали и зарабатывали себе на жизнь. Но мы тогда стояли перед угрозой того, что этот вирус уже тогда мог массово распространиться у нас в республике. Поэтому мы приняли эти меры с дальнейшим закрытием границ. Ингурскую границу мы закрыли раньше, потому что в Грузии уже были первые выявленные больные, и к тому же на тот период была сезонная заболеваемость гриппом и ОРВИ.

Тогда прямо на границе мы установили санитарный медицинский пост и контролировали всех, кто въезжал на нашу территорию, и только после этого им давали разрешение на въезд. В дальнейшем граница по реке Псоу тоже была закрыта, и это значительно сократило количество людей, въезжающих в Абхазию. Был период, когда мы дошли почти до нулевой отметки по числу граждан, прибывающих в республику. Естественно, граждан Абхазии мы должны были пропускать, и других решений не должно было быть, но в то же время мы приняли исчерпывающие меры. Народ нас услышал и, кстати, очень четко в феврале и марте выполнял наши рекомендации.

Картина карантина: как живет Абхазия в режиме ЧС>>

- Первый случай проникновения коронавируса на территорию Абхазии был зафиксирован в начале апреля, когда из Москвы в Гал вернулась жительница республики. Затем она была госпитализирована в клинику Зугдиди, где был подтвержден диагноз. Многих эта новость шокировала. Как лично вы ее восприняли?

- Мы это восприняли как свершившийся факт. Мы этого ожидали, и в конечном итоге наши граждане тоже заболели этим вирусом. Это было неизбежно, и мы всегда об этом говорили. Другое дело, что она была отслежена от одной до другой границы. Все ее родственники были обследованы на сопредельной территории, и результат у них был отрицательный. Сама пациентка выздоровела. Это был первый звонок для нас всех, что мы не избежим этого заболевания, и оно придет к нам. Так и произошло. Слава богу, все 28 пациентов, за исключением пациентки 1925 года рождения, которая скончалась от осложнений, все остальные практически выздоровели. У абсолютного большинства заболевание протекает в легкой форме.

- На какие правила ориентировались руководство страны, Минздрав и оперативный штаб по защите населения от коронавируса прежде всего?

- Изначально мы утвердили рекомендации Всемирной организации здравоохранения по части профилактики, диагностики и лечения коронавирусной инфекции. Затем у нас были рекомендации Роспотребнадзора, которые применялись не только в России, но и в странах СНГ. Они, конечно, в большей степени тоже основывались на правилах ВОЗ. В дальнейшем инструктивную, нормативную базу по части профилактики и диагностики лечения издавал непосредственно Минздрав Абхазии. В том числе были соответствующие распоряжения Координационного и Оперативного штабов по защите населения от коронавирусной инфекции. Они все выполнялись.

Как выявляют и лечат: главный терапевт Абхазии ответила на вопросы о коронавирусе>>

- Насколько мировая пандемия и кризис выявили слабые места в медицине Абхазии и в кадровых вопросах?

- Такие проблемы возникли во всем мире. В той же Италии, где практически 70% населения заболело этим вирусом. Хотя медицина Италии - одна из передовых в Европе, но, к сожалению, мы видели, что она рухнула. Врачи практически всех специальностей стали там инфекционистами и работали с пациентами с диагнозом COVID-19, в том числе с теми, кто нуждается в искусственной вентиляции легких. Таких специалистов тоже оказалось мало.

Без права выхода: абхазы о борьбе с коронавирусом в разных странах>>

Мы, собственно говоря, в аналогичной ситуации. За исключением того, что у нас нет тяжелых больных. В этом наше спасение. У нас есть дефицит специалистов. К примеру, у нас в стране всего 16 инфекционистов, и поэтому, в первую очередь, мы подготовили терапевтов, проводили в ежедневном формате тренинги, в том числе с участием экспертов ВОЗ, которые неоднократно посещали Абхазию. Врачи других специальностей тоже были подготовлены на случай, если произойдет вспышка заболеваемости. Одними силами 16 инфекционистов мы не справимся. Все реаниматологи и другие специалисты должны будут быть задействованы в этой работе. Это при том, что нужно оказывать и общесоматическую помощь неотложным, экстренным больным.

