Война в Сирии, политика Трампа и конфликт в Нагорном Карабахе: интервью Асада

329
(обновлено 12:18 08.10.2020)
Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад дал большое интервью РИА Новости, приуроченное к пятилетию с начала операции российских вооруженных сил в Сирии.

Тридцатого сентября исполнилось пять лет с начала операции российских вооруженных сил в Сирии. В интервью РИА Новости, приуроченном к этой дате, сирийский президент Башар Асад рассказал, можно ли считать, что война в его стране закончилась, что из действий российских военных запомнилось ему настолько, что он будет рассказывать об этом внукам, что стало поворотной точкой в затянувшемся конфликте и что ждет две страны в плане военно-технического сотрудничества.

Он также поделился своим видением причин обострения ситуации в Нагорном Карабахе, оценил перспективы выборов президента США и выдвижения Дональда Трампа на Нобелевскую премию мира. Кроме этого, сирийский лидер сообщил, есть ли у него данные о том, что американцы могут готовить на него покушение. Затронув и самую "горячую" тему последнего времени - коронавирус, Асад рассказал, хотел бы он привиться российской вакциной и нужна ли она сирийцам в целом. 

- Господин президент, спасибо вам большое за возможность провести это интервью в те дни, когда отмечается пятилетие со дня начала российской операции в Сирии. Спустя пять лет, можете ли вы сказать, что война в Сирии завершилась?

- Нет, определенно нет. Пока террористы занимают некоторые районы нашей страны и совершают различного рода преступления и убийства, война не закончена. И я думаю, что их руководители намерены сделать так, чтобы она продолжалась еще долгое время. Вот, что нам кажется.

- Какие моменты героизма россиян вы помните и храните в сердце? Какие из них, на ваш взгляд, заслуживают того, чтобы рассказывать о них внукам?

- Их так много. Я помню, конечно, многие из них. Спустя пять лет сотрудничества сирийской и российской армий в жестокой войне, я думаю, что героизм становится коллективным актом. Это не что-то индивидуальное, это не только несколько конкретных случаев героизма, о которых вы помните. Например, если вспоминать о военных пилотах, воздушных силах, то российские летчики продолжали совершать вылеты против террористов ежедневно, рискуя своими жизнями, а несколько самолетов были сбиты террористами. Если говорить о других офицерах, то они до сих пор поддерживают сирийскую армию не в тылу, а на передовой, а некоторые из них погибли как мученики. Так что однажды я расскажу своим внукам не только о героизме, но и об общих ценностях наших армий, которые сделали нас братьями в ходе войны. Благородные ценности, верность своему делу, защита мирного населения, защита невинных. Много чего можно рассказать об этой войне.

- А какой момент стал для вас поворотной точкой в этой войне?

- Сейчас прошло уже почти 10 лет с момента начала войны, так что я могу назвать несколько поворотных точек, а не одну. Первая случилась в 2013 году, когда мы начали освобождать от "Ан-Нусры" много районов, особенно расположенных в центральной части Сирии. Затем в 2014 году на другом направлении боевики ИГИЛ внезапно появились при американской поддержке и захватили одновременно очень важную часть территорий в Сирии и Ираке. Это был момент, когда террористы начали захват других районов, потому что ИГИЛ удалось отвлечь армию САР от выполнения ее миссии по освобождению западной части страны. После этого другим поворотным моментом стал приход в Сирию россиян в 2015 году, и мы вместе начали освобождать множество районов. На этом этапе после того, как россияне пришли поддержать армию Сирии, я бы назвал еще одной поворотной точкой освобождение восточной части Алеппо. Это тот момент, с которого началось освобождение других районов Сирии. Это было важно из-за значимости Алеппо, потому что этот момент стал началом крупномасштабного освобождения территории, которое продолжилось позднее в Дамаске, затем, совсем недавно, в оставшейся части Алеппо, а также в других районах на востоке и юге Сирии. Это и есть поворотные моменты. Если сложить их вместе, то все они являются стратегически важными, все из них изменили ход этой войны.

- Теперь об актуальных событиях. Мы в России сейчас следим за региональным конфликтом Армении и Азербайджана. И, конечно, Турция играет в нем свою роль. Не буду судить, негативную или позитивную. Но хотел бы задать вопрос о Турции и политике Эрдогана. В последние годы Турция старается максимизировать свое международное влияние. Мы видим ее присутствие в Ливии, вмешательство в ситуацию в Сирии, территориальные споры с Грецией, а теперь – открытую поддержку Азербайджана. Что вы думаете о таком поведении Турции и лично Эрдогана? Должно ли международное сообщество уделять больше внимания этому нео-османизму?

- Позвольте мне высказаться откровенно и четко. Эрдоган поддерживает террористов в Сирии, он поддерживает террористов в Ливии, он был главным подстрекателем и инициатором начавшегося недавно конфликта в Нагорном Карабахе между Азербайджаном и Арменией. Так что в целом его поведение опасно. По разным причинам. Во-первых, потому что оно - отражение линии «Братьев-мусульман», а они – экстремистская, террористическая группировка. Во-вторых, он начинает войны в различных регионах, чтобы отвлечь общественное мнение в Турции от его действий внутри страны, особенно после его скандальных связей с ИГИЛ в Сирии. Все знают, что ИГИЛ продавала сирийскую нефть через Турцию под прикрытием американских ВВС, и о том, конечно же, что турки участвовали в торговле этой нефтью. Таковы его цели, и это опасно. К вопросу о том, должно быть международное сообщество быть в курсе этого или нет. Термин «международное сообщество» в действительности означает лишь небольшую группу стран - великие державы и богатые страны. Назовем их влиятельными на политической арене странами. Большинство этого международного сообщества – соучастники Турции по поддержке терроризма. Так что они знают, что делает Турция, им нравится, что она делает, Турция – инструмент этих стран по внедрению в этом регионе их политики, претворения в жизнь их идей. Поэтому – нет, мы совсем не можем рассчитывать на международное сообщество. Можно было бы рассчитывать на международное право, но его не существует: нет институтов, которые обеспечивали бы применение этого права на практике. Так что нам в Сирии приходится полагаться на себя и помощь друзей.

- И еще о конфликте в Нагорном Карабахе. Поступают сообщения о том, что террористов из группировок, которые раньше воевали в Сирии, перебрасывают в зону армяно-азербайджанского конфликта. Можете ли вы это подтвердить? Есть ли у вас данные о том, что боевики направляются из Сирии в…?

- Мы определенно можем это подтвердить, но не потому что у нас есть доказательства. Иногда доказательств нет, но есть указания на это. Турция использовала в Сирии террористов из разных стран. Она использовала те же методы в Ливии – использовала там террористов из Сирии, может, из других стран. Так что то, что она использует те же методы в Нагорном Карабахе, не требует доказательств, это очень вероятно, потому что, как я уже сказал, именно Турция привела к этой проблеме, начала этот конфликт: она его поощряла. Турция хотела достичь чего-то, и она собирается использовать те же методы.  И мы можем сказать с уверенностью, что она использует террористов из Сирии и других стран в Нагорном Карабахе.

- Давайте перейдем к теме отношений между нашими странами. Планируются ли у вас какие-то контакты или встречи с президентом Путиным?

- Мы находимся в постоянном контакте - главным образом по телефону - всякий раз, когда что-то происходит или есть необходимость в беседе. Конечно, мы продолжим общаться и, конечно, встретимся в будущем, но это зависит от политической ситуации в Сирии. И, как вы знаете, сейчас весь мир парализован пандемией коронавируса, так что в ближайшее время, я думаю, беседы будут проходить по телефону.

- Планируете ли вы поднимать вопрос о новых кредитах для Сирии, новых займах?

- В нашей экономической ситуации мы считаем важным обращаться за кредитами, но в то же время нельзя идти на подобный шаг, не имея возможности затем выплатить эти кредиты. Иначе это станет тяжелым бременем для экономики, так что нужно учитывать эти аспекты. Мы думаем о кредитах, мы обсуждали это с нашими российскими коллегами, но нужно подготовиться к такому шагу, прежде чем говорить об этом серьезно, на практическом уровне.

- Недавно Сирию посетила делегация из России, в том числе, здесь был вице-премьер Борисов. Заинтересована ли Сирия в покупке зенитных систем, таких как С-400? Или, может, нуждается в дополнительных С-300?

- Два года назад мы начали реализовывать план по модернизации нашей армии, и очевидно, что мы собираемся провести эту модернизацию в сотрудничестве с министерством обороны России, потому что вот уже несколько десятилетий наша армия полностью опирается на российские вооружения. Но у нас есть приоритеты, речь не обязательно идет о ракетах. Могут быть в настоящее время и другие приоритеты в том, что касается борьбы "на земле". У нас есть полномасштабный план, но мы должны действовать в соответствии с приоритетами. Обычно мы не говорим о деталях наших военных планов, но в целом, как я уже сказал, это касается модернизации армии во всех аспектах.

