Алексей Двинянин: у дипотношений России и Абхазии большое будущее

741
(обновлено 17:06 10.02.2020)
В День дипломатического работника посол России в Абхазии Алексей Двинянин рассказал Sputnik о том, как эту дату отмечают в посольстве, оценил уровень дипломатических отношений между странами и чем, помимо рутинной работы, занимаются работники ведомства.

День дипломатического работника отмечается в России 10 февраля. Учрежден он был 31 октября 2002 года, а его исторической основой стала дата создания первого внешнеполитического ведомства России — Посольского приказа, самое раннее упоминание о котором датируется 10 февраля 1549 года.

Sputnik

– Алексей Аркадьевич, расскажите, как проходит День дипломатического работника в посольстве, существует ли какая-то традиционная форма празднования?

– Обычно День дипломатического работника широко отмечают во всех российских загранучреждениях, естественно и в Министерстве иностранных дел на Смоленской площади в Москве. Как правило, проходят торжественные собрания коллективов, разного рода приемы, интервью, фото- и видеовыставки. В этом году в силу объективных обстоятельств мы не успели это организовать, у вас очень активная политическая жизнь, в которую посольство не вмешивается, но тем не менее, безусловно, мы с вниманием, иногда с обеспокоенностью наблюдаем. Поэтому в этом году мы решили ограничиться митингом у мемориальной доски супругам Вишерневым, а вечером планируем неформальный прием с дипломатическим корпусом, куда приглашаем основной состав МИД Абхазии и тех дипломатов, которые сегодня находятся здесь, в частности представителя Приднестровской Молдавской Республики, моего старого друга Гарри Сергеевича Купалба.

В разных посольствах День дипломатического работника отмечают по-разному. Если ситуация спокойная и безмятежная, можно поехать на берег моря, если погода позволяет, я сегодня прочитал, что температура Черного моря плюс девять градусов, это, наверно, немного прохладно, хотя для шашлыка, может быть, и сойдет. Если это где-то в Маврикии, то можно устроить и массовый заплыв.

– Могли бы вы оценить уровень дипломатических отношений между Абхазией и Россией, какие перспективы развития и укрепления отношений двух стран?

– Уровень дипломатических отношений между Абхазией и Россией, безусловно, высок, он высок даже на фоне наших отношений с крупными странами, не побоюсь сказать, что даже с такой великой державой, как они себя называют, Соединенными штатами Америки. Вы, конечно, в курсе серьезной международной обстановки, которая сейчас происходит, против России уже несколько лет введены санкции, санкции абсолютно неправовые, неподтвержденные какими-либо ссылками на международное право, что приводит в том числе к снижению дипломатических отношений. С нашими государствами, слава богу, этого не происходит, причем независимо от того, кто у власти в Республике Абхазия, отношения постоянно развиваются по восходящей.

24 ноября 2014 года был подписан ключевой Договор о союзничестве и стратегическом партнерстве, в развитие которого у нас по различным направлениям от военно-политического до социального стали развиваться и подписываться так называемые секторальные Соглашения. Это фактически подтверждения высокого уровня наших и дипломатических и просто добрососедских отношений. Замечу, что между нашими странами наработана солидная договорно-правовая база, подписано свыше ста документов, которые имеют международную правовую основу.

Это свидетельствует об обоюдном желании быть ближе друг к другу и развивать партнерские связи. У нас успешно работает механизм двусторонней консультации, в прошлом году состоялось сразу несколько встреч между главой МИД Абхазии Дауром Кове и заместителем главы МИД России Андреем Руденко, который курирует закавказское направление. В апреле прошлого года Даур Кове провел обстоятельные переговоры с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Более того, чуть менее месяца назад, Андрей Руденко снова принял в Москве министра иностранных дел Абхазии, то есть по дипломатической линии у нас все развивается динамично и позитивно.

– Абхазию традиционно посещают туристы из России, какое взаимодействие с ними имеет посольство?