На карантине из-за COVID: Сухумская инфекционка осталась без половины медперсонала>>

Мы также столкнулись с тем, что материально-техническая база у нас была недостаточной на случай поступления большого количества больных. По статистике, на сто тысяч населения 20 тяжелобольных пациентов нуждаются в ИВЛ. Теоретически, путем соответствующих подсчетов, мы ожидали около 50 таких пациентов.

Организация "Мы-Вместе", Московская абхазская диаспора, наши соотечественники активно нам помогали и собрали нам достаточно серьезную сумму, на которую мы смогли приобрести оборудование, медикаменты, средства индивидуальной защиты и многое другое. Это дало возможность обеспечить Гудаутскую больницу в полном объеме для лечения до 700 тяжелых больных. В этом медучреждении мы можем развернуть 300, а при необходимости 350 коек. Сегодня там работает типовой инфекционный корпус на 40 коек-мест с отделением реанимации. То есть, в этом отношении, что можно было сделать, мы сделали. Несмотря на то, что на тот момент были проблемы с завозом этого оборудования и ряда медикаментов, расходных материалов, масок, мы смогли этого добиться, в том числе при гуманитарной поддержке России и международных организаций, ПРООН, которые нам оказывали и оказывают по сей день помощь.

Минздрав Абхазии назвал сумму оказанной республике помощи в борьбе с COVID-19>>

- После того как Гудаутскую инфекционную поликлинику подготовили для приема граждан с коронавирусной инфекцией, в Гудаутской ЦРБ перестали принимать пациентов, только в экстренных случаях. Многим приходилось обращаться за помощью в Республиканскую или Гагрскую ЦРБ. Инфекционная поликлиника расположена отдельно от больницы в нескольких десятках метров от нее, и у каждой из них есть отдельные заезды и входы, почему нельзя было разрешить врачам больницы работать в прежнем режиме и принимать пациентов?

- Этого нельзя было делать. Когда идет пандемия в мире и эпидемический процесс, хотя и незначительный у нас, мы должны быть готовы ко всему. Например, не дай бог, если к нам поступили бы 500 человек, где бы мы их разместили? Поэтому мы подготовили все необходимое, но при этом в приказе было сказано, чтоб экстренным больным с жизнеугрожающим состоянием оказывали неотложную помощь – хирургическую, реанимационную, и после стабилизации пациента транспортировать его в Республиканскую больницу.

Такие моменты мы тоже учли и организовали отдельный вход и в приемную в Республиканской больнице. Плановые операции мы отменили.

- Сейчас в Абхазии наблюдается снижение активности анонимных пользователей социальных сетей, которые периодически распространяли дезинформацию, но в первое время такие сообщения появлялись чуть ли не каждый день. Как профильные органы с этим боролись?

- Как вы знаете, при Оперативном штабе был создан колл-центр, и там проводилась достаточно большая работа. Пресс-служба Минздрава, в частности, активно работала со СМИ, а также на наших интернет-ресурсах, сайте Минздрава выкладывалась официальная и достоверная информация. Конечно, на первых порах этого не всегда было достаточно, но с каждым разом эта работа становилась все активнее.

Поэтому мы и укрепляем нашу пресс-службу, чтобы максимальным образом построить работу таким образом, чтобы не возникало вопросов у населения, которое должно получать достоверную информацию из первых уст во избежание кривотолков и недопонимания. Мы и дальше будем работать в этом направлении.

- Как вы считаете, нужно ли бороться с "фейками" более жестко и подключать правоохранительные органы?