- Вы наверняка следите за президентской кампанией в США. Надеетесь ли вы, что новый американский президент, независимо от того, кто им станет, пересмотрит политику санкций в отношении Сирии?

- Мы обычно ждем от американских выборов избрания не президента, а главы корпорации, потому что есть совет директоров, и этот совет директоров состоит из лоббистов, крупных корпораций, таких как банки, оружейные и нефтяные компании и так далее. Так что выбирают главу корпорации, и у него нет ни прав, ни полномочий пересматривать какие-либо решения, он должен их только выполнять. Именно это и произошло с Трампом, когда он стал президентом.

- Раньше он и был много лет генеральным директором…

- Совершенно верно! Он и остался им. Трамп хотел следовать своей собственной политике, проводить ее, и почти поплатился за это: вспомните тему импичмента. Трампу пришлось проглотить каждое сказанное перед выборами слово. Вот почему, как я сказал, не стоит ожидать выборов президента, речь о генеральном директоре. Если вы хотите говорить об изменении политики, имейте в виду -  у вас тот же самый совет директоров, который не меняет свою политику. Генеральный директор может меняться, но совет останется прежним, так что не ждите ничего.

- А кто входит в этот "совет директоров"? Кто эти люди?

- Как я уже сказал, этот совет состоит из групп лобби, которые претворяют в жизнь то, что они хотят, они контролируют конгресс и других, в том числе средства массовой информации и так далее. Таким образом, это альянс различных корпораций, которые действуют в США в своих корыстных интересах.

- Трамп пообещал вывести американские силы из Сирии, но это ему не удалось. Теперь его номинировали на Нобелевскую премию мира. Как Вы считаете, если он сможет вернуть американских солдат домой, он получит премию мира?

- Его номинировали?

- Да.

- Не знал. Если вы хотите поговорить об этой номинации на премию мира, то мир заключается не только в выводе войск, хотя это хороший и необходимый шаг. Но мир – это ваша политика, ваше поведение. Прекращение оккупации территорий, прекращение свержений неугодных правительств только потому, что они вас не поддерживают, прекращение создания хаоса в различных регионах. Мир – это следование международным законам и Уставу ООН. Вот что такое мир, вот за что нужно давать Нобелевскую премию мира. Обама ее получил, он только был избран и ничего не сделал. Единственное его достижение на тот момент, возможно, заключалось в том, что переехал в Белый дом. И ему дали Нобелевскую премию. Думаю, что Трампу ее могут дать за что-то похожее. Не знаю, за что это будет. Но точно не за мир.

- Трамп недавно признал, что он хотел отдать приказ о вашей ликвидации, но бывший тогда главой Пентагона Мэттис его отговорил. Вы об этом знали? Были ли приняты какие-то меры?

- Убийства – это американский метод работы, modus operandi, они делают это постоянно на протяжении десятилетий. Повсюду, во всех уголках мира. Здесь нет ничего нового. Поэтому нужно иметь в виду, что подобного рода планы по различным причинам всегда существовали. И нам в условиях конфликта в Сирии следует ожидать от американцев чего-то похожего. Они оккупировали нашу землю, они поддерживают террористов. Это вполне ожидаемо. Даже если у нас нет такой информации, это должно быть очевидно. Как это предотвратить? Речь не о каком-то конкретном случае или плане в отношении того или иного человека или президента, речь о линии поведения. Ничто не удержит США от совершения подобных жестоких действий и атак, если в международных отношениях не будет баланса, при котором США не смогут уйти от ответственности за свои преступления. В противном случае такое поведение будет порождать все новые преступления подобного рода в различных регионах, и ничто их не остановит. 

- Были ли на вас другие покушения?

- Мне неизвестно о каких-то конкретных случаях. Но, как я сказал, это само собой разумеющееся, что такие попытки или даже, если быть более точным, планы есть. Вопрос только в том: такие планы по-прежнему актуальны или, скажем, поставлены на паузу? Никто не знает.

- Позвольте вернуться к ситуации в Сирии. Вы будете снова баллотироваться на пост президента в 2021 году?

- Пока рано об этом говорить, впереди еще несколько месяцев. Я могу принять решение по этому вопросу в начале следующего года.

- Интересно. Вы поздравили Александра Лукашенко с инаугурацией в Белоруссии. Может быть, вы видите сходство между политическими технологиями, использованными Великобританией и США с целью оказать поддержку белорусской оппозиции, и методами, которые применялись против сирийского государства в информационной войне?

- Я направил поздравление президенту Лукашенко, это естественно. Что касается происходящего в Белоруссии: вне зависимости от сходства двух стран, Сирии и Белоруссии, или различий, вне зависимости от того, происходит ли в стране реальный или искусственно созданный конфликт, Запад – до тех пор, пока он не изменит свою политику гегемонии по всему миру – будет вмешиваться в дела в любом уголке мира. Если у вас в стране есть конкретная проблема – неважно, какого масштаба – Запад все равно вмешается. И если это внутренний процесс, они будут делать его международным, только чтобы вмешаться и влезть в ваши дела. Если у вас нет проблем, они будут делать все возможное, чтобы их создать и сделать международными - для того, чтобы вмешаться в ваши дела. Это их политика.

Так что дело не в том, что именно происходит в Белоруссии. В любой стране - в Сирии, Белоруссии, в вашей стране - есть свои проблемы. А есть ли у Запада право вмешиваться или нет? Это то, чему мы должны противостоять. Итак, вернемся к вашему вопросу. Да, это то же самое поведение, та же стратегия, та же тактика. Единственная разница – в том, какими терминами они оперируют, какие заголовки используют. Они используют одни заголовки для России, другие для Венесуэлы, третьи для Сирии и так далее. То есть дело не в Белоруссии, дело в поведении Запада и его стратегии на будущее, потому что они думают, что подъем России, Китая и других сил в мире представляет для них экзистенциальную угрозу, и единственный способ противостоять ей - это создавать хаос по всему миру.

- Вы уже упомянули коронавирус, его последствия для всего человечества. Болел ли им кто-то из правительства Сирии? Может, вы сами?

- Слава богу, нет. И я не думаю, что кто-то из нашего правительства был инфицирован.

- Это хорошо. А лично вы хотели бы привиться российской вакциной?

- Конечно, в сложившихся обстоятельствах каждый хотел бы привиться от этого опасного вируса. Как я понимаю, эта вакцина еще недоступна на международном рынке, но мы собираемся обсудить с российскими властями, когда она сможет поступить в Сирию. Это очень важно.

- Да, Россия уже заявляла, что вакцина может стать доступна для наших международных партнеров…

- Говорили, что она может быть доступна в ноябре.

- Будете ли вы запрашивать поставки российской вакцины?

- Определенно да. Сейчас это необходимо.

- А в каком количестве?

- Это зависит от того, какое количество вакцины будет доступно. Также нужно обсудить, сколько нам нужно, с органами здравоохранения Сирии.

- То есть вы собираетесь провести детальные переговоры с российскими властями?

- Конечно. Обязательно. Все в Сирии интересуются российской вакциной и тем, когда она будет доступна.

- Сохраняется ли в обществе на фоне вспышки коронавируса запрос на изменение конституции? Ведь пандемия создала новую парадигму в мире и, конечно, в сфере политики. Эти проблемы и ситуация с переговорами в Женеве вызвали сомнение в необходимости изменений конституции. Что вы думаете об этом?

- Нет, никакой связи между коронавирусом и конституцией нет. Мы изменили конституцию в 2012 году и сейчас мы обсуждаем ее в ходе переговоров в Женеве. Мы провели раунд переговоров примерно месяц назад. Из-за пандемии раунды были отложены, но не остановлены. 

В конце концов, женевские переговоры - это политическая игра, это не то, на чем сирийское общество сосредоточено. Сирийцы не думают о конституции, никто об этом не говорит. Их волнуют реформы, которые нам нужно запустить, и политика, которую нам нужно изменить, чтобы удовлетворить их потребности.  Это то, что мы сейчас обсуждаем, то, о чем мы беспокоимся и на чем правительство сосредотачивает свои усилия.   

- То есть вы хотите сказать, что переговоры в Женеве нужно продолжить, вопрос конституции стоит на повестке и что должно быть больше обсуждений? 

- Да, конечно. Мы их начали и продолжим в течение следующих нескольких недель.  

- Будет ли Сирия проводить судебный процесс против “Белых касок”? Должно ли, на Ваш взгляд, быть международное расследование их деятельности? Может, под эгидой ООН? 