– Преимущественно туристами из России занимается наш консульский отдел, в основном люди обращаются за разного рода документами. Тут я не могу быть столь оптимистичным, как ранее, поскольку зачастую у российских туристов крадут документы, с какой это делается целью, мне не известно. Граждане вынуждены обращаться за справками для возвращения на родину, за разного рода свидетельствами, другими документами, подтверждающими их российское гражданство и то, что они проживали в том или ином городе. С одной стороны, уровень туристов растет, в прошлом году Абхазию, по нашим данным, посетило более одного миллиона человек, это приличная цифра. Несмотря на относительно средний уровень инфраструктуры в туристической отрасли в Абхазии, россияне с охотой приезжают сюда. Причем приезжают люди разных возрастов, от детей до пенсионеров. Я сам живу на Кодорском шоссе и зачастую вижу туристов даже в октябре и ноябре, они прогуливаются по пляжу. В беседе они рассказывают, что им импонирует климат в Абхазии, нравятся пляжи. Я бы хотел призвать правоохранительные органы Абхазии более внимательно относиться к российским туристам, наладить четкую систему охраны туристической отрасли от криминала. Это здорово бы помогло увеличению притока туристов в Абхазию.

– Чем, помимо рутинной работы, занимаются сотрудники посольства, как проводят свободное время?     

– Действительно, сотрудники посольства не сидят с утра до ночи в здании, у нас рабочее время с девяти до 18:00, если нет иных срочных заданий. Наши сотрудники по-разному проводят свой досуг, есть театралы, к ним относятся большинство сотрудников посольства, они завсегдатаи РУСДРАМа и Абхазской государственной филармонии. С генеральным директором РУСДРАМа Ираклием Хинтба я знаком очень давно, еще до того как приехал сюда послом, поэтому всегда с удовольствием принимаю его приглашения не только на спектакли, но и на разного рода общественные, культурные мероприятия, например, выставки, которые проводят в фойе театра. Часть сотрудников играет в футбол и настольный теннис вместе с абхазами, кто-то просто любит путешествовать, у вас прекрасная страна и природа. Я знаю, что есть любители собирать грибы, есть несколько рыбаков, несколько раз меня угощали рыбой, которую поймали наши сотрудники.

В посольстве есть свой клуб, где располагается бильярдная, по выходным сотрудники там любят проводить время. В целом, дружелюбное отношение подавляющего большинства жителей Абхазии к русским, особенно к сотрудникам посольства, содействует расширению нашего досуга.

– Какие особенности работы в Абхазии вы могли бы отметить?

– Если очень субъективно, работу в Абхазии можно сравнить с коробкой передач на автомобиле, то мы движемся на высокой передаче, то на низкой, и переключение порой происходит очень динамично и непредсказуемо.

Особенностей много, но они присущи всей дипломатической работе Российской Федерации во всем мире. Чтобы наша работа совместно с абхазским населением проходила более гладко и более предсказуемо, я бы хотел через близкое и фактически родное информационное агентство Sputnik Абхазия передать абхазскому народу пожелание благополучия, мирного неба над головой и счастья. Поздравляю всех российских дипломатов, их родных и близких, а также наших дорогих ветеранов нашей внешнеполитической службы с этим профессиональным праздником.  

Читайте также:

741

Джамбул Жордания

Лучшее впереди: интервью с заслуженным артистом Абхазии Джамбулом Жордания

207
(обновлено 23:17 27.09.2020)
В этом году у Русского драматического театра имени Фазиля Искандера сразу несколько круглых дат: 20 лет уникальному спектаклю "Тартюф", 25 лет со дня основания Высшей театральной студии при театре и 20 лет со дня ее окончания.

Колумнисту Sputnik Алексею Шамба удалось встретиться с одним из первых выпускников Высшей театральной студии Джамбулом Жордания, поздравить в его лице весь коллектив РУСДРАМа и взять небольшое интервью у одного из самых любимых артистов Абхазии. 

- Спасибо за поздравления, Леша! Этот тройной юбилей очень важен для всего театра, особенно учитывая те трудности, с которыми нам пришлось тогда столкнуться. Даже не верится, что нашей маленькой истории уже 20 лет.               

- Как парнишка из Очамчыры решил стать артистом?