- Правоохранительные органы этим занимаются, особенно в части провокаций, призывов, нарушающих закон и Конституцию. Тем более в условиях чрезвычайной ситуации это должно пресекаться жестким образом. Повторюсь, если предоставлять людям достоверную информацию, они не будут участвовать в подобных дискуссиях.

- Наши медики в эти месяцы были сильно загружены работой, это продолжается и по сегодняшний день. На ваш взгляд, насколько успешно они приняли этот вызов и как оцениваете их работу?

- Работу наших медиков я оцениваю очень хорошо. Да, на первых порах, конечно, были определенные проблемы. Не скрою, некоторые даже испытывали страх. Не только наше население, но и сами медики впервые столкнулись с этой угрозой. Весь мир не знал, что с этим делать и чего ожидать. Поэтому со временем, когда стали обладать больше достоверной информацией и были обеспечены всем необходимым, опасений и страха стало меньше. Наши медики выполнили тогда и выполняют сейчас свой профессиональный долг.

- Минздрав Абхазии планирует поощрить своих сотрудников?

- Мы поощряем их. Уже произвели доплаты в виде премий, и в последующем эта практика будет продолжаться, пока не завершится проблема с коронавирусом.

- Как оцениваете слаженность работы ведомств, на которые была возложена ответственность за борьбу с этим вирусом? В первую очередь речь идет о Минздраве, МВД, МЧС, СЭС.

- Мы работаем слаженно и четко. У нас все инструктивно прописано, мы на постоянной связи, на все ситуации реагируем мгновенно и содействуем в решении поставленных задач, что дало свой положительный результат, а именно то, что сегодня в Абхазии эпидемии нет.

- Жители Абхазии надеются, что в скором времени откроется граница с Россией. Когда это может произойти и какие условия должны быть для этого в Абхазии и самой России?

- Учитывая то, что у нас эпидемиологическая ситуация стабильная и нет новых случаев на сегодняшний день, в последних распоряжениях президента были прописаны соответствующие послабления в части работы рынков, пунктов общественного питания, салонов красоты, общественного транспорта, но при определенных санитарно-эпидемиологических условиях. Это дало многим гражданам возможность кормить свои семьи, но мы, конечно, понимаем, что открытие границы – это глобальный вопрос, но сегодня этот вопрос пока не рассматривается, так как и с российской стороны граница закрыта. Там эпидемиологический процесс еще не пошел на спад.

Для нас самое главное – это здоровье нашего населения. Прогнозы мы делать не можем, и никто не может этого сделать. Даже эксперты не могут с уверенностью сказать, когда все это закончится. Мы будем действовать в соответствии с эпидситуацией. Да, это сложно для всех нас, но еще раз повторяю, мы должны максимально защитить наше население, иначе нам всем будет нелегко.

Интервью подготовлено при участии пресс-службы Министерства здравоохранения Абхазии.

14019
Темы:
Ситуация с коронавирусом в Абхазии

Постпред России при ЮНЕСКО: Киев ведет себя как дикарь с дубиной на концерте

6816
Постоянный представитель России при ЮНЕСКО Александр Кузнецов поделился своим мнением о "культурных" антироссийских санкциях Украины. Объектами нападок стали крупнейшие центры не только российской, но и мировой культуры.

Санкции Киева против культурных и образовательных организаций из России противопоставляют Украину мировому сообществу, которое, особенно в условиях пандемии коронавируса, всеми силами стремится сохранить доступ людей к памятникам, музеям и культурным площадкам, заявил в интервью корреспонденту РИА Новости Виктории Ивановой постоянный представитель РФ при ЮНЕСКО Александр Кузнецов.

- Александр Игоревич, в конце прошлой недели Украина ввела санкции сроком на три года в отношении учреждений культуры и науки России. В санкционный список попали Русское географическое общество, Эрмитаж, ГМИИ им. Пушкина, Институт археологии РАН, МГУ имени Ломоносова и ряд других учреждений. Как вы можете прокомментировать такое решение Киева?