- Когда происходит преступление, судят не нож или другое орудие, а преступника. В этом случае “Белые каски” - это лишь инструмент, средство, оружие, которое было использовано терроризмом. Их создали власти Великобритании, поддержали США и, конечно, Франция и другие западные страны, а использовала напрямую Турция. Все эти режимы - настоящие родители “Белых касок”, так что к ответственности должны быть привлечены прежде всего они, до самих “Белых касок”. Сейчас вопрос в следующем: есть ли в международном праве инструменты, чтобы сделать это? Нет, их нет. В противном случае США бы не избежали наказания за свои преступления, например, в Ираке, в Йемене и других местах. Не только США. Еще и Франция, Великобритания, другие страны, в том числе Соединенные Штаты в Сирии. Но как я уже сказал, нет таких институтов, которые бы привели в действие соответствующие законы. Так что нет, мы должны сосредоточиться больше на виновных, истинных виновных, истинных руководителях. А это - западные страны и их марионетки в регионе. 

- Но, возможно, должны быть конкретные шаги и в отношении “Белых касок”? Ведь они все еще продолжают свою деятельность?

- Да, конечно, они преступники. Об ином я и не говорю. Прежде чем стать “Белыми касками”, они были “Ан-Нусрой”. Есть видео и фотографии этих преступников. Их надо судить в Сирии. Но когда вы говорите о “Белых касках” как об организации, то она была создана на Западе. Люди в ней - преступники, но “Белые каски” - это западный институт, экстремистская террористическая организация, на основе “Ан-Нусры”.

- Вы говорите, что присутствие американских и турецких военных в Сирии незаконно. Что вы сделаете для того, чтобы прекратить его? 

- Это оккупация. И в данной ситуации нам нужно сделать две вещи: первое - избавиться от предлога, который они используют для оккупации, то есть террористов, в данном случае - “Исламского государства”. Большая часть мира знает, что ИГ было создано американцами и поддерживается ими, они дают им задания как и любой другой американской силе. Надо избавиться от этого предлога, поэтому уничтожение террористов в Сирии - это главный приоритет для нас. Если американцы и турки не уйдут после этого, вполне закономерно начнется народное сопротивление. Это единственный путь. Их не заставят уйти дискуссии или международное право, так как его нет. Других средств, кроме сопротивления, нет, и это то, что произошло в Ираке. Что заставило американцев уйти в 2007 году? Это стало результатом сопротивления иракского народа.

- Что вы думаете о соглашении между США и сирийскими курдами по добыче нефти? Предпримете ли вы какие-то меры в связи с этим? 

- Это грабеж, и единственный способ остановить его - освободить наши территории. Если этого не сделать, никакие меры не смогут остановить их, потому что они грабители. Вы не можете остановить вора, пока не посадите его в тюрьму или каким-то образом не сдержите его, изолировав от той территории, где он может совершить ограбление. Так же надо поступить и с этими ворами. Их надо выгнать из региона, это единственный способ. И сирийское правительство должно контролировать каждую часть Сирии, чтобы ситуация нормализовалась. 

- Как вы оцениваете ситуацию в Идлибе?  Как Сирия собирается решать проблему изгнания оттуда террористов? Сколько их сейчас там, по вашим оценкам?

- С 2013 года мы приняли определенную, скажем так, методологию работы в отношении регионов, где террористы контролируют большую часть мирного населения или городов. Мы даем им возможность сложить оружие взамен на амнистию от правительства. Это сработало во многих областях Сирии. Но если они не стремятся к примирению, мы вынуждены решать вопрос военным путем, что и происходило во всех районах, которые мы освобождали с 2013 года. Эта методология применима к районам, где произошло национальное примирение и боевики были сирийцами. Однако Идлиб - другой случай: именно там сконцентрировано большинство иностранных террористов в Сирии, поэтому они либо должны уйти в Турцию – они пришли в Сирию оттуда или через ее территорию, - либо вернуться в свои страны, либо умереть в Сирии.

- Возвращаются в Европу? 

- В основном в Европу. Некоторые из них приехали из России, из арабских стран, из очень многих стран мира. Все эти джихадисты хотели приехать воевать в Сирию.

- Сейчас этот район находится, скажем, под присмотром и в условиях совместных операций русских, турок, иногда американцев.  На ваш взгляд, это сотрудничество эффективно? Как этот опыт можно использовать в будущем?

- Нет, я не считаю его эффективным по одной простой причине: если бы это было эффективно, нам бы не пришлось сосем недавно начать боевые действия во многих районах Алеппо и Идлиба, потому что турецкий режим должен был убедить террористов покинуть этот район и дать возможность сирийской армии, сирийскому правительству и учреждениям взять его под контроль, но они этого не сделали.

Каждый раз они берут на себя одно и то же обязательство, однако не выполнили ни одного из своих обещаний или обязательств.  Поэтому я бы не сказал, что это сотрудничество было эффективным. Но давайте посмотрим. У них еще есть шанс оказать давление на террористов, чтобы они ушли с севера от трассы M4 в Идлибе. Это их последнее обязательство по соглашению с российской стороной, но они его так и не выполнили. Давайте подождем и посмотрим.

- Рассматриваете ли вы возможность переговоров с Израилем в плане прекращения враждебных действий?  И возможно ли, что в будущем Сирия установит дипломатические отношения с Израилем, как это недавно сделали некоторые арабские страны?

- Наша позиция по этому вопросу была ясна с начала мирных переговоров в девяностых годах, то есть почти три десятилетия назад, когда мы сказали, что мир для Сирии – это о наших правах. Наше право – это наша земля. У нас могут быть нормальные отношения с Израилем только тогда, когда нам вернут нашу землю. Все очень просто. Это будет возможно тогда, когда Израиль будет к этому готов, а он не готов. Он никогда и не был готов: мы никогда не видели в израильском режиме официального лица, готового сделать хоть один шаг к миру. Поэтому теоретически да, но практически пока что нет.

- Мне казалось, что новости о нормализации отношений других арабских стран с Израилем станут стимулом к началу переговоров об этом между Сирией и Израилем. Но, насколько я понимаю, таких переговоров нет?

- Нет, абсолютно никаких переговоров, абсолютно ничего.

- Вы уже упомянули усиление ваших вооруженных сил. Есть ли для этого какие-то препятствия?

- Когда вы говорите о крупных проектах, у вас всегда есть препятствия. Но вы можете преодолеть их. Нет ничего невозможного. Иногда это могут быть финансовые препятствия, иногда это может касаться приоритетов, иногда это касается ситуации на земле. Это единственное препятствие. В остальном - нет, у нас нет никаких препятствий. Мы движемся вперед в этом направлении, но на это нужно время. Это вопрос времени, не более того.

- Некоторые международные игроки говорят, что для многих западных правительств и, возможно, бизнеса выход Ирана из Сирии является предварительным условием для экономического восстановления страны и сотрудничества с сирийским правительством. Согласится ли на это Сирия? Попросит ли Дамаск Иран уйти из страны, и если да, то когда?

- Во-первых, у нас нет иранских сил, и это абсолютно очевидно. Они поддерживают Сирию, направляют военных экспертов, которые работают с нашими войсками на земле, находятся с армией Сирии. Но давайте рассмотрим один конкретный пример: около года назад американцы сказали россиянам, чтобы те «убедили иранцев отодвинуться на 80 километров от границы с Голанскими высотами», оккупированными израильтянами. Несмотря на то, что никаких иранских военных там не было, иранцы проявили себя очень гибко, они сказали: "Хорошо, иранского персонала не будет южнее этой линии". Американцы заявили, что если будет договоренность по этому вопросу, то они начнут вывод из оккупированной восточной части Сирии на границе с Ираком, называемой ат-Танф. Но ничего не произошло, они (американцы) не ушли. Так что вопрос Ирана – повод для оккупации сирийской земли и поддержки террористов. Он используется как маска для прикрытия их реальных намерений. Единственный путь, при котором они выполнят то, что говорят, это когда Сирия станет государством-марионеткой Соединенных Штатов. Это то, что они хотят, и ничего более. Все остальное, о чем они говорят, - ложь, сфабрикованные обвинения. Так что, я не думаю, что есть какое-то реальное решение вопроса с американцами до тех пор, пока они не захотят поменять свое поведение.

- И последний вопрос. Есть ли что-то, чем вы гордитесь? И о чем вы жалеете из того, что сделали или не сделали?

- За время войны?

- За время вашего пребывания на посту президента.

- Тут надо видеть разницу между политикой и ее реализацией. Что касается политики, с самого начала мы сказали, что собираемся прислушиваться к народу Сирии, поэтому реформировали конституцию в 2012 году. Мы сказали, что собираемся бороться с террористами и продолжаем заниматься этим спустя десять лет. Мы сказали, что должны сохранить нашу независимость – национальную независимость, и это то, за что мы сражаемся, и нам необходимо создавать союз с нашими друзьями. Что касается этой политики, я думаю, мы были правы. Что касается недоверия к Западу, мы были правы по многим фронтам. Что же касается реализации политики, то речь идет о тактике, о многих вещах, про которые можно сказать, что они были ошибочными. Например, были ли попытки примирения правильными? Я так говорю, потому что в ряде районов те люди, которые были амнистированы, не стали жить по закону. Так что вы можете сказать, что это было неправильным, но на самом деле примирение было очень важным шагом. Я не думаю, что мы были неправы в плане политики. А в сфере реализации везде есть много ошибок, иногда и каждый день.