- В эту профессию меня привела музыка. Она и сейчас ведет меня по жизни. Все началось с увлечения игрой на гитаре. Когда мне было семь лет, родители, ценители музыки, показали несколько простых аккордов, а уже через год я стал заниматься в Доме культуры в родной Очамчыре у легендарного Резо Нармания. Затем окончил Сухумское музыкальное училище по классу гитары. Во время обучения мы с однокурсниками организовали комик–группу "Шашлык" и развлекали народ на различных мероприятиях. Оказалось, что у меня получается повышать людям настроение, поэтому, когда открылась Высшая театральная студия, я в нее за компанию решил попробовать поступить. 

- Программа, по которой вы учились, была усеченной? 

- Нет. Это было настоящее, полноценное обучение. Занятия проводились очень серьезно, и требования к нам были соответствующие. Мы проходили все необходимые для профессионального актера дисциплины: мастерство актера, сценическую речь, танец, а также историю искусств и многие другие предметы. Наш руководитель курса Мераб Читанава был очень энергичным, деятельным и требовательным преподавателем. В то же время он щедро делился своими знаниями и давал нам возможность проявлять себя. Например, свои первые режиссерские шаги я сделал именно в то время.

- Это же было почти сразу после окончания войны? Как и кому удалось в то сложное время открыть Высшую театральную студию? 

- После Отечественной войны 1992-1993 годов Сухумский государственный русский театр юного зрителя, который в 1991 году был преобразован в Государственный Русский театр драмы, остался без труппы. В нем работали в основном приезжие актеры. И чтобы реанимировать театр и воспитать местные кадры, решили открыть актерскую студию. Директор театра Нина Эдуардовна Балаева смогла убедить руководство республики в необходимости обучения актеров для новой труппы. Финансовых возможностей почти не было, и обучать будущих актеров решили на месте своими силами. Даже сейчас эта задача воспринимается как очень сложная, а тогда обучить на хорошем уровне актеров и, по сути, создать театр с нуля казалось чем-то на грани фантастики. Но Нина Эдуардовна справилась, в том числе за счет своего здоровья. 

- В то время просто жить было трудно, а ты еще и учился. Как удавалось все успевать?

- Большинство из нас на момент поступления были взрослыми людьми, к концу первого курса мы с Аней поженились, поэтому материальный вопрос был для нас очень актуальным. Мы старались использовать любую возможность заработать, что часто приводило к опозданиям на занятия, но не всегда по нашей вине. Приходилось очень много ездить и встречаться  с большим количеством людей. С тех пор каждое опоздание для меня – это стресс. Поэтому когда, наконец, мы все собирались в театре, то работали, что называется до упора, а иногда даже по ночам.

- Кто из первого выпуска студии до сих пор в строю? 

- Из 12 поступивших на наш курс в 1995 году осталось девять. Потом - семь, чуть позже - пять. Затем двое вернулись. Мне удалось сочетать несколько направлений, и супруге моей тоже, поэтому мы из театра никогда не уходили. Сегодня в строю я с Аней Гюрегян, Дима Щукин с Симоной Спафопуло, Марина Скворцова и до недавнего времени Армен Амирбекян. 

- Часто можно услышать о том, что в истории театра есть период до назначения Ираклия Хинтба генеральным директором и после. Ты помнишь свою первую реакцию на это необычное назначение?

- Да, конечно. Огромное удивление, как и у многих. Но после того как Ираклий рассказал о своих планах, удивление сменилось большим интересом. Ну, а когда эти планы стали реализовываться, появилась уверенность в том, что все получится. Было сразу видно, что он серьезно готовился к этому непростому делу. Но главное, что подкупило, – это его абсолютная любовь к театру и порядочность. Русскому театру вообще повезло с руководством на всех этапах. В период послевоенной разрухи директором стала Нина Эдуардовна Балаева, которая не дала театру исчезнуть и приложила огромные усилия, чтобы создать и воспитать профессиональную труппу. Затем руководителем стал Ираклий Ревазович Хинтба, который впервые в Абхазии с успехом применил менеджерский подход к управлению театром и реализовал очень сложную задачу: сделал РУСДРАМ современным, посещаемым и успешным. 

- Какие механизмы он использовал для достижения этих целей? Не секрет, что после его назначения был создан новый Устав театра, в котором Ираклий замкнул на себе почти все полномочия, включая функции художественного совета. 