- Конечно, это – русофобская, пещерная акция киевских властей, которая недопустима не только в международном общении, но и вообще в приличном обществе. Ее уже комментировали многие российские представители, поэтому, чтобы не повторять их слова, я скажу о том, как это воспринимается через призму ЮНЕСКО.

Сейчас, как известно, Организация активно работает над тем, чтобы последствия пандемии коронавируса не поставили под угрозу ценности мировой культуры. В частности, нельзя допустить, чтобы миллионы людей лишились к ним доступа. Речь идет не только об исторических памятниках, которые сейчас закрыты из-за пандемии, но и о музеях, театрах, концертных залах. На этот счет есть несколько конкретных инициатив, в том числе – со стороны российских деятелей культуры.

И мы сейчас обсуждаем с Секретариатом ЮНЕСКО, как лучше все это реализовать, разумеется, с использованием современных информационных технологий, которые позволяют проводить крупные мероприятия на удалении.

На этом фоне получается, что Украина своими действиями фактически противопоставляет себя всему мировому культурному сообществу.

Это выглядит так, словно какой-то дикарь с дубиной пришел и устроил скандал на концерте симфонической музыки. И это печально: в прошлом Украина вносила заметный вклад в деятельность ЮНЕСКО, а сегодня она ассоциируется исключительно с темой конфронтации с Россией. В других областях ее попросту не видно.

Но складывается впечатление, что этот арсенал русофобских затей постепенно истощается. Возникает вопрос – а что дальше? Если теперь объектами нападок стали такие крупнейшие центры не только российской, но и, подчеркну, мировой культуры, как Государственный Эрмитаж, то что потом? Дальше они что, на Майдане будут, подобно нацистам, жечь книги русских классиков? Словом, все это вызывает тягостное впечатление.

- Какие последствия может повлечь это решение для международного сотрудничества?

- Особых последствий для международного сотрудничества я не вижу – в вопросах культуры ЮНЕСКО демонстрирует солидарность. Недавно я беседовал с генеральным директором Организации Одри Азуле, и мы пришли к выводу, что все думают примерно одинаково: как в условиях закрытия крупнейших объектов культуры сохранить к ним доступ, сохранить знания о мировой культуре, о мировом культурном наследии. И именно на этом, я думаю, в ближайшее время будут сосредоточены наши усилия, в том числе, при активном участии России.

- ЮНЕСКО в ответ на запрос РИА Новости отказалась комментировать действия украинских властей, сославшись на требование проявлять беспристрастность по вопросам дел стран-участниц. Как вы считаете, должна ли Организация, которая напрямую занимается культурой и, в том числе, взаимодействует с затронутыми институтами, вмешаться в ситуацию?

- Здесь я с позицией Секретариата ЮНЕСКО не согласен и неоднократно им об этом говорил. Я считаю, что это проявление двойных стандартов. Почему, когда происходят какие-то вещи, которые не нравятся, допустим, западным странам, на них следует реакция Секретариата ЮНЕСКО, а когда мы обращаемся по поводу вопиющих нарушений основополагающих принципов и ценностей ЮНЕСКО – Секретариат молчит и не реагирует?

Речь идет ведь не только о таких акциях, как то, что мы обсуждаем с вами сейчас. Не менее серьезные вещи происходят и в области образования, когда власти в Киеве пытаются вытеснить русский язык из сферы образования страны.

Это коренным образом противоречит не только духу ЮНЕСКО, но и совершенно конкретным юридическим документам, принятым в этой Организации, таким, как Конвенция о борьбе с дискриминацией в области образования.

Мы неоднократно обращали внимание на вопиющие нарушения Киевом этой конвенции, но, к сожалению, внятной реакции так и не дождались.

- Под украинские санкции попали и научные археологические организации и институты Крыма, а также Крымский федеральный университет. Из-за того, что полуостров воссоединился с Россией, ЮНЕСКО ранее отказалась работать с Крымом. Сотрудничество так и не возобновилось? Как сейчас обстоят дела с объектом Всемирного наследия "Херсонес Таврический"?