- Господин президент, наше время заканчивается. Спасибо вам еще раз за откровенное и продолжительное интервью!

- Спасибо! Спасибо, что приехали в Сирию.

- Спасибо вам большое.

329

Шамба о Пицунде: "золотой" ребенок, который мог бы кормить всю страну

11519
(обновлено 19:48 14.02.2021)
Глава курортного города Пицунда с населением около 4,5 тысячи человек Алхас Шамба дал эксклюзивное интервью корреспонденту Sputnik Абхазия Бадри Есиава.

О том, почему Шамба считает Пицунду "золотым ребенком" с большим потенциалом, как город переживает период пандемии и как в этих условиях прошел курортный сезон, а также почему налоговая система страны "не справедлива" к Пицунде, как власти борются с незаконным майнингом и какие работы запланированы в городе, читайте в интервью Sputnik.

© Sputnik / Томас Тхайцук
Глава администрации г.Пицунда Алхас Шамба

- Алхас Валикович, весь мир и Абхазия в частности переживает период пандемии коронавируса. Как Пицунда преодолевает трудности, связанные с этим, и какие издержки понес город?  

- Пандемия, конечно же, повлияла на курортный сезон. Июнь и июль были потеряны. Да, сентябрь и октябрь перекрыли какую-то часть этих издержек, но не все. При этом надо отметить, такого сентября, как в 2020 году, по количеству туристов у нас еще не было за всю послевоенную историю Абхазии. Когда Бог что-то отнимает, он что-то дает взамен. Можно сказать, у нас отняли пол-лета в связи пандемией, но погода порадовала до середины октября.

Хотелось также отметить, что покупательная способность туристов в прошлом году была значительно выше. То есть к нам приехали люди со средним достатком, которые обычно отдыхают на более дорогих курортах. Мотивы их были разными: кто-то по политическим причинам, другие - в связи с тем, что где-то курорты были закрыты. Я надеюсь, что мы сделали все возможное для того, чтобы они снова приехали к нам отдыхать и дали нам шанс показать свой город во всей красе, мы постараемся еще больше улучшить сервис к этому времени.

Точные цифры по количеству туристов прошлым летом я назвать не могу, так как многие отдыхали в частном секторе, но, думаю, что мы превысили рубеж в 60% от показателей предыдущих лет. Наша основная поддержка в этом плане со стороны РУП ОПК "Курорт-Пицунда", по которому пандемия в 2020 году сильно ударила. Выручка этого предприятия составила около 25% от общего объема доходов в сравнении с прошлыми сезонами. Это связано только с пандемией.

Не могу не отметить, что в летний курортный период преступность у нас в городе была почти на нулевом уровне. Сложно сказать, с чем именно это связано. Возможно, люди поняли, что, может быть, это один из последних наших шансов принять гостей на должном уровне, иначе последующие сезоны будут определенно провальными.

Также во время закрытых границ мы попробовали вырастить кукурузу для того, чтобы помочь населению с мукой, но этот проект был неудачным. Мы засеяли восемь гектаров земли свободных полей, но засуха не позволила собрать урожай. Мы все равно возобновим эту работу. Даже если будет хороший турсезон – это не значит, что сельским хозяйством заниматься не надо.

- Какие были настроения среди населения Пицунды, когда закрыли границы? Чувствовалась ли в обществе некая паника, опаска или же люди спокойно приняли эту ситуацию, и как жители города прислушивались к рекомендациям медиков? 

- Наша страна переживала и худшие времена. Поэтому паники не было в обществе. Даже если границу не открыли бы и курортный сезон не состоялся бы, думаю, мы как-то это преодолели бы. Конечно, все надеялись, что курортный сезон наступит, и ближе к середине июля уже было понятно, что он состоится. К нам приезжали представители Роспотребнадзора, и мы вместе с ними посетили разные туробъекты, в том числе "Курорт Пицунда". Они были приятно удивлены, и нареканий никаких не было. Это тоже сыграло свою роль для того, чтобы сезон начался 1 августа.

Парадоксально, но факт. Почему-то в период закрытых границ люди больше придерживались рекомендаций медиков, чем после открытия. Дисциплина тогда была на уровень выше, чем сейчас. Не знаю в чем причина. Может, расслабились люди или просто привыкли к таким условиям. Заболевших коронавирусом в Пицунде немного, но они есть.

В конце декабря 2020 года при нашей больнице открыли дневной стационар, где пациенты проходят курс лечения от COVID-19. В целом сейчас в нашем городе, как и по всей стране, наблюдается спад заболеваемости, что не может не радовать. Работой стационара я доволен и, на мой взгляд, если говорить о медицине в Абхазии с учетом всех сложившихся условий, по пятибалльной шкале, она на "шестерку". Я благодарен нашим медикам.

- Среди ваших близких родственников, друзей и знакомых много людей заразилось коронавирусом?

- В этом плане мне повезло. Среди членов моей семьи никто не заболел, есть единицы людей среди дальних родственников, которым не удалось избежать этого. Даже были летальные исходы. В целом по Пицунде, если мне не изменяет память, пять-шесть человек умерли от этого вируса.

- Проводятся ли сейчас какие-либо восстановительные работы в Пицунде. Если да, то на какой они стадии?

- Уже подходит к завершению укладка асфальта от центра Пицунды к республиканской трассе за счет средств Инвестпрограммы. Сначала мы думали, что асфальт будет до самого пицундского поворота, но, когда я увидел документы о количестве квадратных метров и толщине дорожного полотна, понял, что на всю эту площадь средств не хватит. Мы скоординировали действия со строителями и решили пропустить участок в районе пансионата "Самшитовая роща" примерно в 2,5 километра, так как тот участок в хорошем состоянии. За счет этого промежутка, возможно, асфальт доведут до трассы. Если нет, то в свое время премьер-министр обещал, что государство попробует найти на это внутренние резервы. Сегодня на эту работу выделено 84 миллиона рублей, но, поверьте мне, по нынешним ценам эта сумма небольшая. С каждым днем все дорожает.

- Как вы оцениваете качество работ по укладке асфальта?

- Об этом не мне судить. Есть Управление капитального строительства, которое даст свою оценку. Я могу сказать, что безалаберности со стороны ремонтников нет. Слой асфальта пять сантиметров, но в некоторых местах идет утолщение до 10-12 сантиметров. Сам мерил. В любом случае мы благодарны за сделанное. Как говорится, дареному коню в зубы не смотрят.

В черте города у нас есть улицы в плохом состоянии. Их шесть. В эту Инвестпрограмму включить их не удалось, но нам обещали, что в следующем году, скорее всего, они будут включены. Прежде чем начать ремонт дорог, нужно отремонтировать тротуары. Я считаю, что должна быть государственная программа по благоустройству именно Пицунды, потому что она в отличие от большинства районов страны, приносит существенную прибыль.

По моим данным, на территории Пицунды ежегодно собирают налогов в размере не меньше 130 миллионов рублей. Бюджета своего у Пицунды нет, и город находится в смете расходов Гагрского района. Тратится на Пицунду, включая расходы на все школы, детский сад и больницу, менее 50 миллионов рублей. Администрации города выделяется около 19 миллионов рублей в год, девять с половиной миллионов рублей из которых тратится на МУП "Управление городского хозяйства" и около четырех миллионов рублей на отдел мелиорации и сельского хозяйства. 3,8 миллиона рублей направлены на содержание администрации. И как с такими суммами можно говорить о развитии?

  • Многоэтажные дома в Пицунде
    © Sputnik / Томас Тхайцук
  • Дети играют футбол
    © Sputnik / Томас Тхайцук
  • Пицундский храм
    © Sputnik / Томас Тхайцук
  • Детская площадка
    © Sputnik / Томас Тхайцук
  • Пожарное отделение Пицунды
    © Sputnik / Томас Тхайцук
1 / 5
© Sputnik / Томас Тхайцук
Многоэтажные дома в Пицунде

Несмотря на это, мы пытаемся найти выход из положения. К примеру, УГХ сейчас занимается освещением города за счет демонтажа старых столбов в местах, где нет домов, и устанавливает их по улице Транспортная. Дополнительно эту улицу будет освещать шесть фонарей. Также вопрос с освещением будет решен в одном из микрорайонов, расположенном на въезде в город. То есть, вопросов у меня к этому управлению нет в плане уборки, озеленения и освещения, но надо понимать, что у нас нет возможности развиваться комплексно. Мы развиваемся только за счет помощи наших предпринимателей, партнеров и друзей, которые любят свой город. Мы зарабатываем в три раза больше, чем тратим и в бюджете администрации даже не заложены расходы на ямочные работы. Поэтому нам приходится просить о помощи. Кто-то нам цемент бесплатно предоставит, кто-то отсев, и мы так латаем дыры. По моим подсчетам и нынешним ценам, на ремонт всех дорог в черте города нам хватило бы около десяти миллионов рублей.