- Новый директор не был режиссером или актером со свойственными этим профессиям амбициями, поэтому мог использовать все доступные инструменты, не думая, что кого–то огорчит. Основные методы, с помощью которых был сделан этот культурный рывок –  приглашение режиссеров и других театральных специалистов из России, продуманная репертуарная политика, мощная рекламная деятельность, работа со спонсорами и выстраивание грамотных отношений с государством. Результат очевиден: за короткий срок РУСДРАМ стал самым популярным культурным заведением в стране. 

- Трудно пришлось вначале?

- Мы очень долго ждали полноценной работы и интересных постановок. Но даже просто представить, что у нас в театре будет столько разноплановых спектаклей, было невозможно. Сегодня у нас постоянная афиша на несколько месяцев вперед. Мы регулярно выходим на сцену, что очень важно для актеров. Ежегодно в театре как минимум  шесть-семь премьер.

- Ты играешь почти в каждом спектакле, причем, в основном главные и разноплановые, даже разнохарактерные роли. Твоя работа на сцене – это импровизация или строгое следование указаниям режиссера? 

- В театре невозможно просто следовать. Это не кино. Обычно режиссер ставит актеру конкретную задачу. Она заключается в том, что актеру нужно воздействовать на своего партнера. Допустим, партнер – друг. Он ему деньги дает. Можно улыбнуться и поблагодарить, а можно кричать от радости. От этого задача не изменится. Я сегодня так сыграю, а завтра по-другому. Это импровизация, но строго в рамках моей задачи. 

- Какой спектакль для тебя самый сложный по-актерски и почему?

- "Все мои сыновья" Артура Миллера в постановке Антона Киселюса. Я играю в этом спектакле роль Джо Келлера, отца семейства. Камерное пространство сцены и близость зрителей, аналогии происходящего в пьесе с нашей историей и реальностью, необходимость каждый раз глубоко переживать, а точнее, заново проживать каждое событие и каждый диалог – все это очень непросто. Приходится долго и серьезно готовиться не только к каждому спектаклю, но и к каждой репетиции. Это особенная работа, особая режиссура и острые, пронзительные чувства. Спектакль заставляет переоценить многое не только актеров, но и зрителей. Но главное, он требует предельной честности и мужественности.

- В этом году из–за карантина несколько месяцев не было спектаклей. Тебе удалось отдохнуть?

- Отдохнуть? Это не про РУСДРАМ. Для нас отдых – это смена деятельности. Мы реализовали несколько новых проектов. Выпустили кинотеатральные версии "Широколобого" и "Хаджи-Мурата" и получили прекрасные рецензии критиков, много общались со зрителями и нашими российскими коллегами в онлайн-режиме, почти каждый из нас принял участие в моноспектаклях на основе произведений абхазской литературы. В общем, стали осваивать интернет-пространство и получили интересный для себя опыт. Главное, что стало понятным – для развития всегда есть возможности.

- В этом году в РУСДРАМе освоили новую площадку – крышу здания театра, на которой впервые на абхазском языке прозвучали вокальные партии рок-оперы "Иисус Христос – супер звезда". Как рождался этот проект?

- У нас в труппе много поющих актеров как среди нашего поколения, так и среди молодежи, и идею показать наши музыкальные возможности Ираклий озвучивал уже давно. Поэтому, когда начался карантин и появилось больше свободного времени, мы за три недели реализовали этот проект. Я перевел на абхазский язык вокальные партии и сделал кавер–версии музыкального сопровождения. 

- Трансляция этой записи на YouTube канале театра собрала много просмотров. В комментариях часто встречается вопрос о том, как удалось добиться такого чистого и прозрачного звука?

- Здесь нет никаких секретов. Задача заключалась в том, чтобы музыка и вокал гармонично сочетались и дополняли друг друга. Поэтому пришлось очень тщательно подбирать необходимую тональность для каждого вокалиста и не перегружать аранжировку. В результате музыкальное сопровождение состоит из одной гитарной партии и небольшого набора звуков синтезатора. Мне кажется, что получилось неплохо. Чуть позже стало известно о том, что гендиректором принято решение поставить в этом сезоне полную версию рок-оперы "Иисус Христос - суперзвезда" на основной сцене с живым звуком и на двух языках: русском и абхазском. Это будет очень интересный проект, у которого еще нет аналогов в Абхазии.