- У меня такое впечатление, что в Киеве просто не ведают, что творят. Включение в эти так называемые санкции объектов культуры и образования в Крыму лишь подчеркивает то, с каким презрением и равнодушием украинские власти относятся к этим объектам, которые якобы, по их утверждению, находятся на их территории.

Но думаю, что так называемые санкции никакого практического значения не имеют. Потому, что уже давно под давлением Киева и его западных покровителей всякое сотрудничество с партнерами ЮНЕСКО в Крыму полностью прекращено. В том числе это касается и такого объекта всемирного наследия, как "Херсонес Таврический". 

Ведь ЮНЕСКО даже не принимает обязательные по Конвенции 1972 года отчеты о сохранности этого объекта!

Из этого можно сделать вывод, что ни западные страны, ни Украину его судьба вообще не интересует. Для них главное – постоянно держать на плаву в ЮНЕСКО вопрос о территориальной принадлежности Крыма, отрицать исторический выбор, который был сделан в 2014 году, когда огромное большинство населения Крыма проголосовало за его присоединение к России.

Этим вопросом мы занимаемся уже не первый год, и каждый раз видим одно и то же – это чистое политиканство.
Но проблема состоит в том, что вопросы принадлежности тех или иных территорий никакого отношения к мандату ЮНЕСКО не имеют. Это только отравляет атмосферу Организации, навязывая ей политизацию, которая для нее не только несвойственна, но и вообще пагубна, поскольку, как ржавчина, разъедает ее изнутри.

Читайте также: 

Станислав Зась: активность НАТО требует от ОДКБ готовности реагировать

6816

Временный ремонт: на шести улицах Сухума залатают дорожные ямы

15
Частично заменят асфальт на нескольких улицах в столице Абхазии, для того, чтобы полностью поменять дорожное покрытие, нужен также ремонт и замена всех городских коммуникаций.

СУХУМ, 4 июн – Sputnik. Муниципальное унитарное предприятие "Дорожно-ремонтно-строительное-управление" приступило к ямочному ремонт дорог столицы, сообщается на официальном сайте администрации Сухума.

По словам руководителя управления администрации Зураба Ахуба, работы по частичной укладке асфальта продолжаются на протяжении нескольких дней, сейчас ремонт идет на улице Гулиа.

"Многие улицы столицы находятся в плохом состоянии, в дальнейшем там также будут проводиться работы, асфальт мы привозим из Гудауты, вчера привезли несколько машин и сегодня тоже", - говорит он.

© Sputnik / Томас Тхайцук
Работы по укладке асфальта по ул. Гулия

По плану, далее ямочный ремонт будет проводиться по проспекту Аиааира, на улицах Сахарова и Инал-ипа. Работы на улицах местного значения финансируются администрацией города Сухум. Дорожный фонд планирует провести такие же текущие работы по улицам республиканского значения, проходящие через столицу - улицы Лакоба и генерала Дбар.

При этом Зураб Ахуба отметил, что это временное решение проблемы, для того, чтобы уложить асфальт на все протяженности дорог, необходимо провести много дополнительных работ.

© Sputnik / Томас Тхайцук
Работы по укладке асфальта по ул. Гулия

"Для этого нужно поменять коммуникации, водопровод, ливневки, канализацию. На это уйдет много времени, то что мы делаем сейчас хватит на несколько лет, затем, наверное, руководство будет решать вопросы, связанные с коммуникациями, после чего можно будет класть сплошной асфальт", - говорит он.

По словам начальника "Коммунального управления администрации города Сухум" Дмитрия Ахуба, капитальный ремонт дорожного полотна будет произведен после замены всех городских коммуникаций. Подобные работы до 2022 года планируется провести по улице Джонуа, Абазинская и Гулиа.

Читайте также: 

 

15