- Какие первоочередные задачи вы, как глава Пицунды, ставите перед собой в обозримом будущем?

- Пицунда – это "золотой ребенок", который даст дивиденды в свое время. Если в Пицунду будут вкладывать деньги в течение трех лет, то она будет 15 лет кормить всю Абхазию. А если нам хотя бы на два года дадут налоговые каникулы, нам больше ничего не будет нужно, и мы не будем ничего просить. За два года и на эти 260 миллионов рублей мы решим главные проблемы города. Приведу пример. Если обращали внимание, по пути в Пицунду есть остановка по проекту архитектора Зураба Церетели в виде ракушки. На ее реставрацию нужно два миллиона рублей. Также есть проект стелы, которую планируем установить на въезде в Пицунду, но каким образом нам это все сделать, если на всю администрацию в год тратится три миллиона рублей?  

Когда все в захолустном виде, сколько ни убирай, ощущения чистоты все равно не будет. Когда появятся тротуары, появится асфальт, разметка, освещение, как в Гудауте, то и взгляд на Пицунду будет другим. Преобразилась ведь Гудаута? А мне больно и обидно, что у нас такого не происходит.

У нас есть идея по открытию при УГХ цеха, где изготавливали бы тротуарную плитку и бордюры. Мы могли бы сами зарабатывать на продаже этой продукции частным лицам и использовать ее для нужд города. Бывшее в употреблении оборудование для такого цеха стоит примерно шесть-семь миллионов рублей.
Неудобно говорить, но у нас даже нет общественного туалета в центре города, но этот вопрос я любыми путями решу сам до лета. 10 июня у нас День города, и я хочу организовать праздник. Хотя многие предлагают перенести его на август, когда будут деньги, но в августе нам уже надо готовиться к Дню Победы. 

Немного хочу рассказать о нашем городском парке имени серебряного призера Олимпийских игр Саиды Гумба, нашего боевого друга и кавалера ордена Леона, "Ахьдз-Апша" III степени. Место должно соответствовать человеку, чье имя оно носит. Мы хотим увековечить ее память и, скорее всего, в следующем году получится это сделать. Я мечтаю, чтобы этот парк стал местом отдыха не только для жителей Пицунды, но и для всего Гагрского района.

Площадь парка составляет более одного гектара. В его благоустройстве нам помогает государственная корпорация "Росатом", представителем которой в Абхазии выступает "Ассоциация предприятий Минатома" - проще говоря, пансионат "Литфонд" в Пицунде. Елку, которую мы ставим в парке, подарили они, лавочки, урны - тоже их подарки.

Также необходимо восстановить детсад, ремонт которого длится уже четыре года по Инвестпрограмме. При первой же возможности мы хотим поменять крышу этого детсада, так как она была сделана не по правилам. В здание по стенам проникает вода. Можно сказать, что половина здания уже уничтожена. Еще один год, и там нечего будет восстанавливать. Все придется ломать и строить заново. Цена вопроса – три миллиона рублей. Второй детский сад для Пицунды необходим. Тем более в условиях пандемии, когда нельзя собирать большие группы с учениками.

Идем дальше. У нас есть Дом культуры, который планировали отремонтировать, по-моему, при всех президентах Абхазии, но это так и не произошло. Около восьми-десяти лет назад там был пожар, и с тех пор во всем здании работает несколько кабинетов. Помню, в былые времена там был кинозал, актовый зал со сценой. Дом культуры нужен городу. У нас есть много творческих кружков. Дети ютятся в одном кабинете, но у каждого должен быть свой уголок. Хочу отметить, что в Доме культуры новый молодой директор Тимур Агрба. Это специалист от бога, очень талантливый – он музыкант, хореограф, пишет сценарии для детских спектаклей. Мы его уговорили возглавить это учреждение, и он уже приступил к оптимизации работы. Но техническая и финансовая сторона проблемы очень сложны.

Хотелось бы еще привести в порядок наш рынок и подъездные пути к нему. Если в этом году не получится, то сделаем в следующем году. Не могу не вспомнить наш историко-культурный объект Пицундский храм, который расположен на территории бывшей крепости и относится к заповеднику "Великий Питиунт". Там же находится древнее городище, где в свое время пребывали легионы римских императоров Нерона, Веспасиана. Хочется, чтобы в будущем это место стало культурным и туристическим объектом, но для этого нужно провести раскопки и подготовить проект для проведения там экскурсий.   

28 лет прошло со дня окончания нашей войны. С тех пор ни одного метра мы не построили вокруг Пицундского заповедника. Если это, наконец, сделать, то и проблем с самостроем не будет, там не появлялись бы различные кафе. Мы все в этом виноваты. Если брать в расчет сам заповедник и село Лдзаа, где в советские годы тоже был забор, то протяженность ограждения будет в пределах 16 километров.

- Пицунда всегда славилась своим самшитом, но из-за самшитовой огневки этот редкий вид растения был уничтожен. Рассматриваете ли вы возможность восстановления самшита?

- Мысли такие, конечно, есть, но пугает то, что выращивание самшита – это для нас сейчас далекое будущее. Нам сложно думать о вещах, которые будут через 100-150 лет, так как самшит растет очень медленно. Мы сожалеем о том, что нам не удалось сберечь самшит, особенно при том, что есть прецеденты, где его сумели сохранить. Раз это получилось в Рицинском нацпарке, то могло и у нас получиться.

- Пожалуй, самая актуальная тема в стране наряду с пандемией – это майнинг криптовалют. Как в вашем городе обстоят с этим дела, и испытывает ли Пицунда сложности с энергоснабжением?

- В целом, напряжение в наших сетях достаточное, так как электропровода в хорошем состоянии. Хоть они и не новые. Серьезных проблем с незаконным майнингом у нас нет. Была нагрузка на одном фидере, и энергетики поняли, что там происходит что-то неладное. В результате были отключены три криптофермы, которые потребляли 2,4 мегаватт электричества. До этого случая тоже одна ферма была обнаружена, но она уже демонтирована, и оборудование было вывезено владельцами.

Это были крупные фермы по 100-200 "машинок", но я знаю, что есть люди, которые установили это оборудование у себя в квартирах. Хочу обратиться к ним: "Отключите, пока не поздно. Потом закончится плохо, и начнутся обиды, потому что в ближайшее время мы будем ходить по домам и выявлять на местах подобные случаи. Дорогие пицундчане, ради своих соседей отключите свои мини-фермы на время действий ограничений".  

Что касается майнинга, я считаю, что эти деньги "с воздуха" не должны были пройти мимо Абхазии, но мы, как всегда, не справились. И не только в этом. Мы не можем справиться со справедливым распределением благ во всех сферах, начиная от рыбы и заканчивая лесом. Придет время, когда у нас начнутся серьезные проблемы с питьевой водой. Как бы страшно это ни звучало, наступит время, когда мы должны будем быть готовы к войне за ресурсы. Я не позиционирую себя пророком, но все к этому идет.

На сегодняшний день с водой в Пицунде особых проблем, например, как в Гагре, нет. Я всегда говорил, что водоснабжение – это наша сильная сторона. Вы можете пойти проверить напор на 16-м этаже жилого дома, и сами в этом убедитесь. Кстати, я сейчас вспомнил, что недавно сказал о том, что проблем со светом нет, и у нас загорелась трансформаторная подстанция. Один район на два дня остался без света. Сейчас хвастаюсь водоснабжением, и тоже что-то произойдет. Лучше скажу, что у нас эти направления на "четверочку" и не буду притягивать неудачу.

- А как обстоят дела с оплатой за электроэнергию в Пицунде?

- Гагрский район в этом плане на одном из последних мест в стране. В Пицунде тоже низкая собираемость, но сейчас ситуация с этим немного улучшилась. Я связываю это с усилением работы УГХ в этом направлении, агитационной работой среди населения.  

- Следующий вопрос от любителей спорта из Пицунды, которые интересуются, возможна ли поддержка со стороны администрации футбольному клубу "Киараз", и могут ли они рассчитывать на финансовую помощь для развития спорта в городе?

- К сожалению, я вынужден огорчить любителей спорта из нашего города. Нет, поддержка футбольного клуба пока не представляется возможной. Только моральная поддержка может быть с нашей стороны, так как у нас нет своего бюджета, а в бюджете района не заложено содержание второго клуба. Есть "Динамо-Гагра", который тоже еле-еле поддерживают финансово. В данный момент "Киараза" как такового уже нет. Этот клуб последний раз выступал семь-восемь лет назад.

Сегодня футбол уходит в небытие, но мы надеемся, что с приходом на должность председателя Госкомитета по делам молодежи и спорту Джамала Губаз, который был футболистом, это направление возродится.

В Пицунде два мини-футбольных поля, где ежегодно проводим турниры. Также есть баскетбольная и волейбольная площадки, есть секция по боксу, которой руководит судья международного класса Валерий Арлан. Также функционирует секция по борьбе. Тренирует Анри Кетия, который заслуживает только похвалу. Работает футбольная секция для совсем еще маленьких детей.