- У тебя есть свой канал на YouTube, созданный для обучения абхазскому языку. На кого он рассчитан и в чем его особенность? 

- Главное, что хочется сказать сразу, абхазский язык – это не монстр, как думают многие, в том числе, и абхазы. На самом деле его можно освоить в любом возрасте, но начинать лучше с детства. В моем проекте на каждую букву абхазского алфавита написана простая и понятная песенка, которые поют забавные кукольные персонажи. Между буквами создаются и развиваются маленькие истории. Таким образом, ребенок привыкает к правильной абхазской речи, у него формируется понятийный аппарат и произношение. Важно, что эти уроки можно слушать в фоновом режиме, занимаясь другими делами. Этот игровой подход снимает лишнее напряжение у детей и воздействует на подсознание, что очень эффективно. Поэтому изучение абхазского языка может быть приятным и веселым. Особенно хорошие результаты достигаются, когда вся семья включена в процесс.

- Джамбул, ты очень многогранен – разноплановый актер, успешный режиссер, преподаватель. Но когда ты говоришь про музыку, у тебя по-особенному загораются глаза. Мне не показалось? Что для тебя является главным?

- Я так вопрос не ставлю, просто в каком-то направлении у меня больше профессионализма. Я до сих пор себя считаю музыкантом, хотя знаю, что меня уже так никто не воспринимает. На самом деле, четких границ между музыкой и театром не существует. Часто одно перетекает в другое. Например, мои музыкальные знания используются в жизни театра не меньше, чем актерские. Любые записи и аранжировки – все проходит через меня и мою маленькую, но полноценную студию, которая одновременно является и гримеркой, и комнатой отдыха.

- Что самое важное для тебя как для актера?

- Быть честным перед зрителем, и чтобы зритель это почувствовал. 

207

Переток, майнинг и пандемия: глава "Черноморэнерго" рассказал о проблемах отрасли

5014
(обновлено 21:08 21.08.2020)
Новый руководитель Республиканского унитарного предприятия "Черноморэнерго" Михаил Логуа дал первое интервью информационному агентству Sputnik Абхазия.

Он рассказал о том, какие основные проблемы испытывает энергетическая отрасль страны, как относится к запрету майнинга на территории республики и когда следует ожидать перетока электроэнергии из России.

Руководитель "Черноморэнерго" Михаил Логуа сообщил, что в связи с пандемией коронавируса, собираемость за потребленную электроэнергию снизилась с 30 миллионов рублей за месяц до 15-20 миллионов.   

Бадрак Авидзба, Sputnik

– На ваш взгляд, каковы главные проблемы абхазской энергетики? Каковы пути их решения?

– К большому сожалению, проблем много, и большинство из них главные. Можно начать с чего угодно, с состояния самого предприятия, с повышения нагрузок на нашу энергосистему, с состояния основных фондов. Это целый комплекс проблем, без решения которых наша энергетика будет оставаться в таком же плачевном состоянии, а проблемы еще больше усугубятся.

– Какова на сегодняшний день задолженность потребителей электроэнергии?

– Задолженность по потребителям в целом на сегодняшний день составляет порядка трехсот миллионов рублей, при этом большая часть - это физические лица. Это проблема не сегодняшнего дня, она всегда стояла перед компанией. Для сравнения, наша компания сегодня имеет задолженности по налогам, сборам и кредитам в сумме соизмеримой сумме задолженности за потребление электроэнергии нашими абонентами.

Одна из основных проблем - это собираемость денег за потребленную электроэнергию, но мы не сможем собирать у физлиц оплату в полной мере, пока мы не обеспечим всех электронными счетчиками. К примеру, мы не можем не заплатить за телефонную связь, потому что в ином случае у нас отключат телефон. Такой же принцип работы необходим с оплатой за электроэнергию.

Но мы с пониманием относимся к тому, в каком положении находится большая часть нашего населения. Электроэнергия нам обходится примерно в 60 копеек. Если взять в среднем тариф, по которому мы продаем всем категориям абонентов (юридические, физические лица), - это 38 копеек за киловатт. То есть генерация электроэнергии нам обходится дороже, чем ее реализация.

Расчет стоимости электроэнергии
© Sputnik Леон Гуния Расчет стоимости электроэнергии

– Какая динамика собираемости за потребляемую электроэнергию в сравнении с прошлым годом?

– Динамика собираемости по сравнению с прошлым годом ухудшилась, но сравнивать немного некорректно в связи с тем, что очень сильно увеличилось потребление по сравнению с прошлым годом. Если сравнивать в относительных цифрах, то мы собрали всего 29,4% оплаты, при том что за аналогичный период 2019 года было собрано 41,9%. Если даже не брать в расчет период до начала курортного сезона, мы в этом году потребили электроэнергии гораздо больше, чем за аналогичный период прошлого года. При этом надо учитывать, что впереди нас ждет зима.

Если до 2014 года дотации из государственного бюджета составляли от 140 до 250 миллионов рублей, то с 2014 года по текущее время дотации в среднем составляли 15 миллионов рублей. Зачастую и эти заявленные суммы не поступали в бюджет компании. И если до известных событий с пандемией "Черноморэнерго" могло собрать средства на необходимые расходы, то сейчас предприятие даже не покрывает их, не говоря о том, чтобы иметь возможности на развитие.

– Вы сказали, что наблюдается резкое увеличение потребления электроэнергии, с чем вы это связываете?

– В 2018 году было принято решение о запрещении деятельности майнинговых ферм в сетях РУП "Черноморэнерго". Анализ результатов того, что дало это постановление, показывает, что эффективность его стремится к нулю. Кроме того, на мой взгляд, было бы логично одновременно с этим постановлением запретить ввоз оборудования для данного вида деятельности на территорию Абхазии.

Несмотря на запрет майнинга, потребление электроэнергии растет. Компания на сегодня не имеет возможности регулировать данный вид деятельности, несмотря на то, что принимаются определенные меры в этом направлении, которых на данном этапе, к сожалению, недостаточно.

Решение этого вопроса должно быть комплексным, с задействованием всех структур нашего государства. За решение этого вопроса мы должны взяться всем миром.

Люди, которые занимаются этим видом деятельности, должны понять одну вещь, если не будем с пониманием относиться к тому, что наша энергосистема находится в тяжелом состоянии, то света не будет ни у кого.

– Какие рычаги есть у "Черноморэнерго" для выявления незаконных ферм по майнингу криптовалют?

– В ближайшее время мы должны получить полную картину того, кто занимается незаконной деятельностью. Далее, в связи с нормативными документами, которые имеем, мы обязаны их отключать. На практике мы отключаем незаконные фермы, но мы не можем выставить там постоянный пост, на второй день люди снова подключаются. Решить этот вопрос у государства не получается с 2018 года. Прекращение этого вида деятельности было бы наверно, для энергетики хорошим выходом в данных условиях, однако мы все должны понять, что в этом вопросе у нас у всех должен быть государственный подход - за то, что потребляем, надо платить. Подключаться к сетям нужно в строгом соответствии с техническими условиями, выданными нашей компанией, только так мы можем предостеречь себя в том, что из-за работы криптоферм не будут страдать предприятия, которые находятся вокруг, объекты жизнеобеспечения, школы, больницы. Процесс майнинга в Абхазии неконтролируемый, постановление Кабинета министров от 2018 года без запрета на ввоз оборудования привело к тому, что деятельность не прекратилась, а ушла в "серую" зону.

При правильном подходе всех заинтересованных сторон, мы постараемся выработать максимально приемлемую концепцию для энергосистемы и в первую очередь для наших граждан. Это возможно только при наличии соответствующих решений на правительственном уровне.

– Как сказался карантин, введенный из-за коронавируса, и вызванный им кризис на энергетической системе страны?

– Пандемия отразилась на всех, соответственно и на нас в виде уменьшения собираемости за потребленную электроэнергию. Если до карантина за один месяц собиралось до 30 миллионов рублей, то с момента введения ограничений собираемость существенно сократилось до 15-17 миллионов рублей, в лучшем случае до 20 миллионов.