Был период, когда среди молодежи происходил какой-то спортивный бум. На День Победы мы провели чемпионаты по волейболу, баскетболу, шахматам, но по футболу не смогли, кажется, кто-то из игроков женился, и все ребята были там. Этот кубок до сих пор стоит у меня в кабинете. Надеюсь, когда-нибудь мы его вручим.

Наша спортивная общественность собирается в ближайшее время подготовить письмо на имя руководства страны о строительстве спортзала, дворца спорта. Я только за это, но у нас еще столько разных проблем, и я не уверен, что это будет рассмотрено. Конечно, было бы отлично, если это случилось, и потенциальный дворец спорта обладал бы районным значением.

- Алхас Валикович, вы коренной житель Пицунды, и, наверное, у вас есть какая-то история или детское воспоминание о своем родном городе.

- Таких историй много, конечно. И военные, и советского периода, но мне вспомнилось, как я учился плавать в нашем бассейне под открытым небом, где сейчас расположен дельфинарий. Бассейн был с подогревом, и секция плавания работала круглый год. Помню, как однажды зимой пошел снег, и мы плавали в нем. От воды шел пар, а перед погружением перекрывало дыхание.

Вероятно, в скором времени дельфинарий придется перенести. Конечно, не хочется прощаться с нашими дельфинами, но этот бассейн, длина которого 33 метра, должен снова заработать, как в былые времена.

- Какие еще планы у вас намечены в работе на ближайшее время?

- У Пицунды есть города побратимы – российские Курск, Невинномысск, Дмитров, Кингисепп и итальянский Сан-Джованни. В ближайшее время мы планируем начать работу по налаживанию контактов и отношений с ними. Также рассматривается возможность подписания соглашения о побратимских отношениях с городом Бор Нижегородской области с населением более 200 тысяч человек. Мы очень надеемся, что мы будем им интересны так же, как и они нам с точки зрения бизнеса, культурных и спортивных связей.

Пицунда входит в экспертный совет территорий расположения атомных электростанций, хотя таких станций у нас нет, но есть пансионат "Литфонд". Благодаря этому мы рассчитываем наладить контакты с городами, где находятся эти станции.

11519

Наряд в Абхазию: интервью с трудовым мигрантом

2217
В Абхазии есть люди, которые работают, чтобы прокормить свои семьи, находящиеся от них за несколько тысяч километров. К ним прилипло определение "гастарбайтеры".

Незаметные и ненавязчивые. Что мы о них знаем? По большому счету, кроме нескольких стереотипов, ничего. А что они знают и думают о нас? Можно, конечно, сказать: какая разница, кому до этого есть дело? Но мне захотелось найти ответы на эти вопросы, и я решил пообщаться с трудовыми мигрантами, пишет колумнист Sputnik Абхазия Алексей Шамба.

На поверку это оказалось не таким уж легким делом. Давать интервью большинство из них отказывалось. Типичных объяснений было несколько: "плохо говорю по-русски", "а зачем мне это нужно", "как бы чего не вышло..."  И вообще видно, что эти люди не привыкли, что называется, высовываться. Ситуация осложнялась тем, что сфер, в которых заняты мигранты, тоже немало. Кроме того, редко кто из рабочих действительно хорошо владеет русским языком. Но мне повезло, я познакомился с руководителем строительной бригады.

Итак, Сергей, 52 года, родился, вырос и до 2000 года жил в Узбекистане, папа русский, мама узбечка. Прекрасное владение русским языком, высшее педагогическое образование советского образца. Характер тяжелый, натура малообщительная, глаза хитрые, руки мозолистые. От предложения дать интервью сначала отказывался, но я не сдался. В течение нескольких дней приходил на объект, где он руководил бригадой, и разговаривал с его сотрудниками. Наконец, спустя два дня, он сам согласился побеседовать со мной, чтобы я не отвлекал рабочих своими вопросами.

Дорога в Абхазию

- Сергей, что заставило учителя заниматься строительством, да еще и за границей?

- Крайняя нужда. В 1993 году я окончил пединститут и стал работать в школе учителем русского языка и литературы. Через год женился, появились дети, очень скоро почувствовалась острая нехватка денег. В начале 90-х годов в Узбекистане жить было нелегко. Никогда не думал, что в нашем многонациональном дворе будут выяснять, кто имеет право жить в своей квартире, а кого можно "попросить" уехать. Ну, этот сценарий и в Абхазии хорошо известен, к сожалению. Какое-то время пробовал заниматься частным извозом и репетиторством, но это принципиально ситуацию не улучшило. Поэтому, когда двоюродный брат предложил поехать в Россию на заработки, я к этому был уже готов. Тем более, в студенческие годы мне пришлось подрабатывать на стройке, поэтому я примерно знал, чем придется заниматься.

- Жена была против твоего отъезда?

- Была. И тогда, и сейчас. Но когда у вас трое детей, на жизнь начинаешь смотреть шире. Она видела, как я на протяжении нескольких лет пытался содержать семью в достатке, получалось плохо, и мы решили рискнуть.

- Где ты работал до приезда в Абхазию?

- С 2000 года я работал в Краснодаре, а затем на строительстве спортивных объектов в Сочи. После Олимпиады наша бригада распалась: одна часть нашла работу в Краснодарском крае, а другая, включая меня, решила поехать в Абхазию и посмотреть на все своими глазами. По тем обрывочным сведениям, которые у нас были, ехать к вам не стоило, так как у вас часто кидали рабочих на деньги. Но по опыту я знал, что лучше все изучать самому. До моего отъезда в Краснодар тоже рассказывали истории о закатанных в бетон узбеках.

Под "крышей"

- То, что ты увидел в Абхазии, тебя не испугало?

- Мы увидели, что почти вся страна в руинах, но при этом много туристов, дорогих автомобилей и строительных магазинов. Стало понятно, что деньги у людей есть, и зарабатываются они относительно легко, с помощью сдачи жилья в аренду, а рабочих рук не хватает. Это идеальные условия для трудовых мигрантов.

- У тебя были опасения по поводу переезда, все-таки Абхазия - это другая страна?

- Для нас имеет главное значение несколько факторов. Самые основные - это постоянный объем работы и регулярные выплаты. Через неделю после приезда мы уже получили объект для работы. Надо было поменять крышу в частном доме в Сухуме, материалами нас обеспечили, питание предоставили, жили на объекте. Через неделю мы закончили, с нами рассчитались и даже разрешили пожить в этом доме. Я осторожно подумал, что проблемы гастарбайтеров в Абхазии слегка преувеличены, и все будет хорошо. Ах, как я ошибался. На следующем заказе нас банально кинули на деньги. Но мир не без "добрых" людей. Меня познакомили с парнем, который умеет решать вопросы за небольшой процент от суммы. Через несколько дней проблема была решена, а я понял, как вести здесь дела. Просто нужна была "крыша". Она может быть любой: от органов власти до жуликов. Самый лучший вариант – это работать на объекте всеми уважаемого человека напрямую, без посредников.

- Сильно отличаются условия жизни у нас и в Сочи?

- Если говорить про климат, то он в Абхазии мягче, поэтому можно работать на улице круглый год, но я уже 20 лет на свежем воздухе, поэтому температура и влажность для меня не имеют большого значения. А вот жилищные условия у вас намного лучше.  В Сочи мы снимали  одно койко-место за восемь тысяч рублей в месяц. Оно представляет собой прямоугольник шириной в один метр и длиной в два метра. Этого хватает, чтобы положить обычный матрас. В одной комнате в среднем таких мест шесть. В трехкомнатной квартире – 18. Нередко используется два, а то и три яруса. Общий туалет и кухня. Моя "берлога" была далеко от объекта, поэтому приходилось тратить деньги и время еще и на транспорт.

В Абхазии за эту же сумму семья из трех человек может снять себе целую квартиру, а то и дом, причем, рядом с работой. Часто мы вообще не тратим деньги на жилье, особенно в сельской местности, где у многих на одном участке может быть несколько пустых домов. Именно поэтому к нам стали приезжать жены. Зарплата в Абхазии меньше, но не принципиально. Если в России две тысячи рублей в день, то здесь полторы, в худшем случае тысяча рублей в день, но эта разница компенсируется за счет более дешевых продуктов питания и малых затрат на аренду жилья.

Таланты и характеры

- Расскажи про свою бригаду.

- В ней 12 человек, в основном составе четверо, а остальные привлекаются по мере необходимости, и если не заняты, то находятся в свободном плавании. Профессиональным строителем из нас является только один. Он начал этим заниматься еще в Москве в период подготовки к Олимпиаде–80.

- А почему тогда бригадир ты, он же опытнее?

- У дяди Гриши очень непростой характер, ему довелось много где побывать, в том числе и за решеткой. Между собой мы его называем Фюрер. Ему непросто сохранять спокойствие при общении с отдельными местными жителями, среди которых часто встречаются весьма колоритные персонажи, например, хвастуны и глупцы любых наций.