То есть собираем до 20 миллионов, а потратить должны минимум 25 миллионов! И это только, чтобы обеспечить зарплатой, необходимыми материалами, обеспечить наши подразделения на местах горюче-смазочными материалами и всем необходимым для проведения работ.

На момент, когда мы приступили к работе, наш аварийный склад материалов был на нуле. Сейчас время, когда мы должны приступать к эксплуатационным работам, которые необходимы для подготовки к зиме, это очистка линий от деревьев и так далее. А мы в данный момент не можем в полном объеме выделить эти средства.

– 11 августа в Абхазию прибыла делегация из России для изучения технического состояния энергетической системы республики. Как проходит визит российских специалистов? Какие объекты они посетили, какие выводы по итогам сделали?

– Как ранее заявляла вице-премьер, министр экономики Кристина Озган, в одной из рабочих поездок в Российскую Федерацию наш президент поднял вопрос о состоянии нашей энергетики. И приезд этой рабочей группы – это следствие тех договоренностей. Группа в составе 24 специалистов прибыла в Абхазию 11 августа, сроки для работы очень сжатые, десять дней, поэтому они работают без выходных, совместно с нашими специалистами.

Мы уже видим положительные результаты этой работы, но, к сожалению, сроки действительно ограничены, поэтому нам пришлось выстроить график так, чтобы они обратили внимание на наиболее проблемные участки. В их задачу входит обследование наших сетей. Уже сейчас есть ряд серьезных рекомендаций по подготовке к зиме, как проводить эксплуатационные работы. На основании работы этой группы будут даны рекомендации, на что мы должны сделать основной упор. Как потом это будет финансироваться, из Инвестпрограммы или из других источников, будет рассматривать наше руководство.

– Какие перспективы организации перетока электроэнергии из России уже с ноября 2020 года есть сейчас? От чего зависит это решение?

– Одна из очень важных задач прибытия специалистов из России - это организация возможности перетока электроэнергии в Абхазию. В феврале 2021 года ИнгурГЭС как минимум на три с половиной месяца встанет на ремонт. Это необходимый ремонт. Вчера мы посетили этот объект, там реально уже идут потери, и если сегодня не принять меры, то ситуация на будущий год будет еще сложней.

Кроме того, как я говорил выше, существуют очень серьезные нагрузки на сети, которых раньше не было. По прогнозам наших специалистов, стечение целого ряда обстоятельств может привести к тому, что уже к ноябрю мы используем те 40% вырабатываемой ИнгурГЭС электроэнергии, которую потребляет Абхазия (60% потребляет Грузия).

Естественно, на период ремонта на ИнгурГЭС без перетока электроэнергии никак не обойтись, но, возможно, переток понадобится нам и раньше.

5014
Темы:
Майнинг в Абхазии

Такие обстоятельства: Нанба о ранении в день освобождения Сухума и своем спасении

0
(обновлено 22:48 27.09.2020)
Ветеран Отечественной войны народа Абхазии Алхас Нанба рассказал в эфире радио Sputnik о ранении, которое получил в день освобождения Сухума на площади Свободы, и о том, как спасся.
Такие обстоятельства: Нанба о ранении в день освобождения Сухума и своем спасении

Ветерану Отечественной войны народа Абхазии Алхасу Нанба было 23 года, когда он принимал участие в операции по освобождению Сухума от грузинских захватчиков.

27 сентября 1993 года он получил ранение в область шеи на площади Свободы и был доставлен в Новоафонский госпиталь.

"В Афоне, как мне после рассказывали, у меня уже не было пульса. Отдельно отложили и накрыли простыней, как погибшего. Было много раненых. Врач кабардинец проходил и открыл простыню. Спросил, что со мной, ему объяснили. Он сказал, чтобы быстро занесли, мол, попробует что-то сделать. Влили мне литр крови, и я стал подавать какие-то признаки жизни", - рассказал Нанба.

Ветеран не знает имени врача, спасшего ему жизнь, но отмечает, что доктора в то время совершали подвиги не меньше тех, кто с оружием в руках отстоял право на свободу и жизнь.

"На самом деле они проделывали огромную работу и спасали многих ребят. Эти люди совершали большой подвиг", - сказал Нанба.

Более подробно беседа в аудиофайле.

 

0