- А в чем сложность?

- Почти каждый заказчик строит из себя бывалого строителя и начинает давать советы, а дядя Гриша, если знает, что прав, не стесняется спорить и говорить все, что думает. В результате может возникнуть, как у вас говорят, "недопонятка", а клиента терять не хочется. Но непосредственно в работе он незаменим. Когда проект полностью согласован, лучше Фюрера никто не распределит объем работы так, чтобы сделать качественно, в срок и при этом не работать ночами. Поэтому я стал бригадиром и отвечаю за общение с заказчиком и финансы, а дядя Гриша осуществляет контроль на самом объекте и планирование.

- А остальные чем занимаются?

- В постоянном составе есть еще 2 человека, и у них тоже свои функции. Шараф, например, прекрасно знает цены на любые стройматериалы, умеет торговаться и убеждать. Например, однажды нам не хватило гипсокартона. Сроки горят, до заказчика не дозвониться, своих денег нет. Вдруг подъезжает "Газель" и водитель выгружает несколько листов. Оказывается, Шараф договорился с незнакомым продавцом и взял гипсокартон в долг. Парень быстро разобрался, что одним из двигателей торговли в Абхазии являются долги. Так что, если у вас ограничен бюджет и поджимают сроки, - не все потеряно, он обязательно найдет способ решить проблему. Часто его привлекают для этого другие бригады. Наконец, наш "младший научный сотрудник" Ильхам. Он отвечает за питание, транспорт и связь.

- Если один договаривается с клиентом, второй планирует работу, третий готовит еду, а еще один занимается закупками стройматериалов, то кто же тогда работает?

- Мы и работаем. Дядя Гриша – кровельщик, я занимаюсь кафелем и сантехникой, Шараф – каменщик, а Ильхам – штукатур. Все вышеперечисленные функции - это всего лишь минимум, необходимый для нормальной, ритмичной работы. Если объект небольшой, то нам удается все совмещать. Когда объем крупный, мы привлекаем дополнительных  людей. Они занимаются только строительством и не думают о ценах, питании и материалах. Просто выполняют заранее просчитанный нами объем работы в заданные сроки.

- Такое распределение полномочий  характерно для каждой бригады?

- Нет. Такое распределение возможно, если основа бригады – это люди, доверяющие друг другу. Это не обязательно должны быть родственники или земляки, скорее наоборот. Самый лучший вариант – это мастера среднего возраста, которые давно работают вместе. Каждая бригада - это уникальный организм. Работать в слаженном коллективе намного проще, но такие бригады, как наша, встречаются редко.

- Вы беретесь за любую работу или только за ту, которую точно можете сделать?

- Делать то, что не умеешь – это ненормально, по крайней мере, для нас. Абхазия - маленькая страна, и если мы накосячим, то клиентов у нас просто не будет. С другой стороны, все уметь тоже невозможно. Поэтому, если для работы необходимы узкие специалисты, то мы не стесняемся их привлекать и открыто говорим об этом клиенту в самом начале, чтобы это было отражено в смете.

Форс-мажор по-абхазски

- Часто я слышу о том, что строительный объект не был закончен в срок. Почему так происходит?

- Причин много. И далеко не все зависит от нас. На любом этапе стройки у хозяина могут закончиться средства. Бывает так, что заказчику срочно потребуются деньги, и он вынужден продавать еще недостроенный  объект, а покупатель откладывает строительство на неопределенное время. Несколько раз после начала работ между собственником де-юре и владельцем де-факто возникали противоречия, вплоть до стрельбы автоматическим оружием. Такой абхазский форс-мажор.

- Допустим, ничего экстренного не произошло, деньги есть, стройматериалы закуплены, все необходимые специалисты имеются, но сроки все равно нарушаются. В чем может быть проблема?

- Чаще всего это изначально неправильное планирование, а оно связано либо с жадностью заказчика, который пытается экономить на всем, либо с его стремлением сделать работу быстрее.

- Скупой платит дважды?

- Бывает и трижды. Часто люди хотят получить результат как можно быстрее и срезают хвосты там, где этого делать нельзя. В результате получается тяп-ляп.

- Можешь привести  пример, к чему приводит жадность и поспешность  заказчика?

- Жадность и поспешность в строительстве часто являются результатом простой человеческой глупости. Что касается абхазских особенностей, то нередко источником проблем является зависть. Вот классический случай, особенно характерный для сельской местности. Рядом живут два брата, один, который помладше, построил с нуля большой трехэтажный дом. У старшего брата тоже есть хороший дом, но двухэтажный. Начинается челночная дипломатия между женами этих братьев и их родственниками. Цель –  заставить старшего брата тоже сделать свой дом трехэтажным, чтобы было не хуже, чем у младшего. Но так же не делается. Должен быть проект, рассчитанный под конкретный грунт и материалы. Фундамент тоже отличается в зависимости от количества этажей. В общем, много серьезных нюансов, без которых ни одна нормальная бригада не возьмется за эту работу. Но "дипломатия" продолжается, и рано или поздно находится бригада, готовая все сделать без проекта. Подумаешь, расчеты там какие-то. Результат – огромные и бесполезные денежные траты, ругань и кусание локтей. Хорошо, если еще никто не покалечится в результате такого "строительства".

Нюансы менеджмента

- Раз мы перешли к местному колориту, то такой вопрос: если бригадир абхаз, это влияет на работу?

- Все зависит от конкретной личности. Очень часто бывает, что местный бригадир всего лишь посредник, и бригад у него несколько. Он заинтересован только в количестве заказов, поэтому у него просто физически нет времени уделять свое внимание всем бригадам. Но на любой стройке ежедневно возникает множество вопросов. Если их не решать оперативно, то работа может остановиться. Например, бригадир "забыл" договорится о бетономешалке, которая была нужна еще утром. В результате, чтобы не было простоев, мы вынуждены работать ночью.

- Ты хочешь сказать, что бригадир абхаз для вас - это нежелательный вариант?

- Дело не в нации. Массовый приток мигрантов-строителей начался примерно в 2010 году. Опыта работы в Абхазии ни у кого из нас не было, а приезжать и самим искать заказы было проблематично, так как надо было разбираться в ментальных особенностях вашего общества, поэтому был только один способ решить эту задачу – договариваться с местными. Это потом уже подключилось "сарафанное радио", и мы сами стали вникать в ситуацию и налаживать связи.

- У меня есть знакомые узбеки, которые женились на абхазках. Многие из них ведут себя еще хуже, чем некоторые абхазы, учитывая то, что они знают нашу психологию.

- Проблема в том, что когда возникают сложности между заказчиком и таким бригадиром, то они решаются за счет нас, рядовых исполнителей. Понятно, что они между собой договорятся, они же уже стали своими, но нашу работу такие эпизоды сильно осложняют.

Часто возникают такие проблемы?

- С каждым годом их становится меньше. Бывает так, что бригадир "по-братски" пообещал сделать работу за один срок, но не смог. Или попытался сэкономить, но не получилось. В любом случае нам придется торопиться, но это почти никогда не оплачивается. Работы больше, а денег меньше, не говоря уже о нервах и времени. Но такие явные посредники-болтуны попадаются сейчас намного реже, чем, скажем, еще пять лет назад. Все-таки профессионализм сейчас в тренде, так как многие люди уже наелись бесплатного или недорогого сыра.

- Как можно отличить настоящего бригадира от посредника?

- Очень просто. Надо посмотреть на его руки и обратить внимание на оттенок его загара.

- А со своими бригадирами возникают  проблемы?

- Конечно, я поэтому и сказал, что дело не в нации. Часто сложность начинается, когда к бригадиру приезжает жена, особенно с детьми. Все это требует дополнительных денег и времени. Работа на какой-то срок отходит на второй план, а среди рядовых строителей начинаются разброд и шатание. Результат – потерянное время, нервы и деньги. Если эта ситуация затягивается, то бригада может вообще развалиться, так как людям надо зарабатывать, а не ждать, когда закончится очередной "медовый" месяц у начальника. Одна из самых серьезных проблем может возникнуть после того, как бригадир получает зарплату. Именно после этого сразу могут заболеть родственники, и появляется причина срочно выехать домой. Результат тот же: потерянное время, деньги, нервы и доверие клиентов.

Бдеть или не бдеть

- Существует ли способ минимизировать эти риски рядовому заказчику?

- Все просто. Надо оговорить сразу, что пока объект не сдан, никаких отъездов. В крайнем случае, чтобы была найдена полноценная замена. Кроме того, желательно оговорить ежедневное присутствие бригадира на объекте.

- Когда я готовился к беседе на строительную тематику, в большинстве источников главным советом для тех, кто собрался строиться был такой: если  хотите, чтобы вам построили качественный дом без изъянов, то вам придется неотлучно находиться на стройплощадке и следить за каждым шагом рабочих. Это так и есть?

- Очень хороший вопрос. Ответить на него сложно, но я попытаюсь. Существуют разные строители. Одни стараются выполнить работу хорошо, так как уважают в себе мастера и настроены на длительную, спокойную работу без всяких разборок. Такие в постоянном контроле не нуждаются. Другие, а их сейчас меньшинство, работают по принципу: пока хозяин не видит, можно халтурить, а степень халтуры зависит от совести рабочего. Даже если вы круглосуточно будете пасти такую бригаду, установите много видеокамер по периметру, введете штрафы за малейшие нарушения, они все равно найдут способ осложнить ситуацию.  

- Проблема в том, что в Абхазии не существует профессиональных сообществ, сертифицирующих специалистов строителей, а лицензии - это просто вопрос уплаты денег чиновникам. Даже если вы обратитесь к строительной фирме, это не гарантирует вашего спокойствия и сохранности средств, какой бы договор вы не подписали. Почему?

- Потому что строительные фирмы чаще всего состоят из тех же бригад гастарбайтеров. Разница лишь в том, что в стоимость услуг фирмы будет входить зарплата директора, бухгалтера, их секретарш и других, крайне "необходимых" на стройке специалистов. Поэтому не отпускайте ситуацию на самотек, внимательно изучайте прошлые объекты вашей бригады и слушайте "сарафанное радио".

Женщины и Фюрер

- Какой этап работы для тебя самый важный?

- После того как все согласовано, идет обычная и привычная для нас работа. Начинаем мы в семь утра летом и в восемь - зимой. Приезжая на объект, мы не тратим время на выяснение того, кто чем будет заниматься. Эту "планерку" мы проводим еще с вечера. Рутина, одним словом. Самое интересное – это первые консультации. Как правило, заканчивая один проект, мы уже знаем, на кого будем работать после. Чаще всего новым заказчиком становятся родственники, знакомые или соседи предыдущего. Они начинают все чаще и чаще приходить и смотреть на то, что и как мы делаем. Даже если их все устраивает, они изучают, как работают другие бригады на похожих объектах. Так как мы поддерживаем связь между собой, то тоже присматриваемся к потенциальным клиентам.

- А что это дает?

- Очень многое. Одни обращают основное внимание только на стоимость, другие ходят с рулеткой и придирчиво проводят измерения. Есть люди, которые просто молча стоят и наблюдают за нашей работой. Недавно один пожилой мужчина приходил на объект с креслом и, сидя в нем, смотрел на нас по восемь часов в день в течение недели. Потом выяснилось, что это дедушка соседа, которому просто нравилось смотреть на работающих людей, вспоминая свою молодость на комсомольских стройках Сибири. Таким образом, мы выясняем, что для конкретного клиента является самым важным, и налаживаем человеческий контакт. Это имеет большое значение для последующей работы.

- Неужели в строительных делах что-то имеет значение, кроме времени и денег?

- В Абхазии все имеет значение. Бывает, что и по времени укладываемся, и с деньгами все нормально, но чувствуется какая-то напряженность или недосказанность, а это очень отвлекает. В таких случаях мы просим дядю Гришу разрядить ситуацию. Как правило, это у него хорошо получается, и дальше дело идет легче.

- В чем же секрет Фюрера по снятию напряженности в отношениях с клиентом?

- Он умеет говорить откровенно, без лишних  политесов, и у адекватных людей это вызывает такую же реакцию.

- Можешь привести пример такой дипломатии?

- Пожалуйста. Источником многих проблем между заказчиком и нами часто является женщина.

- Неужели любовный треугольник?

- Боже, упаси! Все проще и безобиднее. Иногда клиент приезжает на объект с дамой. Она может быть его женой, сестрой или дочерью. Многие из них, видя стройку, мусор и нескольких работяг в пыли, стремятся как можно быстрее оттуда уйти, и это очень хорошо для нас всех. Но бывают дамы, особенно домохозяйки, которые из-за острой нехватки впечатлений и бесконечного кофепития, очень активно интересуются вопросами стройки, посещают различные объекты и изучают специальные форумы.  Нахватавшись верхушечных знаний и накачав губы силиконом, они могут бесконечно употреблять к месту и не к месту сложную терминологию, приезжать с измерительными приборами и, не зная как ими пользоваться, давать советы, нередко в ультимативной форме. Хуже этого может только быть ситуация, когда такая "строительная фея" приезжает с такой же подругой, а то и двумя.

- И в чем проблема? Работай себе спокойно и не обращай внимания.

- В этом-то как раз и заключается проблема. Мы вежливо киваем ей, пытаемся со всем уважением объяснить, что теория подруги – это одно, а реальный заказ с утвержденной ее мужем сметой – совсем другое. Но такая учтивость вызывает парадоксальную реакцию. Ей часто хочется, чтобы мы учли ее рекомендации "прямвотсейчас". Если она не одна, то давление на нас увеличивается. Типа, я вот своим рабочим сказала, что использование гипса требует очень серьезной работы по сохранению необходимой температуры в исходном растворе, топнула ножкой один раз, и все. А тут еще и уговаривать надо? Ну-ка, звони мужу! Как только звучит эта фраза, в дело активно вмешивается Фюрер. На свободном от запретов русском языке он коротко, но емко говорит даме и ее подругам все, что думает об их женском интеллекте. Если диалог продолжается, то он начинает вспоминать их родителей, в основном, по маминой линии. Действует безотказно. Самое интересное, что на него никто не обижается, и следующий приезд строительно подкованных дам бывает только при сдаче объекта. Все это, конечно, нервирует и отвлекает. Ну, такая работа, мы привыкли.

Интернациональная бригада

-  Я вижу, что у тебя в бригаде работают абхазы. Это массовое явление или, скорее, исключение из правил?

- Первое, что я услышал про вашу молодежь, когда приехал, это то, что она крайне ленива и среди них много наркоманов. Это было сказано многократно, причем, самими абхазами. Но работая в сельской местности, мы увидели другую картину. Большинство молодых людей стремятся жить нормально, но для этого создано мало условий. Вместо рабочих мест и социальных гарантий предлагается сомнительная воровская романтика, которая, к сожалению, часто перевешивает здравый смысл. Поэтому, когда ко мне подошли два парня и попросились на работу, я напрягся, но, оказалось, совершенно зря. Посоветовавшись с бригадой, я их взял разнорабочими с перспективой освоить строительную специальность. Я ими доволен, приходят раньше всех, уходят позже, не пьют, не воруют и не требуют к себе особенного отношения. У одного из них сейчас своя бригада, а другой привел с собой сына и племянника. И таких нормальных, серьезных молодых людей большинство. Так что повальная наркомания и воровство – это миф. У вас нормальная молодежь, просто ею надо заниматься, а не предоставлять это улице.

- Сергей, ты в Абхазии уже больше шести лет и удивить тебя трудно, но есть что-то в нашей стране, в людях или в традициях, что тебе трудно или непривычно воспринимать?

- У меня богатый жизненный опыт, поэтому я действительно мало удивляюсь, но многое мне у вас нравится. Первое, что сразу стало заметно, – это отношение к гостю. Голодным у вас точно не останешься. Запомнилось уважение к старшим, причем, это не зависит от национальности. Я уже рассказывал про острый язык дяди Гриши. В России и у нас, в Узбекистане, он был бы уже неоднократно битым, а у вас он пока держится целым и невредимым. Очень необычным было то, что в деревнях в одном дворе может находиться несколько домов, а самый красивый и удобный для гостей. А какие у вас большие и ухоженные дворы! В сочетании с чудесной природой это действительно рай!

2217

Владимир Путин поздравил первую леди Абхазии с 8 Марта

0
В Абхазии 8 марта объявлен нерабочий день в честь празднования Международного женского дня.

СУХУМ, 8 мар - Sputnik. Президент России Владимир Путин поздравил супругу своего абхазского коллеги Аслана Бжания Аэлиту Ахиба с 8 Марта. Об этом сообщает пресс-служба Аслана Бжания.

"Уважаемая Азлита Максимовна! Сердечно поздравляю Вас с замечательным весенним праздником - Международным женским днем. Во все времена женщины бережно хранили тепло домашнего очага, щедро дарили близким свою любовь, нежность и заботу. Делали наш мир добрее и лучше. Желаю Вам здоровья, успехов и удачи", - говорится в поздравлении.

Главы Абхазии и России ранее поздравили женщин с 8 марта.

Международный женский день – это весенний праздник, который ежегодно отмечается во всем мире 8 марта.

Впервые идея его проведения возникла в начале ХХ века. Первый национальный женский день в соответствии с решением Социалистической партии Америки отмечался на всей территории США 28 февраля 1909 года. Женщины США продолжали отмечать его в последнее воскресенье февраля вплоть до 1913 года.

С 1975 года, объявленного Организацией Объединенных Наций Международным годом женщин, ООН начала официально праздновать 8 марта как Международный женский день.

Читайте также:

0